- Общение с Таней заразительно, - хмыкнул я. – Сделаю…
— Интерес, потом удивление, - она уже подходила к нам с Варей, которая была в просторной ночной рубашке. – Ты сама удивилась, что так сделала!
— Удивилась или охуела? – уточнила дочь.
— Ты спросонок. Ты сама не можешь объяснить себе…
— Ага, понятно, - она заглянула в предбанник. – О, папа уже сделал! Начинаем!
— Подожди… - Таня заглядывала в видоискатель и морщилась. – Надо подбить снизу…
Она принесла оставленный на грядках серебристый экран и положила у самых ног "актрисы".
— Начинай садиться…
— Блин, мне неудобно! Надо ручку сделать!
— Сейчас прикручу, - решил я вмешаться. – Шляпки саморезов не испортят кадр?
— Пускай папенька поможет сесть, - предложила дочь.
— Мы первые дни снимаем. Он ещё в командировке, - Таня поставила вторую камеру на коротенький штатив, пока я прикручивал ручку от старых граблей к стенке. – Сразу не начинай! Опускайся… Да, готово!
Кряхтя и кривясь, Варя присела, широко раздвинув колени, едва умещая между ними огромный живот. Ночнушка задралась, бесстыже обнажив промежность... Точнее, едва показав сочные губки, выглядывающие из мелких кудряшек.
— Миленькая моя, когда я тебя увижу… - мечтательно улыбалась дочка, уставившись на свой живот. Одну руку опустила вниз, обхватив ногу и едва дотягиваясь до скрытой щели. Она поглаживала выпирающие губки, мечтательно улыбаясь. Тонкая струйка пробилась между волосками, оросила пальцы и превратилась в мощный поток. Варенька охнула, удивлённо выпучила глаза и отдёрнула руку.
— Пока хорошо… Рассматривай! – командовала Таня.
Дочка поднесла руку к самому лицу, удивлённо рассматривая капли, потом понюхала их. Задумчиво лизнула, сосредоточенно уставившись в бесконечность. Снова лизнула и начала сосредоточенно обсасывать.
— Теперь ты задумалась! – Варя изобразила сосредоточенность во взгляде, на лице появилась мечтательная улыбка. Вцепившись в прикрученную ручку, неловко встала, поправляя ночнушку.
— Прекрасно! – забрав камеры, Таня убежала в дом.
— После этого мне пришло в голову фотографировать себя, а потом и вас, - пояснила мне Ва… Теперь уже Машенька.
— Всё равно ничего не понял, - я пожал плечами.
— Она же говорила, что хочет сделать так, чтобы сама картинка обо всём говорила. Эстетическое наполнение кадра должно уравновешивать сексуальную компоненту! Помнишь, как мы писали с тобой? Мы же не просто обоссали друг друга! Наши взгляды, жесты показывали и раскрывали наши взаимоотношения…
— Тебе полезно общаться с такой умной девочкой, - солидно кивнул головой, и мы рассмеялись.
— Помнишь, когда мы остались с ней дома, и она мне отлизала? – Машенька уселась на скамью в беседке, пока я начал размечать стоевые.
— Это я тоже помню.
— Танька ещё тогда сказала… После того, как… Она действительно не хотела, отчего мне захотелось ещё больше… - не в первый раз заметил, что пугающая откровенность и пошлость в сексуальной ситуации сменяется застенчивой деликатностью в спокойном состоянии. – Когда Танька полизала мне, она была… ошарашена! Не тем, что пришлось лизать подруге детства, а что… ничего не случилось. Мы же все знаем, что это – фу, гадость, мерзость! И вот она сама попробовала и… ничего не случилось! У неё не появилось стремление к девушкам, мир не содрогнулся, она не стала иначе относится ко мне или себе самой…
Выражать мысли компактно и доходчиво как Таня, дочери ещё стоит поучиться.
— Тогда она и говорила мне, что все наши сексуальные отношения искажены и опошлены извращенцами, которые под видом нравственного поведения пытаются заставить нас вести себя… неестественно, - Машенька мило морщила лобик. – Она так правильно и верно говорила! У меня так не получается. Примерно, как ты говорил, что когда мы с мамой начали вести себя… как сейчас, всё стало просто и естественно…
— Суть я понял. Ещё помню, что говорил тебе – не стоит отбрасывать общепринятые нормы поведения. В среднестатистической ситуации они прекрасно работают, и мы сами жили по ним десятки лет. Бывают ситуации, когда они бесполезны и даже вредны. И слепо следовать им… попросту глупо.
— Блин, папа! Ты такой же умный, как Танька! – это сомнительное сравнение она произнесла с таким восхищением, что… Ладно, будем считать его комплиментом… - Рядом с вами чувствую себя такой дурочкой!
Как прекрасно о чём-то разговаривать с дочерью, обсуждать… Не только трахаться.
— Тут в чём ирония. Если ты задумываешься о таком, то уже не дурочка. Некомпетентный человек не способен оценить уровень своей компетентности по причине…
— Да, я знаю. Долбоёб не может понять, что он долбоёб, потому что долбоёб.
— Не стану спрашивать, где ты таких слов нахваталась…
— Там же, где и задницу разработала, - неожиданно Машенька ответила на риторический вопрос. – От вашей с мамой культурности меня тошнило и казалось, что материться через слово – признак крутизны и брутальности.
Немного опешил от такого откровения и промолчал.
— Если бы ещё раньше показали, что вы с ней такие классные! – дочка мечтательно вздохнула. – И Катя такая…. Совсем не похожа на ту чопорную тётку! И Танька! Почему я узнала, какие замечательные люди меня окружают, после того, как дала родному отцу в задницу? Тимка какой стал! Бля, да меня воротило от его взгляда, а когда рот открывал… Я могу представить его своим мужем! Пап, представляешь? И рожать от него детей… Нет, сначала мне хочется от тебя, но если ты заставишь рожать от Тима… Мне даже приятно о таком думать!
Только сейчас заметил Таню, которая стояла неподалёку, внимательно вслушиваясь. Надеюсь, она только
Порно библиотека 3iks.Me