- пронеслась в сознании Москвича опрометчивая мысль. И моментально, откликнувшись на неё, прилетел и морок от Фатимы – парень почувствовал, как сползает со ступеньки крылечка, стремительно уменьшаясь в размерах и превращаясь... в муху! Да, в одну секунду он стал большой жирной навозной мухой. С тремя парами ножек и парой крыльев. Полноценной мухой!
Он в ужасе смотрел на возвышавшуюся над ним волшебницу, и следующей мыслью было поскорее взлететь, иначе всё – смерть! Но не тут-то было! Фатима с ядовитой ухмылочкой наклонилась над ним и плюнула, погрузив его тело в вязкую, приторно сладкую слюну.
«Вот теперь всё – подумал он. – Глупо, однако, получилось...».
Он успел увидеть, как медленно, очень медленно, чтобы он прочувствовал всю трагичность момента, поднимается над ним мягкий кожаный сапог волшебницы, как она прощается с ним своей ехидной гримаской, а потом всё небо над ним затмила её подошва...
Морок спал также неожиданно, как и возник.
— Испугался? – спросила Фатима.
Москвичка судорожно сглотнул комок ужаса в горле и перевёл дыхание в режим спящего ленивца.
— Моли о пощаде, - сказала она тихо, следя взглядом за тем, как вышагивали через болотную топь прибывшие высокие гости. – Моли, и может быть, я над тобой смилуюсь. Оторву тебе крылышки и заброшу тебя за горизонт событий. Доползёшь оттуда за несколько дней, а заодно и поумнеешь.
Москвичка вздохнул. Глубоко и безнадёжно.
— Увы, - сказал он с печалью в голосе. – Молить не буду. Ваша ведьминская сила, разумеется, не в пример больше моей, и вы легко сможете заставить меня пресмыкаться у ваших ног, облизывая ваши сапоги, но... Добровольно, как это здесь принято, я такое делать больше не буду.
— Это почему же? – удивлённо улыбнувшись, перевела на него взгляд Фатима. – Всегда пресмыкался, а тут вдруг забастовал? Решил напоследок умереть героем? Или их постеснялся...
Ведьма кивнула в сторону вышедших на поляну демонов.
Ибн Даджаль на этот праздник заявился в ослепительно белом парусиновом костюме, кремовых туфлях как всегда на босу ногу, и старомодном котелке, тоже безупречной белизны. Москвичке почему-то показалось, что сегодня демон решил поиграть в провинциального фокусника, и намерен доставать из этого котелка подарки для особо отличившихся учениц. А что, с него станется.
Лилит сегодня была по обычаю в строгом деловом костюме, впрочем, весьма свободного покроя и светло-серых тонов, подчёркивающих демократичность мероприятия, на которое собралась хозяйка костюма. На ногах ботильоны из кожи какого-то заморского гада, которые она неосторожно испачкала в болотной жиже и теперь с брезгливым выражением лица вытирала о траву.
Высокие гости накоротке поздоровались с директрисой, старшими преподавательницами и особо отобранной группой учениц, которым доверили участие в этой церемонии, и тут же прошествовали в шатёр. Свита последовала за ними в строгом соответствии ранжиру.
— Нет, - ответил Москвичка на укор, высказанный Фатимой. – Их я никогда не стеснялся, тем более что имею устную благодарность от самого Диджитала (он намеренно воспользовался шутливой кличкой старшего демона, чтобы позлить светлую волшебницу), так что мне ли смущаться? Тем более, в такой-то день!
Фатима шпильку проглотила, хотя Москвичка видел, как хотелось ей расспросить его об этой «устной благодарности» и обстоятельствах её получения. Она презрительно надула губки, явно желая подчеркнуть, что и не особо-то её интересуют его прошлые заслуги перед начальством. Хотя история про амулет невиданной силы, изгоняющий любого демона из его человеческого обличья, стала уже легендой пансиона. И Москвичка был прекрасно об этом осведомлён.
Да и, чего греха таить, рассчитывал он на эту благодарность. Может хоть она в последний момент решит его судьбу. Хоть какая-то скащюха выпадет бывалому зэчаре единственный раз в жизни. Ведь два с половиной года назад, когда его друзьям раздавали тут помиловки, он чалился в особой кутузке – в резиновом сапоге у милфы Екатерины, и ни на какое обещанное освобождение даже не надеялся. Ему было объявлено предельно честно и жестоко: ты отсюда не освободишься никогда. И единственной несбыточной надеждой был побег.
Побег, который по всем законам пансиона, был невозможен.
— Тогда почему? – продолжала настаивать Фатима. – Почему ты не желаешь покориться, и принести мне положенную по статусу проскинезу?
— А что потом? – усмехнулся Павел. Ему действительно стало смешно, настолько умница-разумница Фатима не понимала сути происходящего. – Что потом? Всё забудем, сделаем вид, что ничего не произошло, что всё это бред моего воспалённого сознания, никакого убийства и, правда, не было? И как мы будем дальше с этим жить?
Он впервые пристально посмотрел в глаза восточной красавице безо всякого притворного пиетета и фальшивой лести. Просто и жёстко посмотрел, как в глаза открытого врага.
Фатима сделала вид, что не заметила этого взгляда. С видом оскорблённой добродетели надула губки, повела плечиками, кокетливо окинула взглядом его с головы до ног.
— Я просто даю тебе последний шанс, я всё же светлая... Хоть ты и думаешь иначе. А я светлая! И я хочу, чтобы исчезли все эти разногласия, и у нас всё осталось по-прежнему.
— По-прежнему? – удивился Москвичка. – Это как?
— Ну... Повинишься передо мной, признаешь, что был неправ, я, конечно, накажу тебя соответственно.
Он непроизвольно фыркнул, чем окончательно обидел размечтавшуюся узбекскую красотку.
— Накажите? Поркой? Серьёзно?!
Недавнего страха перед ней как не бывало.
— Какая порка?! Будешь моим рабом до Нового года, а там посмотрим...
— Не-а, - нагло ухмыльнулся Павел. – Рабом вашим я уж точно не смогу теперь быть по причинам... вполне физиологическим!
Он привстал и жестом портовой шлюхи приподнял
Порно библиотека 3iks.Me
572
09.09.2026
|
|