Выйдя из парилки, Андрей не увидел в предбаннике Ксюшу.Он накинул на себя тяжелый махровый халат и направился к выходу, но по пути решил еще раз сполоснуться в душе, расположенном в узком коридоре между парилкой и кухней. Холодная вода ошпарила разгоряченную кожу, заставляя сердце биться чаще, смывая остатки пота и липкого пара, но не смывая странного предчувствия.
Наконец, он зашел на кухню. В помещении было душно от натопленной печи и густого аромата жареного мяса. Из Bluetooth-колонки лилась обволакивающая, тягучая музыка, которая в этих стенах казалась чем-то инородным. Ксюша уже вовсю пила вино, устроившись на диване. Она накинула на себя огромное банное полотенце, которое прикрывало её тело словно плед: оно окутывало узкие плечи, едва удерживалось на холмиках её молодой груди и мягко ниспадало на бедра, оставляя ноги полностью открытыми.
Жуя ветчину и запивая её темным, красным вином, она игриво посмотрела на вошедшего Андрея. Её глаза, подведенные паром и хмелем, блестели. Подмигнув ему, она произнесла, едва проглотив кусок:
— Ну, долго же тебе пришлось идти. Или долго думал?
— Да я ничего не думал, — голос Андрея прозвучал глухо, он чувствовал, как горло пересохло. — Да и вообще, мне просто жарко стало. Пускай ребята там попарятся, себе спокойно... а мы продолжим обсуждать то, что начали.
Он начал говорить неуверенно, запнулся, чувствуя, как взгляд сам собой прилипает к полоске кожи, открывшейся в разрезе полотенца.
— Или... — Ксюша допила вино прямо из керамической чашки, так как бокалов не нашлось, и облизнула губы.
Заметив его опустившийся взгляд, она едва заметным движением колена раздвинула края полотенца, маня его к себе.
— Или мы займемся кое-чем более интересным, Андрей?
Он был уже прилично пьян, и возбуждение, начавшееся еще в парилке при виде жены, теперь вспыхнуло с новой силой. Оно было на грани приличия, распирая ткань халата. Андрей предпринял последнюю, слабую попытку сопротивляться:
— Ксюша, может, всё-таки не надо? Там буквально за стеной твой парень... и Вероника. Это... это неправильно.
— Ну, он, поскольку-поскольку мой парень, мы буквально встречаемся вторую неделю, — она рассмеялась, и этот смех был лишен всякого стыда.
— Я не думаю, что им будет скучно без нас. Нам никто не будет мешать.
— Не понял, что ты имеешь в виду, — Андрей сделал шаг вперед, его ноги стали ватными.
— А ты послушай.
Ксюша сделала музыку тише. Сквозь деревянную перегородку, отделявшую жилую часть от бани, он начал различать звуки. Сначала это был лишь глухой стук, но затем вплелись стоны — размеренные, глубокие, животные. Это был голос Вероники. Его Вероники, которая всегда была сдержанной и тихой.
Звук словно проморозил его от макушки до пяток. Мысль о том, что происходит там, в двух шагах от них, ошарашила его. Он дернулся в сторону двери, порываясь броситься в парилку, но почувствовал, как маленькая, но крепкая ладонь Ксюши вцепилась в его запястье.
— Андрей, стой. Не надо им мешать.
— В каком смысле? Там моя жена! Твой парень! Как это возможно?! Надо это остановить!
Ксюша встала, полотенце скользнуло ниже, спускаясь с её хруких плеч обнажая её.
— Не надо. Это вам обоим нужно. Я давно заметила, что вы зажаты. Вам нужна разрядка — и тебе, и Веронике. Эта поездка только подсветила то, что с вами происходит. Вы в тупике, Андрей. Вам нужна встряска, сексуальная перезагрузка.
— Что ты несешь? Это чушь! Я не вижу...
Он снова запнулся. В парилке раздался громкий, протяжный вскрик Вероники, за которым последовал тяжелый рык Максима. Внутри Андрея вскипел коктейль из ярости и дикого, запретного возбуждения. Мысль о том, что его жену сейчас грубо и напористо трахает другой мужчина, выбила почву из-под ног. Ощущение бесконтрольности пьянило сильнее вина. Его член встал так мощно, что это причинило почти физическую боль.
Ксюша почувствовала это. Её ладонь скользнула под халат, безошибочно находя раскаленный ствол. Она начала медленно, уверенно подрачивать, глядя ему прямо в глаза.
— Да, я вижу, тебе нравится... Расслабься. Всё, что случится здесь, останется между нами. Просто поддайся искушению.
Она опустилась на колени перед ним — маленькая, гибкая, пахнущая домашним вином и жарким паром бани. Её изящные, полные губы, на которые Андрей засматривался весь день, ловя каждое слово, теперь находились в паре сантиметров от его пульсирующего паха.
Ксюша подняла на него взгляд из-под густых ресниц, и в этом взгляде не было и тени смущения — только хищный азарт. Ксюша не спешила. Сначала она просто обдала его головку своим горячим, винным дыханием, от которого Андрей судорожно втянул воздух сквозь зубы.
Первый контакт был почти невесомым — она едва коснулась самого кончика кончиком языка, пробуя его на вкус. Из её горла вырвался первый, едва слышный звук — томное, одобрительное мычание: М-м-м...
Затем её губы, мягкие и влажные, медленно, по миллиметру, начали обхватывать головку. Этот контраст между прохладой комнаты и жаром её рта был настолько резким, что у Андрея потемнело в глазах. Она начала аккуратно, почти нежно посасывать только самый край, причмокивая и смакуя каждое движение.
В тишине кухни, на фоне приглушенной музыки, отчетливо слышались влажные, тягучие звуки — хлюпанье и чавканье, когда она втягивала в себя его плоть. С каждым новым движением Ксюша становилась смелее.
Она обхватила ствол ладонью у самого основания, а языком начала выписывать круги вокруг уздечки, дразня и доводя его до исступления.
Андрей шумно выдохнул, его пальцы непроизвольно впились в её кудрявую макушку. Внутренний голос, еще пытавшийся взывать к рассудку, окончательно
Порно библиотека 3iks.Me