низкая, тёплая нота, от которой у неё перехватывало дыхание, даже когда у неё не осталось сил дышать. — Мы никуда не спешим.
Сын наклонился ближе и почти невесомо коснулся губами её лба.
— Ты лучше всех, мам, — он трепетно гладил её по щекам и ключице.
Она лежала неподвижно, чувствуя, как по телу разливается тяжёлое, приятное тепло, как мышцы постепенно отпускают последнее напряжение. Где-то на периферии сознания она отмечала, что её ноги всё ещё слегка подрагивают, а внизу живота пульсирует тупое, удовлетворённое тепло. Она попыталась приподнять руку, чтобы убрать с лица прядь влажных волос, но конечности слушались плохо, словно были налиты свинцом.
Она не стала бороться с этим. Вместо этого она позволила голове откинуться на гладкую поверхность стола, и на её губах вновь появилась ленивая, пьяная улыбка, которая возникала только в моменты полного, абсолютного удовлетворения.
— Даже боюсь представить, как я сейчас выгляжу, — произнесла она, и голос её был хриплым, сорванным, но в нём звучала та лёгкая, игривая нотка, которая говорила, что она в порядке.
Марк, сидящий на корточках рядом со столом, смотрел на неё сверху вниз с выражением, которое нельзя было назвать иначе как обожанием. Он усмехнулся, качая головой, и его пальцы легли на её щеку, поглаживая скулу.
— Божественно, мам. Ты улыбаешься даже глазами.
Она почувствовала, как её улыбка становится шире от его слов. С трудом, опираясь на локти, она всё-таки приподняла голову, встречаясь взглядом с Ом'рк'таном, который стоял у стола, наблюдая за ней с тем спокойным, глубоким вниманием, которое она так ценила.
— Ты тоже так считаешь? — спросила она, и в её голосе звучала лёгкая, уязвимая нотка, смешанная с вызовом. — Или для тебя такой вид мало что значит?
Её ноги всё ещё плохо слушались, слегка подрагивая, когда она попыталась изменить позу. Ом'рк'тан шагнул ближе, и его прохладная ладонь легла на её живот — тяжёлая, собственническая, даруя прохладу, ту которую она с радостью принимала. Он начал медленно поглаживать её кожу, и каждое его прикосновение вызывало трепет, пробегающий по всему телу, несмотря на то что она была полностью истощена.
Он молчал несколько мгновений, глядя на неё, и затем его голос прозвучал — низкий, задумчивый, словно он взвешивал каждое слово.
— Думаю, неделю назад ты бы назвала женщину с подобным видом падшей, мягко выражаясь. — Он сделал паузу, и его пальцы продолжали гладить её живот, успокаивающе, почти гипнотически. — Но я не вижу тебя падшей. Скорее наоборот.
Она смотрела на него, чувствуя, как его слова оседают где-то глубоко внутри, согревая то место, которое она привыкла считать защищённым.
Она помолчала, собирая остатки сил, и затем произнесла тихо, но твёрдо, глядя на них обоих.
— Спасибо, мальчики. Люблю вас обоих.
Марк наклонился и поцеловал её в лоб — невесомо, нежно.
— И я тебя, мам.
Ом'рк'тан замер, его ладонь остановилась на её животе. Он посмотрел на неё, и в его чёрных глазах мелькнуло то выражение, которое она не могла прочитать до конца — смесь удивления, любопытства и чего-то более глубокого, что она только начинала узнавать.
— Любишь? — переспросил он, и в голосе его прозвучала та нотка, которую она знала — он действительно не понимал, или, по крайней мере, не был уверен, что правильно интерпретирует её слова.
Она тихо рассмеялась — устало, тепло, запрокидывая голову.
— Потом объясню.
Тишина, повисшая в помещении, была тёплой, наполненной. Софи медленно закрыла глаза, чувствуя, как ладонь Ом'рк'тана продолжает гладить её живот, как пальцы Марка переплетаются с её пальцами, как её тело постепенно погружается в мягкую, тёплую дымку, предшествующую сну.
Где-то на грани сознания она почувствовала, как её поднимают — сильные руки, тентакли, поддерживающие спину и ноги, — и несут куда-то, где мягче и теплее. Она не открывала глаз, позволяя им заботиться о себе, чувствуя, как её укладывают на что-то мягкое, как текстура нежно окутывает её тело, как протяжный стон облегчения сопровождает её выдох.
— Спи, — раздался низкий голос Ом'рк'тана где-то над ней, перед тем как покинуть каюту.
И она послушалась, проваливаясь в безмятежность.
Она провалилась в сон с той лёгкостью, с какой падает лист с дерева в безветренный день — плавно, без сопротивления, полностью отдаваясь усталости. Марк ещё несколько минут сидел рядом, наблюдая за её дыханием, за тем, как её лицо разгладилось во сне, как исчезли последние следы напряжения вокруг губ.
Он осторожно убрал прядь волос с её лица, наблюдая за её безмятежным состоянием, и бесшумно поднялся, последовав примеру пришельца.
***
Ом'рк'тан уже был на мостике, когда Марк вошёл. Пришелец стоял у пульта, его пальцы скользили по голографическим панелям, вызывая данные, графики, изображения — отчёты дронов, записи дня, сотни файлов, которые ждали обработки. Корабль гудел вокруг них ровным, успокаивающим ритмом, и свет был приглушён до уровня, комфортного для глаз.
Марк опустился в кресло рядом, вытягивая ноги и закидывая руки за голову. Несколько минут он просто сидел, глядя на проекцию планеты, которая медленно вращалась на главном экране, подсвеченная далёким солнцем.
— У меня есть вопрос, — произнёс он наконец, не отрывая взгляда от планеты.
Ом'рк'тан повернул голову, ожидая.
— Когда мы только очнулись здесь, в первые дни, — начал Марк, и голос его был ровным, без напряжения, — на корабле были разные комнаты. Лаборатории. Операционные. С инструментами, которых я никогда не видел. С ложами, которые выглядели так, будто на них проводили вскрытия.
Он повернул голову, встречая чёрный взгляд пришельца.
— Но после того
Порно библиотека 3iks.Me
948
08.09.2026
|
|