клинициста, обнаружившего болезнь у самого себя.
Софи стояла между ними, окружённая теплом их тел и прикосновений, и чувствовала, как внутри разливается тепло, которое не было связано с сексом — глубже, спокойнее, полнее. Она перевела взгляд с пришельца на сына и улыбнулась — той самой улыбкой, которую они оба полюбили.
— Кажется, я начинаю привыкать к тому, что меня окружают комплиментами, — сказала она с лёгкой иронией, но в голосе её слышалась благодарность. — Это опасно. Я могу зазнаться.
— Ты имеешь право зазнаться, — ответил пришелец и убрал щупальца — чуть быстрее, чем нужно, будто отдёрнул руку от горячего. Он отступил к панели управления, к данным, к привычному, и какое-то время не оборачивался. — Ты заслужила это.
Марк обнял её за плечи, притягивая к себе, и поцеловал в висок.
— Она права. Если мы продолжим в том же духе, ей придётся покупать шляпу на размер больше.
Софи рассмеялась — легко, искренне, и этот смех разлетелся по мостику, смешиваясь с гулом двигателей и мерцанием далёких звёзд.
Тишина повисла на мостике, нарушаемая только низким гулом двигателей и мерцанием голографических панелей. Слова пришельца повисли в воздухе, тяжёлые и интригующие, заставляя Софи и Марка переглянуться. В их взглядах читалось замешательство пополам с любопытством — они уже научились не ожидать от него обычных предложений.
Пришелец стоял перед ними, его чёрные глаза переводились с одного лица на другое, и в них горел тот самый огонь, который они научились распознавать, — предвкушение эксперимента.
— Хочешь поиграть с сыном как с игрушкой? — произнёс он, и голос его был низким, вкрадчивым, как шёлк, обёрнутый вокруг стали. — Не бойся, больно ему не будет.
Софи нахмурилась, переводя взгляд с пришельца на Марка. Его брови приподнялись, и он слегка пожал плечами, давая понять, что он так же не уверен в значении этих слов, как и она.
— Что именно ты имеешь в виду? — спросила она осторожно, но в голосе её уже просыпалось любопытство, которое она не пыталась подавить.
Пришелец шагнул ближе, и его рука легла на плечо Марка — невесомо, но собственнически.
— Он уже достаточно подробно исследовал твоё тело, не так ли? — спросил он, глядя ей в глаза. — Каждую складку, каждый изгиб, каждую реакцию. Ты была открыта для него, ты позволяла ему изучать тебя, брать тебя, доводить до оргазма.
Его слова лились медленно, как мёд, и Софи чувствовала, как по её спине пробегает дрожь — не от страха, а от предвкушения.
— Хочешь сделать с ним то же самое? — продолжил он. — Мы можем привязать его к столу. Его тело будет полностью в твоей власти. Ты сможешь доставить ему удовольствие так, как тебе захочется. Изучить его так же, как он изучил тебя. Стать той, кто контролирует, кто решает, когда ему кончить, а когда оставить на грани.
Он сделал паузу, давая словам осесть в их сознании. Но его щупальца продолжали гулять по её обнажённым бёдрам, отдаваясь теплом внизу живота.
Софи стояла неподвижно, чувствуя, как щупальца пришельца скользят по ней, оставляя за собой дорожки прохлады, которые разбегались мурашками по коже. Его слова всё ещё висели в воздухе, тяжёлые, провокационные, открывающие дверь в ту часть её существа, о существовании которой она подозревала, но никогда не решалась признать.
Марк смотрел на неё, и в его взгляде не было страха — только любопытство и доверие. Он ждал её решения, и это доверие было тем, что тронуло её глубже всего.
— Ты серьёзно предлагаешь мне... — начала она, облизывая пересохшие губы, — связать моего сына и поиграть с его телом?
— Я предлагаю тебе власть. Контроль, — ответил пришелец, и в его голосе прозвучала усмешка. — Возможность исследовать его тело так же, как он исследовал твоё, без спешки, без принуждения, без необходимости подчиняться чужим командам.
Он отступил на шаг, давая ей пространство для размышлений, и добавил:
— Ты можешь отказаться. Но я вижу в твоих глазах любопытство, мать. Не отрицай его.
Софи медленно перевела взгляд на сына. Он стоял позади неё, расслабленный, с лёгкой улыбкой на губах, и в его глазах горел тот же огонь, что и в ней.
— Я не против, — сказал он тихо. — Я доверяю тебе. И если честно... мне интересно, что ты придумаешь.
И он с удивлением понял, что это правда — не страх, не подчинение, а его собственное любопытство. Впервые здесь чего-то хотел он сам, не потому что велели под угрозой, а потому что выбрал. Маленькая, но твёрдая опора под ногами: он больше не только то, что с ним делают.
Эти слова стали последним толчком, который ей был нужен. Она шагнула к нему, протянула руку и коснулась его щеки — нежно, почти благоговейно.
— Тогда давай попробуем, — сказала она, и в голосе её прозвучала решимость, которая удивила даже её саму. — Но если я делаю больно — ты говоришь сразу. Договорились?
— Договорились, — ответил он, накрывая её ладонь своей.
Пришелец удовлетворённо кивнул и указал на ложе, которое выделилось из стены, той, что была видна и отделяла мостик от остального корабля, — гладкое, широкое, с ремнями по краям, которые отливали тусклым голубоватым светом.
— Располагайтесь, — произнёс он, отступая к панели управления, словно давая им пространство.
Марк шагнул к ложу и лёг на него, вытянувшись во весь рост. Он не боялся — только смотрел на мать снизу вверх, и
Порно библиотека 3iks.Me
964
08.09.2026
|
|