мы пришли сюда заниматься математикой, а не всякими глупостями!
— Глупостями? — он усмехнулся. — Вы называете это глупостями? А в прошлый раз, когда ваша рука была на мне, это тоже была глупость?
Она молчала.
— Мы позанимаемся, — продолжил он, раскинув руки по спинке дивана. — Сразу после извинений. Вы подарили мне рай, а потом отняли его. Теперь вы должны вернуть. Я жду.
Тишина в комнате стала осязаемой, густой, как кисель. Инна сидела не двигаясь. В голове вихрем проносились мысли. Ипотека. Кредиторы. Сергей и его ставки. Игорь и его старый телефон. Съёмная квартира, из которой их могут попросить в любой момент. Деньги, которых нет. Будущее, которое висит на волоске. И этот мальчишка, который требует от неё... чего? Всего лишь повторить то, что уже случилось однажды. «Один раз уже было, — прошептал внутренний голос. — И ничего страшного не произошло. Ты сделаешь это ещё раз — последний — и он вернётся к учёбе. Ты получишь деньги. Ты получишь ипотеку. Ты получишь свободу. Всего один раз».
Она посмотрела на его член — набухший, пульсирующий, требующий внимания. Затем на его лицо — наглое, но в то же время такое юное, такое уязвимое в своём желании. Затем на свою левую руку, где на безымянном пальце тускло блестело обручальное кольцо.
Она протянула руку.
Её пальцы, прохладные после улицы, мягко обхватили его плоть. Паша шумно выдохнул, и его голова чуть откинулась назад. Инна начала двигать рукой — медленно, неуверенно, всё ещё надеясь, что он остановит её. Но он не останавливал. Его плоть была горячей, упругой, и она чувствовала, как под её пальцами пульсирует жизнь.
Она смотрела на свои пальцы, обхватывающие его член, и на кольцо, которое мерцало в такт движениям. В этом было что-то глубоко неправильное и оттого ещё более волнующее. Иногда её взгляд падал на его лицо — он смотрел на неё с довольной, сытой улыбкой, в которой читалось торжество. Она встретилась с ним взглядом и тут же смущённо отвела глаза, чувствуя, как горят щёки.
Прошло несколько минут. Рука Инны ускорилась. Она пыталась довести его до разрядки — механически, почти по-деловому, — но Паша не кончал. Он дышал тяжело, его бёдра подрагивали, но финал не наступал.
— Скоро ты? — спросила она, и в голосе её прозвучала смесь нетерпения и тревоги.
— Не знаю, — он качнул головой. — Пока не получается. Может, надо что-то ещё?
Он протянул руку к её груди и сжал её через ткань блузки — мягко, но настойчиво. Инна вздрогнула, чувствуя, как его пальцы мнут кружево лифа.
— Павел, это неправильно, — она попыталась убрать его руку, но сделала это не сразу.
— Так будет быстрее, — сказал он, не убирая ладони. — Вы же хотите, чтобы это закончилось?
Она всё-таки отвела его руку, но он не стал настаивать.
— Тогда сделайте вот что, — Паша облизнул пересохшие губы. — Плюньте на него. Смазка нужна. Слюна... это поможет. Так мы весь урок можем просидеть.
Инна замерла. Просьба была унизительной и одновременно интимной. Но в его голосе не звучало ни насмешки, ни приказа — только просьба. И этот тон, странным образом, обезоруживал.
Она наклонилась. Её лицо оказалось прямо над его членом — горячим, багровым, блестящим от первой влаги. Она набрала в рот слюны и, зажмурившись на мгновение, плюнула. Тёплая слюна растеклась по головке, потекла вниз по стволу, попала ей на ладонь. Она снова начала двигать рукой — теперь скольжение было лёгким, влажным, сопровождавшимся тихим, непристойным звуком.
Паша застонал, откидываясь на спинку дивана. Его дыхание стало частым, прерывистым. Инна, сама того не замечая, начала дышать в том же ритме. Внутри неё что-то разгоралось — тёмное, стыдное, но невыносимо сладкое. Она чувствовала, как между ног становится влажно, как напрягается грудь под кружевом лифа. Но она не подавала виду.
Однако Паша всё не кончал. Прошло ещё несколько минут. Инна устала, её запястье ныло, а он всё ещё был на грани, но не переступал её.
— Никак, — выдохнул он, и в его голосе послышалась досада. — Слушайте... может, попробуете ротиком?
Он положил ладонь ей на затылок и мягко, но настойчиво потянул её голову вниз. Инна поддалась. В голове у неё был туман, мысли путались, тело действовало само. Она наклонилась — губы уже почти коснулись влажной головки, — но в последний момент резко отпрянула.
— Нет, — выдохнула она, убирая руку. — Павел, это слишком. Я не могу.
Она вскочила с дивана, тяжело дыша. Паша тоже вскочил, и его член, всё ещё возбуждённый, качнулся в воздухе.
— Тогда занятия окончены, — отрезал он, запахивая халат. — Я думал, вы серьёзно. А вы опять играете.
Он шагнул к двери. Инна смотрела на его удаляющуюся спину, и внутри неё всё рухнуло. Сейчас он уйдёт. И всё — ипотека, договорённости, надежды — всё разлетится вдребезги.
— Паша, подожди! — её голос прозвучал жалобно, почти умоляюще. — Пожалуйста. Я... я попробую ещё.
Он остановился. Медленно обернулся. На его лице читалась борьба: разочарование, обида, но и надежда.
— Правда попробуете?
— Да, — она кивнула, и в этом кивке было больше поражения, чем согласия. — Садись.
Он вернулся на диван. Инна села рядом, взяла его член в руку и снова начала двигать — быстро, ритмично. Но спустя несколько мгновений его ладонь снова легла на её затылок.
— Не упрямьтесь, — прошептал он, и его голос был одновременно
Порно библиотека 3iks.Me
88
16.09.2026
|
|