ЗАЛОГ.СТО ТЫСЯЧ ДО ИНЦЕСТА- Читать онлайн

— и остановил ладонь в сантиметре от её груди.

Она замерла.

— Можно? — спросил он. Впервые за всё время — спросил, а не потребовал.

Катя смотрела на его пальцы. Длинные, худые, с аккуратными ногтями. Пальцы программиста. Она представляла, как они стучат по клавиатуре часами, как мелькают над мышкой.

Сейчас они тянулись к её соску.

— Нет, — сказала она.

Но не отодвинулась.

Он убрал руку. Кивнул. Отвернулся к столу, взял пачку купюр, отсчитал пять тысяч.

— Держи.

Она схватила деньги. Выбежала в коридор, забыв на полу свою футболку.

В своей комнате она захлопнула дверь, прислонилась к ней спиной и сползла на пол. Сердце колотилось где-то в ушах. Между ног было мокро — так, что трусы противно липли к коже. Она не трогала себя. Не смела. Но тело уже всё решило без неё.

«Я только показала грудь. Всего минуту. Это ничего не значит».

В голове всплыло его лицо. Как он смотрел. Как дышал. Как его пальцы замерли в сантиметре от её соска.

«А если бы он коснулся?»

Она зажала рот ладонью, чтобы не застонать.

Он не спал всю ночь. Сидел в темноте, смотрел на свои руки. На пальцы, которые так и не коснулись её. На ширинку джинсов, которую пришлось расстегнуть, потому что стояк стал невыносимым.

Она была прекрасна. Не той картинной, глянцевой красотой, которую рисуют на обложках. Настоящей. Тёплой. Живой. Её грудь — тяжёлая, полная, с этими огромными, набухшими сосками — теперь стояла перед глазами каждый раз, когда он моргал.

Он взял в руку член.

Обычно он делал это механически, для снятия напряжения. Как почистить зубы или выпить воды.

Сегодня всё было иначе.

Он закрыл глаза и представил, что его пальцы всё-таки коснулись её. Что он провёл подушечкой по натянутой коже ареолы. Что она вздрогнула, но не отшатнулась. Что он надавил сильнее — и сосок провалился под пальцем, а потом снова выпрямился, твёрдый, влажный.

Он кончил так быстро, как школьник который впервые застал мамку голой в ванне или сестру в период созревания. Его сперма толчками выплёскивалась на живот, горячая, липкая. Он смотрел на белые разводы на коже и думал: «На её груди это выглядело бы красивее».

Мысль была грязной. Неправильной. Он не стал её прогонять.

Утром Катя ушла в универ раньше обычного.

Она надела самый закрытый свитер — чёрный, крупной вязки, под горло. Сверху — пуховик. Замоталась шарфом. Спрятала грудь, шею, всё, что могло выдать.

В деканате она положила на стол перед секретарём хрустящие купюры. Секретарша — пожилая женщина с перманентом и усталыми глазами — даже не посмотрела на неё.

— Распишитесь. Вопросов к вам больше нет.

Катя расписалась. Взяла справку. Вышла в коридор.

И там, у окна, глядя на серую январскую муть за стеклом, она вдруг поняла: деньги есть. Долг закрыт. Учёба спасена.

Она больше не должна Илье ничего.

Но почему тогда в груди такая пустота?

Весь день она ходила как зомби. Не слушала лекций. Не отвечала на сообщения Сергея. Смотрела в одну точку и видела только его пальцы — в сантиметре от своей кожи.

Вечером, вернувшись домой, она застала Илью на кухне. Он варил кофе. Стоял в той же серой футболке, что и вчера, растрёпанный, небритый. Услышав её шаги, даже не обернулся.

Она прошла мимо. Остановилась в дверях своей комнаты.

— Я закрыла долг.

— Знаю.

— Теперь я ничего тебе не должна.

— Да.

Тишина. Только шипение турки.

— Илья.

Он обернулся.

— Что?

Она смотрела на него. На его серые глаза с красными прожилками. На глубокие тени под ними. На руки, сжимающие ручку турки.

— Спасибо.

Он ничего не ответил. Отвернулся обратно к плите.

Катя закрыла дверь. Прислонилась к ней спиной. Снова. Как вчера. Как будто этот жест стал уже привычкой. Сердце колотилось. Между ног снова пульсировало.

Ночью она проснулась от собственного стона.

Ей снился сон. Горячий, липкий, постыдный. Во сне его пальцы всё-таки коснулись её груди — не сверху, а снизу, поддерживая тяжесть, взвешивая на ладони. Во сне она сама потянулась к его лицу и прижалась губами к его.

Во сне он толкнул её на кровать на продавленный диван и вошёл в неё резко, без подготовки, заставив выгнуться дугой.

Она проснулась мокрая. Трусы — хоть выжимай. Лежала в темноте, смотрела на дрожащие тени от фонарей и думала: «Это был просто сон. Это ничего не значит».

Но её рука уже скользнула под одеяло. Пальцы сами нашли клитор — набухший, горячий, пульсирующий в такт сердцу. Она никогда не делала этого раньше. Считала ниже своего достоинства. Но сегодня, сейчас, ей было плевать. Она закрыла глаза и представила, что это его пальцы. Она кончила быстро, закусив край одеяла, чтобы не закричать. Оргазм накрыл волной — тёплой, тягучей, как тот самый кофе, который он варил сегодня вечером.

Она лежала, тяжело дыша, и смотрела в потолок.

«Я больше ничего тебе не должна».

Врёшь, Катя. Врёшь….

Утром её телефон завибрировал от сообщения.

Илья: «Предложение в силе. Любая сумма. Любые условия».

Она перечитала пять раз. Потом стёрла.Но ответ не написала.

Только через час, уже в метро, по дороге в универ, она достала телефон и набрала:

Катя: «5000. Сегодня вечером».

Три точки. Он печатал. Долго, мучительно долго.

Илья: «Хорошо».

Она убрала телефон в карман и смотрела в чёрное окно вагона. Туннель. Темнота. Только редкие огни станций проносятся мимо.

Она не знала, что скажет ему вечером. Не знала, зачем вообще написала. Но где-то глубоко, в самом низу живота, уже разгорался тот самый жар. Стыдливый. Запретный. И такой сладкий, что сводило зубы.

ГЛАВА 3 — Условия сделки

Три новенькие купюры по тысяче и одна пятитысячная,

Порно библиотека 3iks.Me