Чемпионат по корнхолу- Читать онлайн

Ей захотелось притянуть его лицо к своей промежности, потереться об него, но она знала, что нужно сохранять профессионализм. Прижать лицо парня к своей киске было бы слишком, по крайней мере, на этом этапе. Ей бы это, конечно, понравилось, но доктор Лоуэнштейн, как профессионал, всегда соблюдала границы в терапии. Особенно в секс-терапии.

В итоге она всё же убрала его руки, отстранившись, чтобы самой оценить реакцию Джона. «Джон, какой у тебя чудесный член. Да, ты сделаешь какую-нибудь девушку очень счастливой, и, подозреваю, довольно скоро».

Это не совсем то, что он фантазировал прошлой ночью, но всё равно чертовски хороший комплимент, особенно от доктора. Хороший прогноз от врача всегда радует. «Спасибо, доктор», — улыбнулся он в ответ.

Затем она повернулась и наклонилась, подставляя ему свою попку — его рукам и лицу. «Вот так, Джон. Так ты сможешь гораздо лучше её оценить».

Джон чувствовал себя ребёнком на Рождество. Ни одна девушка раньше не подставляла ему попку так. Он даже не пробовал сзади. Ему казалось, что девушкам это не нравится. Это выглядело таким животным, унизительным — встать на четвереньки и выставить попку для него, как лань или собака в течке. Теперь он понял, насколько это чертовски сексуально. Попка доктора выглядела такой округлой и полной, словно большой тыква, готовая к вырезанию.

Доктор тихо сказала: «Подними мою юбку, Джон, и взгляни».

Его глаза расширились от шока и похоти. «Серьёзно?»

«О да, Джон. В психодраме очень полезно физически разыгрывать свои тревоги и импульсы. Часто конфликты и проблемы прорабатываются через такие упражнения».

Сердце Джона заколотилось. Он даже почувствовал лёгкое головокружение. Он потянулся к подолу юбки доктора и медленно поднял его.

Доктор Лоуэнштейн была в белых нейлоновых чулках, которые выгодно подчёркивали её стройные ноги и бёдра. Джон вскоре обнаружил, что их поддерживает белый кружевной пояс с подвязками, прикреплёнными к кружевным верхушкам чулок. Затем он раскрыл спрятанное сокровище: роскошную, полную, круглую попку доктора Лоуэнштейн, плотно обтянутую жёлтыми бикини, которые не полностью закрывали нижние половинки её ягодиц, оставляя их торчать, как перевёрнутые шарики мороженого. Трусики были очаровательны: жёлтые, с мелкими разноцветными цветочками, идеально сочетались с юбкой, которую Джон перекинул ей на спину, открывая полный вид на попку в трусиках.

Доктор Лоуэнштейн наклонилась ещё ниже, обхватив руками полусогнутые колени, чтобы её попка стала ещё круглее, туже и полнее. Так подставленная попка была такой провокационной, манящей, зовущей. Она казалась такой большой, изогнутой, шарообразной. Форма напоминала сердце: шире и полнее в верхних изгибах, сужаясь к V прямо у её киски, которая так соблазнительно выпирала. Но глаза Джона были прикованы к круглым ягодицам доктора.

«Потяни мои трусики вниз, пожалуйста, Джон», — сказала она, слегка покачивая попкой для ободрения.

У Джона пересохло во рту, когда он снова протянул руки, на этот раз к резинке её трусиков. Они были надеты поверх подвязок, так что он мог стянуть их с попки, не расстёгивая пояс. Его член, казалось, вот-вот лопнет от напряжения, когда голая кожа доктора медленно открылась его взору.

Это была настоящая небесная луна, и Джон вспомнил, как он любит смотреть на луну, даже до эрекции. Может, доктор права, может, в его снах есть смысл, и он смотрит на него прямо сейчас.

Он отпустил трусики, когда они дошли до бёдер доктора, и не мог отвести глаз от её попки. Она словно загипнотизировала его, заворожила. Это было так притягательно, так заманчиво, так многообещающе.

Доктор, чувствуя возможный прорыв, расцепила руки и развела ягодицы, открывая взору юноши, полному похоти, свой сморщенный бутончик.

«Розы», — сказал Джон.

«Простите?» — спросила доктор Лоуэнштейн, оглянувшись на него, продолжая раздвигать ягодицы.

«Розы — мои любимые цветы».

«Да, это так, Джон. Интересно, почему».

«Думаю, я знаю», — ответил Джон, глядя на бутончик доктора, чувствуя, что его член может кончить без прикосновений.

Иногда психотерапевту требуются дни, недели или даже месяцы, чтобы подвести пациента к озарению. Обычно нужно осторожно намекать, но не давить слишком рано, чтобы пациент не ушёл глубже в защитную скорлупу. Но мало кто так искусен и изобретателен, как доктор Лоуэнштейн, которой достаточно было раздвинуть ягодицы и показать пациенту свою дырочку, чтобы он нашёл своё откровение.

«И какая причина?» — Она хотела, чтобы пациент полностью выразил своё понимание.

Джон тихо, мягко сказал, осознание медленно доходило до него: «Думаю, мне правда нравятся женские попки, или, я имею в виду… я хочу анального секса».

«Да, Джон, думаю, ты прав», — ответила доктор с явным преуменьшением. Она могла бы сказать, что знала это с самого начала, но лучше, чтобы пациент чувствовал, что это его собственное открытие — тогда он примет его и сохранит. Она добавила, почти шёпотом, глядя на него: «Потрогай её, Джон, пальцем».

«Вы шутите!»

Доктор Лоуэнштейн улыбнулась: «Психотерапевты не шутят, Джон. Давай, потрогай бутончик доктора». Она даже сжала сфинктер пару раз. «Смотри, он подмигивает тебе, флиртует с тобой, зовёт по-своему».

Джон взял свой член левой рукой, сжимая его, и осторожно, затаив дыхание, правой рукой коснулся кончиком пальца дырочки доктора.

«Ммммм», — вздохнула доктор от удовольствия, ощутив его осторожное прикосновение, и её анус дрогнул от лёгкого, щекотного ощущения.

Джон вспомнил свой третий сон, о девушке, о Нине, как он трогал то, что считал её киской, а теперь понял — это был её анус: сухой, сморщенный, тугой. Он никогда не чувствовал ничего столь загадочного, притягательного, волнующе пьянящего. Это было сравнимо с первым прикосновением к голой женской груди и, что удивительно, даже лучше, чем первый раз,

Порно библиотека 3iks.Me