улыбка. — Даже не пискнул. Видишь, как быстро ты учишься, когда на кону стоит твоя шкура? А теперь — на живот. Живо!
Она грубо подтолкнула меня носком туфли, поторапливая. Когда я перевернулся, предательский бугор на моих штанах предстал перед ней во всей своей позорной очевидности. Рита на мгновение замерла, а затем разразилась звонким, издевательским хохотом.
— Посмотрите на этого «мученика»! Ему больно, его унижают, а тело требует своего... Ну что ж, раз ты так жаждешь ласки — лижи.
Она грациозно вытянула ногу, поднося подошву своей изящной туфли прямо к моему лицу. Внутри меня всё восстало. Слизывать дорожную пыль и грязь с обуви — это была та черта, за которой личность окончательно растворялась в небытии. Но само это падение, сама бездна моего унижения вызвали внизу живота такой жгучий, почти болезненный спазм экстаза, что разум окончательно помутился. Уже не соображая, что творю, я высунул язык и коснулся шершавой, холодной поверхности подошвы.
— Ой, да ты у нас просто лапочка... — протянула она с притворным умилением. — Продолжай, мой хороший. Старайся лучше.
Я продолжал. С каким-то религиозным рвением, с благоговейным восторгом я очищал её обувь, едва сдерживая рвущиеся наружу стоны наслаждения. Это было высшее падение и высшее блаженство одновременно.
— Заткнись! — внезапно рявкнула она.
Рита резко надавила ногой, вжимая подошву мне в лицо. Хрящ носа жалобно хрустнул, и я невольно вскрикнул от неожиданной боли.
— Ты не понял, раб?! — её голос мгновенно превратился в ледяное острие.
Она убрала ногу с моего лица и тут же с силой припечатала каблук к моей груди, прямо над сердцем. Удар был такой мощи, что из легких вышибло воздух, а сердце, казалось, на мгновение замерло, прежде чем пуститься вскачь.
— Никаких звуков без приказа. Ты — вещь. Ты — тишина. Понял?!
Стиснув зубы до кровавых искр в глазах, я замер, глотая рваный воздух. Я вытерпел. Больше не было ни звука, ни стона — только рабская покорность и бешено колотящееся в ребра сердце.
Рита ушла, и в комнате воцарилась тяжелая, почти осязаемая тишина, нарушаемая лишь моим рваным дыханием. Я остался лежать на холодном полу, не смея шевельнуть даже пальцем — не из-за пут, а из-за того парализующего страха, который стал моим вторым «я». Тело ныло, кожа горела от ударов и прикосновений, но разум, словно сорвавшийся с цепи, уже лихорадочно выстраивал прогнозы на будущее. Воображение, этот мой личный и самый жестокий палач, рисовало картины одна мрачнее другой. Я тонул в этом вязком коктейле из ледяного ужаса и постыдного, горячего возбуждения, не в силах понять, чего во мне больше — желания сбежать или жажды продолжения.
Скрип двери заставил меня вздрогнуть. Рита вернулась. В её руке хищно блеснула сталь — длинный, остро заточенный кухонный нож.
Мои глаза расширились, сердце забилось о ребра, как пойманная птица. Кровь отхлынула от лица, оставив лишь мертвенную бледность. Вот оно. Моя самая темная, самая запретная фантазия обретала плоть и форму. Холодный блеск лезвия обещал окончательное решение всех моих проблем, финальную точку в этой затянувшейся агонии. Я замер, ожидая, что сейчас сталь поцелует мою кожу, обрывая тонкую нить моей никчемной жизни.
— Не ссы, — Рита коротко усмехнулась, заметив мой остекленевший взгляд.
Она подошла ближе и одним резким, уверенным движением перерезала веревки. Напряжение, державшее мои суставы, лопнуло вместе с путами.
— На сегодня с тебя достаточно, — она равнодушно отбросила нож на стол и посмотрела на меня сверху вниз, как на породистого пса после сложной дрессировки. — Молодец. Вытерпел.
Глава 13
Вечером дверь в мою камеру-кухню снова распахнулась. Я сидел на полу, привалившись спиной к ножке стола, и мгновенно вытянулся, принимая подобие смиренной позы. Вошла Рита, а за ней, громко цокая каблуками и наполняя комнату смесью дорогих духов и табачного дыма, проследовали те самые подруги, с которыми всё и начиналось.
Марина с её безупречным, острым каре, придающим ей вид строгой и властной бизнес-леди, и рыжая Аня, чьи глаза всегда светились недобрым, хищным азартом. Они замерли на пороге, рассматривая меня так, словно я был новым предметом мебели, который Рита наконец-то решилась выставить на всеобщее обозрение.
— Ну надо же, — Марина медленно обошла меня, щурясь от сигаретного дыма. — Помнишь его, Ань? Каким он был дёрганным в ту нашу первую встречу? Глаза бегали, что-то там пытался из себя строить...
— Помню, конечно, — Аня звонко рассмеялась, и её рыжие локоны качнулись в такт смеху. — Он тогда выглядел как перепуганный кролик. А сейчас... смотри-ка, присмирел. Что, Рита, удалось выбить из него остатки гонора?
Рита довольно улыбнулась, сложив руки на груди. Она чувствовала себя триумфатором.
— Больше, чем ты думаешь. Машка назвала это «базовой прошивкой». Хотите взглянуть на результат?
— Демонстрируй, — Марина по-хозяйски опустилась на стул, закинув ногу на ногу. Её взгляд, холодный и оценивающий, впился в меня. — Интересно посмотреть, во что может превратиться человек.
Рита сделала шаг вперед и носком туфли приподняла мой подбородок, заставляя меня смотреть на гостью.
— На колени, — скомандовала она. — Живо.
Мое тело сработало на опережение разума. Я рухнул на колени с такой готовностью, что колени глухо стукнули о ламинат. Внутри вспыхнул знакомый огонь позора, смешанный с тошнотворным восторгом от того, что меня видят таким.
— Ого, какая прыть, — Аня подошла ближе, разглядывая багровую полосу от клейма, проглядывающую сквозь разрезы моей истерзанной рубашки. — Даже клеймо поставила? Рита, ты превзошла себя. Он
Порно библиотека 3iks.Me
260
28.05.2026
|
|