Никогда.
День десятый. Арборетум и публичный риск
Днём вся семья поехала в Сочинский дендрарий (Арборетум). Жара стояла страшная. Настя надела короткое платье без белья. Пока родители шли впереди, она отстала с Димой. Они свернули на боковую тропинку среди высоких деревьев.
Она прижалась к нему спиной, задрала платье и прошептала:
— Быстро. Пожалуйста.
Он расстегнул ширинку и вошёл в неё стоя. Трахал быстро, глубоко, держа рукой ей рот, чтобы она не застонала. Родители были всего в тридцати метрах. Она кончила быстро и тихо, дрожа всем телом. Он кончил ей на внутреннюю сторону бедра. Сперма потекла по ноге. Она быстро вытерла её рукой и облизала пальцы, пока они догоняли родителей.
— Ты сумасшедшая, сестрёнка, — тихо сказал он, когда они снова шли рядом с мамой и папой.
— Я знаю. И я твоя сумасшедшая сестра.
Вечером дома, когда родители смотрели телевизор в гостиной, они «пошли за водой на кухню». На кухне она встала на колени и отсосала ему быстро и жадно. Он кончил ей в рот. Она проглотила всё, встала, поцеловала его и сказала громко, чтобы родители услышали:
— Спасибо, Дим, что помог достать воду с верхней полки.
Ночь после. Самая длинная и извращённая
Когда все уснули, они снова встретились в её комнате. На этот раз было особенно грязно.
Она встала на колени и сосала ему почти двадцать минут. Долго, медленно, с перерывами. Иногда просто держала член во рту, глядя ему в глаза. Иногда облизывала яйца и проводила языком по промежности.
— Я хочу, чтобы ты меня использовал, братик. Хочу быть твоей личной дырочкой. Хочу, чтобы ты кончал куда захочешь — в рот, в киску, на лицо, на грудь. Я всё съем и облизываю.
Он положил её на спину, раздвинул ноги и начал лизать. Долго. Она кончила два раза от языка. Потом он вошёл и трахал её жёстко, шлёпая по бёдрам и груди. Она просила:
— Сильнее... бей меня... я твоя грязная сестра...
Он слегка сжал ей горло рукой — не перекрывая дыхание, но достаточно, чтобы она почувствовала. Она кончила так сильно, что её ноги задрожали.
После этого он перевернул её на живот и вошёл снова. Трахал медленно, целуя ей шею и шепча:
— Я люблю тебя. Даже когда я тебя использую. Даже когда ты на коленях с моим членом во рту. Я люблю тебя.
Она плакала от счастья и возбуждения.
— И я люблю тебя. Больше всего на свете. Хочу носить твоего ребёнка. Хочу, чтобы мой живот вырос от спермы моего брата.
Он кончил в неё последний раз той ночью. Очень много. Сперма потекла из неё, когда он вышел. Она собрала её пальцами, облизала и улыбнулась.
— Я хочу, чтобы это было каждый день. Пока я не забеременею от тебя.
Через две недели. Первая «тревога» и подтверждение
Однажды утром Настя проснулась и поняла, что у неё задержка. Она не сказала Диме сразу. Но он заметил, что она стала чаще смотреть на свой живот перед зеркалом.
Вечером, когда они остались одни на кухне, она тихо сказала:
— Дим... у меня задержка уже пять дней.
Он замер. Потом подошёл, обнял её сзади и положил руку ей на живот.
— И что ты чувствуешь?
— Я... я боюсь. И одновременно хочу, чтобы это было правдой. Хочу, чтобы ты меня оплодотворил. Хочу родить тебе ребёнка. Даже если это будет значить, что мы будем жить в тайне.
Он повернул её к себе и поцеловал долго и нежно.
— Если это случится... я буду с тобой. Всегда. Мы придумаем что-то. Уедем, если надо. Но я не оставлю тебя. Никогда.
Они снова занялись сексом прямо на кухне. Тихо, чтобы родители не услышали. Он кончал в неё два раза подряд. Каждый раз она шептала «заполни меня», «сделай меня мамой своего ребёнка».
Через три дня она купила тест. Положительный.
Они сидели в её комнате и смотрели на две полоски. Дима обнял её.
— Я люблю тебя, Настя. И нашего ребёнка. Что бы ни случилось.
Она заплакала и прижалась к нему.
— Я тоже люблю тебя. Мой брат. Мой мужчина. Отец моего ребёнка.
В ту ночь они занимались любовью очень долго и нежно. Без жёсткости. Только медленные движения, долгие поцелуи и шёпот «я люблю тебя» на каждом вздохе.
После этого они стали ещё осторожнее. Но не перестали. Наоборот — тайные встречи стали ещё более желанными. Каждый раз, когда они трахались, Настя клала руку на живот и шептала:
— Он уже внутри меня... твой ребёнок... от своего дяди и брата одновременно.
Дима возбуждался от этих слов до безумия.
Самые глубокие фантазии
Ночь была тёплой и душной даже для Сочи. Родители спали на первом этаже. На втором, в комнате Насти, горела только маленькая лампа на прикроватном столике. За открытым окном тихо шумело море. Дима лежал на спине, а Настя — голая, верхом на нём. Его член всё ещё был внутри неё, тёплый и полутвёрдый после второго подряд оргазма. Сперма медленно вытекала из неё и стекала по его яйцам на простыню. Она лежала на его груди, слушая его сердцебиение.
Они молчали несколько минут. Потом Настя тихо провела пальцем по его соску и прошептала:
— Дим... я хочу, чтобы ты рассказал мне самую грязную, самую запретную фантазию про нас. Такую, которую ты никогда никому не говорил. Даже себе.
Дима провёл рукой по её спине, спустился ниже и сжал её мокрую от их соков попку.
— А ты первая, — ответил он низким голосом. — Расскажи мне. Всё.
Порно библиотека 3iks.Me
192
01.09.2026
|
|