Правила дома Сергея Сергеевича (Полная версия)- Читать онлайн

А теперь, Игорь, в знак благодарности за дарованное тебе удовольствие – поцелуй мою киску. Поцелуй её и поблагодари за оргазм, который ты только что испытал.

Игорь замирает на мгновение. В его глазах что‑то новое, почти благоговейное. Он медленно наклоняется ближе, его дыхание касается её кожи. Его губы дрожат, но он не колеблется. Он касается её киски губами – сначала едва ощутимо, почти невесомо. Затем целует сильнее, страстно, вкладывая в этот жест всю свою благодарность, всю преданность. Каждое прикосновение губ становится выражением его покорности и восхищения.

Игорь (шёпотом, отстранившись на мгновение, но не отрывая взгляда от её нижних губ):

— Спасибо, госпожа... Спасибо за всё.

Маша (кивает, удовлетворённо):

— Хорошо, Игорь. Я вижу, ты начинаешь понимать суть нашего нового порядка. Ты учишься быть благодарным за то, что я даю тебе.

Маша встаёт, надевает на себя трусики, аккуратно одергивает подол платья, поправляет одежду. Говорит ровным, спокойным голосом:

— Поднимайся, Игорь и одевайся. (делает паузу) И впредь ты будешь просить у меня разрешения, прежде чем кончить. Ты понял?

Игорь (поднимает голову, смотрит на неё с новым, почти фанатичным восхищением):

— Да, госпожа. Я понял.

Маша (кивает):

— Хорошо. Теперь приберись здесь – ты забрызгал тут всё своей спермой. Вымой пол и унитаз.

Игорь (поднимается, начинает одеваться):

— Всё будет сделано, госпожа.

Маша (улыбается — на этот раз искренне, почти нежно):

— Вот и отлично. Я знала, что ты меня поймёшь.

Она выходит из туалета, оставляя Игоря одного. Он заканчивает одеваться, теперь на нём форма прислуги с вышивкой «cuckold». Игорь берётся за тряпку и ведро.

Игорь (внутренний монолог):

— Забавно... Если бы мне раньше сказали, что однажды я буду мыть чужие туалеты... я бы решил, что это конец моей жизни. Унижение. Падение. (Усмехается.) А сейчас я думаю – разве я пришёл в этот дом ради мытья туалетов? Нет. Я пришёл сюда ради своей мечты. Вы спросите, какой мечты? (Поднимает взгляд.) Если ответить честно... по-настоящему честно, без фальши, которой некоторые кормят себя: «мы просто хотели разнообразия» или «мы просто искали новый опыт»... Нет. Я хотел, чтобы в реальной жизни мою жену подчинил себе другой мужчина. Мужчина, который сильнее меня. Властнее меня. Опаснее меня. Хотел увидеть, как Маша перестаёт быть послушной женой... и превращается в женщину, которая принадлежит другому. Я мечтал об этом, мастурбировал на эту фантазию... (Тихо.) И вот теперь это произошло. Маша больше не та испуганная девочка из нашей старой квартиры. Теперь она входит в комнату так, будто весь мир должен смотреть только на неё. Она говорит иначе. Двигается иначе. Смотрит иначе. И самое страшное... это сделал не я. Это сделал он. Сергей Сергеевич. (Пауза.) Иногда я слышу её каблуки ночью в коридоре... и у меня внутри всё переворачивается. Потому что я знаю: она идёт к нему. Не ко мне. И вместо негодования... я чувствую возбуждение. Потому что моя запретная фантазия стала реальностью. (Горько улыбается.) Я ведь никогда не мечтал стать «туалетным рабом». Никогда не представлял себя с тряпкой в руках, надраивающим чужой унитаз. Но я мечтал о другом. Мечтал, чтобы моя жена стала покорной другому мужчине. Чтобы его голос заставлял её дрожать. Чтобы она жаждала его одобрения. Чтобы постепенно перестала смотреть на меня как на главного мужчину своей жизни. И теперь...Теперь для Сергея Сергеевича она — покорная женщина, готовая беспрекословно исполнять любые его желания. А для меня... для меня она стала госпожой. Я же вижу этот её новый взгляд. Снисходительный. Властный. И внутри меня всё сжимается от унижения. И от счастья. (Долгая пауза.) Наверное, именно это Сергей Сергеевич и понял обо мне раньше меня самого. Что некоторые мужчины мечтают не владеть женщиной, а служить её желанию. Даже если ради этого приходится мыть туалеты и каждый день чувствовать собственное падение. (Тихо.) Потому что это падение – цена мечты. Цена того момента, когда запретная фантазия перестаёт быть фантазией и становится жизнью. (Подходит к ведру, медленно опускает в него тряпку.) И самое страшное... Я больше не хочу обратно. (Поднимает голову. Почти шёпотом.) Где-то слышал фразу – «самое сладкое подчинение – добровольное», теперь я это хорошо понимаю. Потому что нет унижения сильнее... и слаще... чем то, которое человек выбирает себе сам.

Конец пьесы.

Порно библиотека 3iks.Me