— Назар. .. Назарчик. .. вставай милый! — Тихий, мягкий и такой волнующий голос, дошёл до ещё спящего мозга, сквозь сон, будоража, вызывая улыбку и неконтролируемую эрекцию.
Потянувшись, открыл глаза и сбросив одеяло, ощупал пустую подушку рядом, в поисках докторши. А там пусто! Жалко! Жалко, что в кровати никого, кроме меня.
Хотя и так, настроение прекрасное, а всё произошедшее, за этот длинный день, кажется, спросонья, удивительно гармоничным и радостным. Ведь соревнования, державшие в напряжении всё последнее время, уже в прошлом. Да и дневная жара, отступила, превратившись, правда, во влажную, вечернюю духоту. Даже доносящийся через приоткрытое окно удушливый запах цветущей акации, шум листвы, пение пичуг и блики фар от редких машин, радовали, поднимая настроение.
Шум воды, звон посуды и вкусные ароматы из кухни окончательно взбодрили, прогнав остатки сна. Что-то радостно шипело и булькало, создавая ощущение предстоящих возможностей удачного окончания дня – так жрать хочется. Особенно же хорошее настроение, подкреплялось довольством умиротворенного самца, оприходавшим такую классную. .. самку.
Тут в спальню, мило улыбаясь, заглянула Алевтина.
— Проснулся наконец! А я зову, зову. .. Есть хочешь? —- И ответила сама же себе. — Конечно хочешь. Быстро помойся и за стол.
— Да мне бы домой надо. ..
— Ничего страшного. Час времени, роли не играет. — Угукнула, одобрительно и похотливо, заметив мой сонный стояк. — Хоть чаю попей с блинчиками. И давай быстрее, остынет же всё. А я старалась.
Не обращая внимания на мои возражения, взяв за руку, голого, поволокла в ванну, где торопливо намылила и лейкой душа смыла пену. А я стоял столбом, не зная, что делать и только выполнял её команды.
— Так, теперь всё! Быстро вытирайся и одевай мой халат. — Командует, раздеваясь и открывая вид на две сладкие дыньки.
Заметив мой заинтересованный взгляд и неконтролируемое движение рук, потянувшихся к груди, грозит пальчиком – мол, это запретный плод. Смотри сколько влезет, но не трогай. А ведь хочется. Ну вот зачем она так делает? Понимает же, знает, что дразнит, или нет? По ней вообще не понять.
— Чай, блинчики на столе, а я быстренько искупнусь и подойду. — Продолжает, задирая ногу и забираясь в ванну. Демонстрируя два сочных полупопия, с выглянувшей, словно призывно моргнувшей, бритой щелкой. — Поешь и домой бегом!
Вот те на! Значит продолжения не будет! И сиди теперь, гадай, что она хотела этим сказать. Так что, начало чаепития, стало довольно напряженным. Возбуждённый, весь горя, с колотящимся сердцем в предвкушении – пока ожидал, когда выйдет после ванны Алевтина. Сидел, поедая блинчики со сметаной, запивая чаем и тупо уставившись в вещающий что-то телевизор.
По телу разливался странный жар, а внизу живота нарастало упорное, тягучее напряжение. Оно мешало сосредоточиться, отвлекая внимание, и вызывало стеснение, от этого желания. Жарко! Ноги чуть–чуть раздвинуты, халат на голое тело расстёгнут. Между ног горячо, и член на старте - в состоянии полуготовности.
Наконец, вода перестала шуметь, и дверь ванной открылась. Вот и она - свежая, с чуть припухшими, сочными губами и заметным румянцем на щеках. Темноволосая, высокая Алевтина, закутанная в полотенце, еле прикрывающим грудь и попу. Правда, почти не скрывающем остальное тело в капельках воды. Быстрой, нетерпеливой походкой влетела на кухню. Подошла к столу, налила чаю. Взяла чашку с тёплым напитком и, стоя, начала тихо прихлебывать. Нас разделял кухонный столик. Почувствовав моё напряжение, с интересом стала поглядывать на меня украдкой.
— Что красавчик, заждался?
А у меня, вся сущность сосредоточилась в постепенно твердеющем члене. Ощущении, как головка, постепенно набухает, все ближе и ближе продвигается к веющему прохладой выходу из плена халата. Вот она нащупала проход, и её розоватый кончик показался на свет божий. Еще не совсем окрепший, и с слегка морщинистой кожей.
Но с каждым мгновением кровь у меня между ног пульсировала все сильнее, и вот – головка налилась, кожа её еще больше напряглась и стала глянцевой. Распахнувшаяся пола халата выпустила его на волю. Изящное природное произведение обнажилось почти полностью – красивый персик с похотливой дырочкой. Он, наконец вырвался наружу — багровый, вздувшийся, чуть мокрый от смазки, с проступившими жилами и блестящей головкой
— Ух ты какой! — Выдохнула Алевтина.
Перестала пить чай и с заинтересованным видом, сделав бровки домиком, наблюдала за развертывающимся представлением. Я не знал, куда себя девать. В душе боролись противоположные чувства - стыд, похоть и страх: ведь неизвестно, что задумала врачиха и как воспримет мой стояк. Кажется, что невозможно упрятать член назад, под полу халата, в темницу стыда. Ведь пришлось бы у неё на глазах, дёргаясь, заправлять его назад, а может быть потом еще и кончить от перевозбуждения, размазывая стекающую по ноге сперму. Всё это, побудило меня сделать вид, что ничего не происходит.
— Чего сидим? Домой уже не торопимся? — Голос у неё сорвался, внезапно став высоким, с хрипотцой. — Или, хочешь. .. остаться?
Не зря говорят, что женщины непонятны и непредсказуемы. Ага, и какого ответа она ждёт?!
Стоит в двух шагах, напряжённо упёршись взглядом в член, который встав, покачивался под животом. Встав во всю длину, набухший кровью, гипнотически пульсируя в такт дыханию, с тёмной, влажной головки которого свисала паутинка прозрачной смазки. Алевтина непроизвольно сглотнула, прищурилась, неуверенно взглянула на меня, и спросила:
— Остаёшься? — Увидев несмелый кивок, улыбнулась, произнеся тихо, еле слышно. — Искушение ты моё, пошли в опочивальню!!
Первым делом, в полумраке спальни, потянувшись, включила светильник и вытащила
Порно библиотека 3iks.Me
Как мучить мальчиков.
155
22.05.2026
Мне нравится