Хроники Диморфии (Части 1 - 3)- Читать онлайн

вопросов, чем давало ответов.

Я смекнула, что Маря что-то задумала и хочет объяснить мне это по дороге. К тому же несколько раз упомянула, что на даче ей нужна не моя физическая помощь и даже не компания для распития вина. Я нужна была Маре, как психологиня и подруга, которой та полностью доверяет. Эта завеса тайны будоражила сознание, но всё же я решил не торопить события и дождаться, когда Маря сама расскажет, чего хочет.

Марина и Алан были супружеской парой, чья красота заставляла прохожих замирать, словно перед картиной, где каждый штрих - совершенство. Маря, высокая, с фигурой, будто у выточенной античной статуи, несла себя с лёгкой небрежностью. Ее светлые волосы, чуть выгоревшие на солнце, спадали на лоб, а синие глаза, ясные, как утреннее небо, искрились то ли радостью, то ли затаённой тревогой. Часто я видел, как парниши, встречая ее, невольно оборачивались, но она, словно окружённая невидимым светом, обращала внимание только на Алана.

Он, чуть ниже Мари, был создан, чтобы дополнять ее. Каштановые волосы, струящиеся до плеч, отливали медью в лучах заката, а его большие зелёные глаза, глубокие, как лесные озёра, хранили в себе и нежность, и загадку. Чуть пухловатые и изящные губы, готовые к улыбке (и не только), и фигура - тонкая талия, небольшая (по сравнению с женской, разумеется) изящная грудь, мягкий изгиб бёдер, напоминающий гитару, - делали его мужчиной, от которого трудно отвести взгляд. Вместе они были гармонией, почти неправдоподобной: их смех, их манера держаться за руки, их взгляды, которыми они обменивались, словно продолжая бессловесный разговор, заставляли думать, что любовь может быть вечной, как этот вечерний ветерок, ласкающий поле.

Я, их подруга и по совместительству психологиня, часто размышляла об этом союзе, пытаясь понять, как столь идеальная пара умудряется оставаться такой близкой больше десяти лет, воспитывая детей Варю и Вениамина, и сохраняя искру, зажжённую ещё в школе. Но, шагая по этой тропинке, ведущей к далёкой стройке на их даче, я чувствовала, что под этой идиллией кроется что-то ещё - тень, которую я, как психологиня, не могла не заметить:

— Маря, - начала я осторожно, глядя на ее профиль, освещённый закатом, - ты сказала, на стройке у вас турчанки работают. И Алан там с ними. Не боишься, что он… ну, может переступить какие-то рамки?

Маря хмыкнула, почесав затылок, и ее голос, грубоватый, с лёгкой кокетливой хрипотцой, прозвучал так, будто она давно свыклась с чем-то, что я только начинала понимать:

— Да пох, Ина, пусть переступает. Я не ревнивая. Мне что, переживать? Если он там с турчанками отжигает, потом ко мне лезет, как котенок, весь ласковый и нежный. Прикинь, я специально его в Турцию сплавила не так давно, чтоб он, типа, отдохнул, впечатлений набрался.

Я замедлила шаг, пытаясь осмыслить ее слова. Ее синие глаза, отражавшие закат, казались спокойными, но в них мелькала тень - то ли бравада, то ли что-то глубже. Мне, по роду своей работы приходилось встречать разных людей, но то, что моя лучшая подруга тоже далеко не ординарная – в голову мне раньше не приходило.

— Отправила? - переспросила я, стараясь скрыть удивление. - Специально? Одного?

— Не, - она усмехнулась, будто вспомнила что-то забавное. - Он же не хотел один ехать, упирался. Я две путёвки купила, для нас. А потом, перед вылетом, типа, работа срочная нарисовалась, не отменить. Ну, я и говорю: «Бери Веню, своего дружка». Ты ж знаешь, Веня тот ещё кобель. Он точно не будет там морали читать, скорее и Алана потащит поразвлечься.

Веню я знала отлично. Мы какое-то время встречались. Я даже задумывалась о свадьбе, пока не узнала дружка Алана получше. Сложно было найти настолько двуличного и злобного дружка, но Алану «повезло». В глаза он постоянно улыбался, но вот когда мы оставались одни, он что только не рассказывал про «лучшего друга»! Я понимала, что он дико завидует успеху и семейному счастью Алана, потому и пытается постоянно облить его грязью. Из-за этого долгое время ни на грош не верила тому, что он мне рассказывал. Сейчас же, я посмотрела на те его сплетни про Алана под другим углом.

Тропинка, по которой мы шли, дышала зноем, и закат, словно уставший художник, разливал по травам последние мазки света. Клевер, примятый нашими шагами, источал слабый, почти горький аромат, напоминая мне о том, как жизнь, подобно этим травам, может быть прекрасной снаружи, но хрупкой внутри. Я думала о словах Маринки, о ее странной лёгкости, с которой она говорила о «флирте» Алана, и в памяти всплыли рассказы Вениамина, его дружка, чей голос, ядовитый, как сок полыни, когда-то казался мне лишь завистливой ложью. Теперь, после Мариного признания о том, что она сама организовала поездку в Турцию именно с целью дать супругу отдохнуть от "правильной" и размеренной семейной жизни, я начала сомневаться.

Веня рассказывал мне о том, как они с Аланом «отрывались» в Анталье, смакуя каждую деталь, будто наслаждаясь "падением" дружка. Я слушала его тогда за бокалом дешёвого вина, в тесной кухне, пропахшей сигаретами, и думала, что это лишь её способ очернить Алана, чья красота и успех всегда жгли его.

— Прикинь! Первый вечер в баре, у отеля, - шипел Вениамин, щуря глаза, пока пепел с его сигареты падал на стол. - Я, конечно, сам тех двух турчанок за столик позвал, когда они выпивку предложили. Но

Порно библиотека 3iks.Me