Дедушкин стул- Читать онлайн

Кэндис вздрогнула всем телом, выбираясь из машины. Холодный вечерний воздух мгновенно обвил её кожу, но дрожь, что прокатилась по позвоночнику и разлилась тёплой волной внизу живота, была вызвана вовсе не погодой. Старый викторианский дом её деда всегда вызывал в ней эту странную, глубокую, почти непристойную реакцию — словно сошёл прямо со съёмочной площадки хоррора. Тёмные, потрёпанные временем стены, острые шпили, окна, похожие на пустые глазницы, — всё это будило в ней первобытный страх, смешанный с каким-то запретным, тёмным любопытством, от которого соски мгновенно напрягались, а между внизу живота появлялась тяжесть.

Старик ушёл навсегда, и вместе с его смертью вспыхнули привычные семейные войны из-за наследства. Уэбстер был злобным, жутковатым старым ублюдком, и его завещание стало последней возможностью нанести удар по внукам, каждый из которых в чём-то его разочаровал.

Её кузен Том, которого дед ненавидел больше всех, получил в наследство две компании. Поначалу это казалось щедрым жестом примирения, пока Том не обнаружил, что обе фирмы на грани банкротства, находятся под следствием Комиссии по ценным бумагам и сталкиваются с разрушительными коллективными исками. В итоге ему повезёт, если он выберется из этой истории хотя бы в одной рубашке.

Её кузина Кристи получила пожизненный запас презервативов и противозачаточных таблеток. Довольно прозрачный намёк Уэбстера на то, что она слишком часто «гуляет». И так далее. Старый ублюдок не пощадил никого. Кроме неё.

Её мать была любимицей старика — насколько он вообще был способен любить своих детей. Кэндис всегда держали подальше от деда. В те редкие моменты, когда она оказывалась рядом, она вела себя вежливо и тихо. На самом деле он вызывал у неё отвращение. Когда она повзрослела, у неё всегда было ощущение, что он раздевает её глазами — медленно, нагло, словно мысленно проводит шершавыми ладонями по её груди, по изгибу бёдер, по влажнеющей щели. Кэндис краснела тогда до корней волос, чувствуя, как предательски твердеют соски и как жаркая влага пропитывает трусики, хотя разум кричал: «Это мерзко!». К счастью, вскоре после окончания университета её перевели в токийский офис, и большую часть последних пяти лет его жизни она провела за границей, подальше от этих жгучих, стыдных взглядов.

Поэтому она пропустила знаменитый скандал на ежегодном рождественском собрании семьи. Старик разошёлся и нападал на всех — от матери до правнуков. Её тётя Бекки, «ребёнок цветов», была убеждена, что в старика вселился злой дух, обитающий в этом доме. Она даже попыталась провести экзорцизм, чем невероятно разозлила Уэбстера.

Уэбстер Карпентер был воплощением мстительности, и Кэндис чувствовала себя здесь неуютно, даже спустя два года после его смерти. Тем не менее, дом с участком стоил кругленькие десять миллионов. Условие, что она должна прожить здесь целый год, стало шоком. Она надеялась просто продать имущество, даже не заезжая. К счастью, неподалёку, в Уайт-Плейнс, был их офис, и ей удалось получить перевод на год. Поездка на работу обещала быть адской — больше двух часов в одну сторону. Но это казалось небольшой ценой за такое наследство. «Год, — думала она, чувствуя, как сердце стучит чаще от смеси страха и странного предвкушения. — Всего год, и я буду свободна и богата».

Ключ, который дал ей адвокат, легко повернулся в старом замке, и дверь распахнулась с тяжёлым, чувственным стоном петель. Как она и ожидала, внутри всё было покрыто толстым слоем пыли. Всё осталось точно таким, каким она помнила с детства: от огромного портрета деда в холле до слегка потрёпанного вида антикварной мебели. Она надеялась, что кто-нибудь из родственников поможет с уборкой, но адвокат отговорил её звонить. Оказалось, разгорелась страшная ссора из-за мебели, и все переругались и теперь не разговаривали друг с другом. По его словам, кузены злились, что дом и обстановка достались именно ей. Плюс пропавшие двадцать пять миллионов наличными. Кузен Рич был уверен, что они спрятаны где-то здесь.

Полиция уже дважды арестовывала его за незаконное проникновение. Все кузены оспаривали завещание, но Уэбстер предусмотрел и это. Исполнитель завещания получил полномочия тратить деньги на судебные баталии. Само завещание было железобетонным, так что всё уладилось ещё до её возвращения в Штаты.

Кэндис знала, что плохо думать плохо о мёртвых, но не могла отделаться от мысли, что завещание было написано именно ради этого — чтобы посеять раздор. Это было бы в духе старика.

***

Большую часть недельного отпуска она потратила на то, чтобы вытереть пыль, вымыть полы, вымести углы и отполировать всё до блеска. Первым делом она сняла с холла мрачный портрет деда — эти тяжёлые глаза, которые, казалось, следили за ней, заставляя кожу гореть. Компания по постельному белью приехала в понедельник и заменила матрас на огромной кровати с балдахином. Кэндис спала на диване, а не наверху — мысль о том, чтобы лечь в его постель, вызывала странный озноб, смешанный с жаром внизу живота. Поездка в город принесла новые простыни, подушки, наволочки, шторы и милые безделушки. Она была рада, что годы в Японии не позволили ей обрасти собственным хламом — старый дом и так был забит мебелью под завязку. Ей хотелось продать часть вещей, не только чтобы освободить пространство, но и чтобы получить наличные на новые покупки, однако завещание запрещало это до конца года.

Она свалила большую часть вещей из спальни Уэбстера в запасную комнату и переделала главную спальню, сделав её более открытой и светлой. Кэндис немного обновила кухню и гостиную.

Порно библиотека 3iks.Me