сказал он, и в голосе была тень восхищения. — Вы прекрасно выглядите.
— Спасибо, — улыбнулась я, чувствуя, как внутри, чуть поднимается тепло.
Мы сели. Официант принёс вино. Я сделала первый глоток — терпкий, прохладный — и почувствовала, как уходит сжатость в плечах. Рядом играла живая музыка: певица с мягким голосом, за её спиной небольшой ансамбль — клавиши, барабаны, саксофон. Атмосфера была почти камерной, интимной. Городские огни отражались в стекле, и всё казалось немного оторванным от реальности.
Мы говорили обо всём. О его лекциях, о моей сессии, о том, чем я планирую заниматься после учёбы. Он расспрашивал про работу Игоря — доброжелательно, искренне, без поддёвки. Спросил, как «Форвард» переживает смену сезонов, что думает главный редактор. Я отвечала спокойно, но внутри всё время чувствовала, что Игорь слушает. Что он где-то там, в другой комнате, держит телефон и ловит каждый мой звук.
Мы обсудили погоду — такую же капризную, как настроение зимнего города. Обсудили музыку — певица как раз переходила на что-то более медленное, и саксофон плавно тянул мелодию, будто воздух вокруг стал медленнее.
— Вы любите танцевать? — спросил Анатолий Васильевич, когда она начала следующую песню.
— Иногда, — ответила я.
— А сегодня — можно? — он поднялся, протягивая руку.
Я посмотрела на руку, потом на него. Алкоголь уже немного расслабил тело, музыка обволакивала, как тёплый пар. И где-то в глубине сумочки через мой телефон Игорь слышал это молчание.
Я встала. Его рука была тёплой, уверенной, но не навязчивой. Мы двинулись в такт музыке — не слишком близко, но достаточно, чтобы почувствовать друг друга. Я смеялась, когда он неверно угадал поворот, он улыбался, когда я слегка задела каблуком его ботинок. Воздух вокруг стал мягче, теплее, объёмнее. Мир сузился до музыки, света и того, как приятно кружится голова от вина.
Я почувствовала себя раскованно, женственно, смело. И одновременно спокойно.
Когда мы вернулись за стол, я уже ощущала лёгкий жар в груди — смесь алкоголя, танцев, адреналина и того знания, что Игорь всё слышит. Это странным образом возбуждало меня.
Анатолий Васильевич посмотрел на меня пристально — но без давления, скорее с интересом.
— Светланка... — начал он, и голос у него был чуть ниже, чем обычно. — Я хочу предложить тебе, продолжить этот вечер в другом месте.
Я подняла голову, ладони стали горячее.
— Где?
Он посмотрел в сторону, будто выбирая слова:
— Я снял номер в гостинице неподалёку. Уютный, комфортный. Я не хочу, чтобы ты ездила ночью по городу. И... — он немного замялся. — Если ты желаешь... мы могли бы продолжить вечер там.
Посидев, ещё некоторое время мы стали собираться.
Официант, будто заранее предупреждённый, аккуратно упаковал корзинку с фруктами и бутылку шампанского.
Я взяла сумочку, крепче прижала к себе — где внутри горел приглушённый экран телефона.
Мы прошли мимо музыкантов — певица улыбнулась, продолжая петь. Прошли мимо людей, мимо света, мимо отражений в стекле. У меня было ощущение что всё знают куда мы направляемся и что мы намерены делать. В таком состоянии я надела пальто, любезно поданное Анатолием Васильевичем, далее такси и вот гостиница, лифт и дверь номера...
Он открыл дверь ключом-картой. Номер был просторным, уютным и весь — в этой самой панораме ночного города. Я подошла к окну, почувствовав, как холод стекла через тонкую блузку встречается с жаром кожи.
—Замёрзла? — его голос прозвучал сзади.
—Немного, — ответила я, не оборачиваясь.
Потом его руки легли мне на плечи, согревая. Губы коснулись шеи, чуть выше ворота блузки. И я закрыла глаза, отдаваясь ощущениям, зная, что где-то там, в темноте, мой муж слушает тишину, в которой сейчас тонет мое дыхание. И эта мысль делала каждый следующий поцелуй, каждое прикосновение, в сто раз острее и невыносимее.
Анатолий повернул меня к себе, его глаза горели тем тёмным, голодным огнём, который всегда заставлял меня таять. «Светлана... ты выглядишь потрясающе», — прошептал он, и его пальцы медленно расстегнули пуговицу моего зелёного пиджака. Я стояла неподвижно, дыша часто, чувствуя, как его руки скользят по ткани, снимая пиджак с плеч. Он делал это со вкусом, не торопясь, как будто разворачивал драгоценный подарок. Пиджак упал на пол, и его взгляд упал на мою блузку — жёлтую, полупрозрачную, под которой угадывались очертания красного кружевного бюстгальтера. Он улыбнулся, провёл пальцем по вырезу, заставляя меня вздрогнуть от прикосновения. «Красное... мой любимый цвет», — сказал он хрипло, расстёгивая на блузке одну пуговицу за другой. Я чувствовала себя обнажённой уже сейчас, под его взглядом, полным желания. Блузка соскользнула, открывая бельё — ярко-красное, облегающее, подчёркивающее мою грудь и изгибы тела. Он вдохнул резко, его руки обхватили мою талию, прижимая ближе, и я почувствовала его возбуждение сквозь брюки.
Потом брюки — он опустился на колени, расстёгивая молнию медленно, наслаждаясь каждым сантиметром открывающейся кожи. Брюки соскользнули вниз, и его губы коснулись моих бёдер, оставляя горячие поцелуи. Я задрожала, ноги ослабли — это было так интимно, так страстно, что внутри всё загорелось. Он встал, и повёл меня к кровати, потом уложил меня на мягкие простыни. Его глаза не отрывались от меня, от красного белья, которое так идеально сидело на моём теле. «Ты — совершенство», — прошептал он, и его пальцы потянули за лямки бюстгальтера, освобождая мою грудь. Соски уже стояли, реагируя на прохладный воздух и на его взгляд.
Но трусики... о, это было что-то особенное. Он наклонился, его губы коснулись
Порно библиотека 3iks.Me
242
12.05.2026
|
|