Братский приговор- Читать онлайн

и блестящий; как её дырочка жадно обхватывает ствол и не хочет отпускать; как она кусает нижнюю губу до белизны, пытаясь не стонать слишком громко, но всё равно срывается на тихие, жалобные всхлипы.

Лена чувствовала, как внутри всё предательски сжимается. Каждый жёсткий толчок выбивал из неё воздух и какую-то тёмную, грязную волну удовольствия. Ей было стыдно до тошноты — стыдно за то, как громко хлюпает между ног, стыдно за то, что соски под футболкой Виктора твёрдые и ноют, стыдно за то, что тело само подаётся назад, насаживаясь глубже. Но остановиться она уже не могла. Да и не хотела.

Алексей держал её за бёдра мёртвой хваткой, большие пальцы впивались в мягкую кожу, оставляя красные следы. Он трахал её жёстко, глубоко, собственнически — так, будто метил территорию. Каждый раз, когда входил до конца и замирал на секунду, Лена тихо, почти скулила, чувствуя, как он пульсирует внутри.

— Скажи, что ты шлюха, — потребовал он, не сбавляя жёсткого ритма, вбиваясь особенно глубоко, так что тяжёлые яйца шлёпали о её мокрую, опухшую промежность.

— Я... шлюха... — выдавила она сорванным, дрожащим голосом.

Внутри всё горело. Каждый глубокий толчок растягивал её до предела, заполнял так плотно, что дыхание перехватывало. Толстый ствол двигался медленно и тяжело — выходил почти полностью, мокрый, блестящий от её густых соков, оставляя на губах белёсые нити, и снова входил до самого основания, упираясь головкой глубоко внутрь. Лена чувствовала, как её собственные стенки судорожно сжимаются вокруг него, предательски пытаясь удержать, высосать ещё глубже. Стыд жёг сильнее, чем возбуждение. Она изменяла мужу. С его родным братом. На их общем диване. Под камеру. И тело, вместо того чтобы сопротивляться, только сильнее текло, хлюпало, принимало.

— Громче, — повторил Алексей. Голос оставался ровным, но дыхание уже сбивалось, а пальцы на её бёдрах впивались сильнее. — Чтобы камера слышала каждую букву. Чтобы Витя потом понял, какая ты на самом деле.

Он не ускорялся. Наоборот — двигался нарочито размеренно, глубоко, почти издевательски, давая ей чувствовать каждый сантиметр толстого ствола. Ладони крепко держали её за бёдра, большие пальцы оставляли красные следы на мягкой коже. Каждый раз, когда головка упиралась во что-то особенно чувствительное внутри, Лена невольно вздрагивала всем телом и тихо, жалобно всхлипывала. Срамные губы вокруг его члена были распухшими, тёмными, блестящими, почти вывернутыми. Смазка хлюпала громко, непристойно, стекала по его яйцам и дальше — на обивку дивана тёмными мокрыми пятнами.

— Я шлюха! — почти выкрикнула она, когда он вошёл особенно глубоко и замер на секунду, прижавшись пахом к её ягодицам так плотно, что она чувствовала, как он пульсирует внутри. — Я изменяю мужу... с его братом... пожалуйста... не показывай ему...

Голос сломался на последнем слове. Слёзы уже текли по щекам, капали на диван. Ей было стыдно до тошноты. Стыдно за то, как громко и пошло хлюпает между ног. Стыдно за то, что соски под футболкой Виктора твёрдые, ноющие, трутся о ткань. Стыдно за то, что внутри всё сжимается от каждого его движения и она уже близка к тому, чтобы кончить сама — прямо вот так, на четвереньках, с членом брата мужа в киске.

Алексей ещё несколько раз медленно вошёл и вышел, наслаждаясь тем, как её киска жадно обхватывает его, как дрожат бёдра, как она сама чуть подаётся назад на каждый толчок. Потом он остановился глубоко внутри, наклонился к её спине, горячо выдохнул в затылок и тихо, почти ласково сказал:

— Теперь рот.

Он вышел не резко — медленно, сантиметр за сантиметром, давая ей почувствовать, как пусто и мокро становится внутри. Член выскользнул полностью, тяжёлый, пульсирующий, весь блестящий от её густых соков, с тонкой ниточкой смазки, которая потянулась от головки к её раскрытой, покрасневшей дырочке и лопнула.

Лена ещё не успела выпрямиться, когда он уже развернул её за плечо, посадил обратно на колени между своих раздвинутых ног и направил блестящую, мокрую головку прямо к её губам.

— Открой.

Она открыла. Не сразу — губы дрожали, — но открыла. Алексей не стал ждать. Он насадил её рот на свой член сразу глубоко, почти до горла. Головка скользнула по языку, оставляя густой, сладковато-солёный вкус её собственных соков, смешанный с его смазкой. Лена всхлипнула, глаза мгновенно наполнились слезами, но он уже держал её за волосы обеими руками, контролируя глубину.

Несколько раз он медленно двинул бёдрами, позволяя ей почувствовать, какая она на вкус на его члене — густая, горячая, пошлая. Потом темп стал жёстче. Он начал по-настоящему трахать её рот — глубоко, ритмично, без жалости. Головка каждый раз упиралась в мягкое нёбо и проскальзывала дальше, в горло. Лена давилась, слюна обильно стекала по подбородку, смешиваясь с её же смазкой, тонкие нитки тянулись вниз на футболку Виктора. Слёзы текли ручьём, нос заложило, но он не отпускал.

В голове у Лены колотилось одно:

«Он трахает меня в рот своим членом, на котором ещё мои соки... и мне приходится это глотать. Господи, какой же я ужас...»

Алексей смотрел сверху вниз — на то, как её губы растянуты вокруг толстого ствола, как щёки втягиваются, как слёзы блестят на ресницах, как она старается, даже когда давится.

— Вот так, — низко выдохнул он, не вынимая члена изо рта. — Смотри в камеру. Пусть Витя видит, как ты сосёшь мой член после того, как я тебя выебал. Как старательно облизываешь. Как давишься.

Он чуть

Порно библиотека 3iks.Me