запах раздавленных лесных ягод, смешанный с гнилью.
Тишина стояла неестественная. Не та, к которой привыкаешь в лесу, — с щебетом птиц и шорохом ветра в кронах, — а глубокая, вязкая, словно сам лес затаил дыхание и слушал их шаги. Иногда где-то вдалеке вскрикивала невидимая птица, и звук этот, резкий и оборванный, заставлял вздрагивать.
Дмитрий шёл позади Анны и не мог отвести от неё взгляда. Её фигура в облегающей термокофте и легинсах двигалась впереди с какой-то текучей, почти звериной грацией. Она легко перепрыгивала через корни, находила опору на скользких камнях, и её тёмный хвост ритмично покачивался в такт шагам. Даже спустя три дня тяжёлого перехода она выглядела свежей и собранной, и это восхищало и бесило его одновременно.
Как она может быть такой спокойной? Такой... отдельной?
Его собственное тело ныло. Плечи, натёртые лямками рюкзака, горели. В висках стучало, и пот, смешанный с репеллентом, щипал глаза. Но физическая усталость была ничем по сравнению с той, что грызла его изнутри. Ревность. Она стала его постоянным спутником, более верным, чем тень. Он просыпался с ней, шёл с ней, засыпал с ней, и она нашёптывала ему на ухо свои ядовитые сказки.
Сегодня утром Алексей снова подошёл к Анне. Якобы проверить, правильно ли она затянула крепления на треккинговых палках. Его загорелая рука коснулась её запястья — всего на секунду, — и Дмитрий заметил, как Анна не отдёрнула руку. Просто улыбнулась и сказала: «Спасибо, я в порядке». Но этот миг растянулся для Дмитрия в вечность. В его голове уже прокручивались сценарии — один грязнее другого.
Она моя. Моя жена. Почему он не может найти себе другую цель? Почему именно она?
Но ещё страшнее был второй вопрос, который он боялся задать самому себе: Почему она позволяет?
Ответ он знал. Знал и от этого злился ещё сильнее. Потому что он сам перестал быть тем мужчиной, который когда-то покорил её. Он стал удобным, предсказуемым, безопасным. Мужем-функцией. И теперь, когда она купалась в чужом внимании, он ненавидел не столько Алексея, сколько себя. За то, что не мог дать ей того, что она искала. За то, что его любовь превратилась в удушающий страх потери.
Анна между тем чувствовала его взгляд спиной — тяжёлый, прожигающий. И испытывала сложный коктейль эмоций, в котором жалость мешалась с глухим раздражением и странным, запретным удовольствием.
Он опять смотрит. Опять сканирует. Ищет подтверждения своим страхам.
Ей хотелось обернуться и крикнуть: «Дима, я здесь! Я с тобой! Перестань искать врагов там, где их нет!» Но она знала, что криком ничего не решишь. Он только замкнётся ещё глубже, уйдёт в свою раковину молчаливых обид и колких замечаний. Их брак в последние годы напоминал минное поле, где каждое слово могло стать детонатором.
В то же время — и Анна честно признавалась себе в этом, лёжа ночью в спальнике, — внимание Алексея ей льстило. Нет, она не собиралась изменять мужу. Даже мысли такой не возникало. Но видеть, как молодой, сильный, харизматичный мужчина провожает её взглядом, как его глаза скользят по её телу, как он находит предлоги для прикосновений... Это разжигало что-то в ней. Что-то, что долгое время спало под слоем быта, тренировок и рутины. Она снова чувствовала себя женщиной. Желанной. Яркой. И это чувство опьяняло её сильнее любого горного воздуха.
Она понимала, что играет с огнём. Понимала, что каждая её улыбка Алексею — это крошечный удар ножом в сердце Дмитрия. Но остановиться не могла. И не хотела. Потому что где-то в глубине души она надеялась: эта ревность, этот страх, это напряжение — они высекут искру. И его страсть, та самая, первобытная, животная, которую она видела в нём в первую ночь в палатке, вырвется наружу и сметёт всё лишнее, что накопилось между ними за годы брака.
К полудню лес расступился, и группа вышла на обширное плато, усыпанное мелкими цветами — белыми, жёлтыми, голубыми. Впереди, в паре километров, темнела стена следующего горного хребта, и где-то там, по словам Алексея, лежало второе из Каракольских озёр. Алексей объявил привал.
Туристы с облегчением сбросили рюкзаки и расселись на камнях, доставая перекус. Анна присела на плоский валун неподалёку от тропы и принялась разминать затёкшие плечи.
— Устала? — раздался голос сбоку.
Алексей. Он стоял, протягивая ей свою флягу.
— Вода с лимоном, — пояснил он с лёгкой улыбкой. — Помогает от усталости. Лучше, чем изотоник.
Анна взяла флягу. Их пальцы соприкоснулись — на долю секунды дольше, чем следовало.
— Спасибо, — сказала она, отпивая глоток. Вода была прохладной и приятно кислила.
— У тебя отличная техника на подъёмах, — продолжил Алексей, присаживаясь рядом. — Редко кто из новичков так грамотно ставит ногу. Ты занималась альпинизмом?
— Только скалолазанием. В зале, в основном.
— Серьёзно? А выглядит так, будто ты родилась в горах. Прирождённая.
Дмитрий, сидевший на соседнем камне и делавший вид, что изучает карту, сжал зубы. Каждое слово Алексея отдавалось у него в груди глухим ударом. Прирождённая. Серьёзно? Редко кто. Он говорил так, словно имел право. Словно он, Дмитрий, невидимка, пустое место.
— Анна, — позвал он, и его голос прозвучал резче, чем он хотел. — Подойди, пожалуйста. Нам нужно сверить график приёма магния.
Анна обернулась. На мгновение в её глазах промелькнуло что-то, похожее на раздражение, но она тут же погасила его.
— Да, конечно, — она вернула флягу Алексею и подошла к мужу.
Когда она опустилась рядом, Дмитрий прошептал, не поднимая
Порно библиотека 3iks.Me
105
04.06.2026
|
|