миром, в котором ему не было места.
«А если бы и видела... остановила бы? — пронеслась вдруг предательская мысль. — Или... вздохнула бы с облегчением?»
Он резко тряхнул головой, отгоняя мерзкую догадку. Не может быть. Просто не может быть. Это они, эти твари, всё превратили в похабный цирк. Они во всём виноваты.
Она всегда была не такой, как у всех. Без вечных нравоучений. Без этих бесконечных "надень шапку" и "выучи уроки". Она смотрела на мир, как на свой личный, бесконечный праздник. И каждый день этого праздника она проживала так, будто он мог оказаться последним. Смеялась громче всех, одевалась ярче всех, любила мужчин.
А он... Он был её самым большим сюрпризом. Неожиданным подарком судьбы, который она получила слишком рано. Самым большим счастьем и самой большой обузой.
Он чувствовал это всегда. В её взгляде, в котором смешивались огромная, всепоглощающая любовь и... затаённая грусть женщины, которая могла бы жить совсем другой жизнью, если бы не этот мальчишка, привязавший её к дому и необходимости быть матерью.
Он вспомнил, как однажды, в детстве, застал её перед зеркалом. Она стояла в одном белье. Неприличном для матери семейства, красивом, кружевном, и смотрела на себя. И что-то в её глазах было такое... Он тогда не понял. А сейчас понял. Тоска. Печаль по той жизни, где она была просто красивой женщиной, которую хотят, добиваются и завоёвывают.
Он резко тряхнул головой, отгоняя мерзкую догадку. Нет. Это бред. Я с ума схожу. Он сжал кулаки. Они её запугали. Подчинили. В конце концов, изнасиловали!
Но почему же я не увидел в её глазах страха? Почему она ведет себя с Димоном так, словно это её парень? Словно всё это нормально?
Чёрт. Чёрт!
Автобус с шипением затормозил на очередной остановке. Двери раскрылись, впуская внутрь запах пыльной дороги и ночной прохлады. Саня механически поднялся, сделал шаг к выходу. Надо бежать. Бежать и не оглядываться.
И тут его осенило. Он застыл на ступеньках, не чувствуя под собой ног. Мысли, кружившиеся бешеным вихрем, вдруг сложились в ясную картину.
Он не может просто уехать, не может этого забыть. Он должен знать. До конца. Увидеть, кем она становится, когда его нет рядом. Кем она хочет быть. Даже если это убьёт в нём всё, что осталось. Он должен на это посмотреть.
— Эй, парень, выходишь или нет? — раздался раздражённый окрик водителя. — Совсем обалдел? Людям ехать надо!
Голос врезался в уши, возвращая к реальности. Саня стоял на ступеньках, застыв между прошлым и будущим. Его ноги, будто сами по себе, вынесли его из автобуса.
— Выхожу! — бросил он через плечо, двери с шипением захлопнулись за его спиной, и в следующую секунду автобус фыркнул двигателем и поплыл дальше, в темноту, увозя с собой последний шанс на спокойствие. Красные огни габаритов становились всё меньше, пока не исчезли за поворотом.
Саня остался стоять на пустынном тротуаре, под промозглым светом фонаря. В ушах стоял гул, а в висках стучало: «Предатель. Сволочь. Сам отдал её. Сам ушёл». Он повернулся лицом к тёмной полосе дороги, убегающей назад, к морю. Туда, где осталась она.
И побежал назад.
К морю. К тому месту, где оставил её. Он бежал, и его лицо было искажено жадной, безумной решимостью. Он летел навстречу своему кошмару, чтобы посмотреть ему в глаза и наконец-то узнать его настоящее имя. Теперь мысли неслись стремительно, выстраиваясь в чёткую линию.
Они сейчас там. На пляже, у костра. Они не будут её беречь. Они будут похабно смеяться, хвастаться друг перед другом, использовать её. А она... она будет улыбаться. Он это знал. Чувствовал нутром. Он должен увидеть её глаза в тот самый миг. Увидеть, что в них? Стыд? Отчаяние? Пустота? Или... восторг?
Он должен докопаться до правды. До самой страшной её сердцевины. Даже если она сожжёт его дотла.
*****
Солнце уже скрылось за горизонтом и небо на западе тлело последней узкой полосой алого заката. Пустые бутылки из-под пива валялись у потухающего костра, отражая последние отблески углей. Среди чёрных, обугленных палочек в мангале ещё алели крошечные угольки.
Из портативной колонки лилась тягучая музыка. Басы глухо били по земле, входя в резонанс с мерным, убаюкивающим шёпотом волн, накатывающих из темноты.
Лика полулежала на брошенном, шершавом брезенте, закутавшись в чью-то просторную клетчатую рубашку из грубого хлопка. Она утонула в ней, как в коконе, и лишь кончики её пальцев, покрасневших от песка и солнца, выглядывали из слишком длинных рукавов.
Она потягивала из пластикового стаканчика тёмно-рубиновое вино. Каждый глоток обжигал горло сладостью. Она смотрела на огоньки углей, и тень умиротворённой, чуть отрешённой улыбки бродила по её усталому, но всё ещё непостижимо сияющему лицу.
Димон, сидевший напротив на перевёрнутом ящике из-под пива, докуривал сигарету. Он глубоко затянулся, задержал дым, а потом выпустил его в тёмное небо.
— Ну что, королева, — сказал он, перебивая заунывную музыку. — Обещание-то помнишь? Ты же пацанам стриптиз обещала, за отличную службу. А мы сегодня, можно сказать, служили тебе верой и правдой. Выложились по полной.
Лика перевела на него взгляд.
— Ой, Димочка, — протянула она, делая последний, долгий глоток. Сладковатая жидкость оставила на языке терпкое послевкусие. — Я столько всего сегодня обещала... И, кажется, всё выполнила. Честно-честно. У меня сил уже нет. Косточки болят, как после марафона.
Лика лениво повела плечом, поправив рукав чужой рубашки, скрывающий её тело. Она прекрасно знала, что станцует. Знала с
Порно библиотека 3iks.Me
570
22.05.2026
|
|