золотистой кожи, источающей аромат дикого меда и сухой земли.
Зария на какое-то мгновение искренне растерялась.
Эта гордая вождь-амазонка, привыкшая сама повелевать и сминать врагов, никак не ожидала от малорослого чужака такого наглого, сокрушительного и властного напора! Ей ничего не стоило смахнуть с себя Мишу как назойливое насекомое. Но она этого не сделала. Её огромные тёмные глаза широко раскрылись. В них отразился не испуг, а глубокое, ошеломляющее изумление, которое тут же сменилось волной жгучего, ответного жара.
Она не сопротивлялась. Воительница лишь чуть прогнулась в пояснице навстречу его поцелуям, позволяя этому странному и безумно смелому мужчине полностью овладеть моментом…
Глава 36.
Как только Миша почувствовал, что женщина-воин больше не сопротивляется и её напряженное тело обмякло в ответ на его напор, он отпустил её руки. Железная хватка сменилась чистой, всепоглощающей лаской.
Его пальцы переплелись с её пальцами, а губы продолжали своё сокрушительное движение. Он покрывал поцелуями каждую пядь и каждую горбинку её безупречного тела — соскальзывал с тонкой, сильной шеи к трепещущей груди, ловя её учащённое, горячее дыхание.
Зария тихо, грудно стонала, впервые в жизни отдавая инициативу и сдаваясь на милость этому странному, но неимоверно отважному мужчине. Покрывало из замши — остатки её одежды были отброшены прочь. Под кронами диких деревьев, на мягком, пахнущем хвоей и сухой землей ковре, двое совершенно голых людей из совершенно разных миров слились воедино.
Разница в габаритах, которая ещё недавно казалась непреодолимой пропастью, вдруг перестала существовать. Все страхи, языковые барьеры и переживания о завтрашнем дне растворились в безудержном ритме страсти. Зария ответила на его порыв всей мощью своей первобытной натуры — её сильные ноги обвили его бедра, притягивая к себе, а пальцы впились в спину Михаила, оставляя горячие следы.
В этом неистовом союзе не было место спешке или фальши. Зария почти не почувствовала проникновение маленького по её меркам органа Миши, но зато она почувствовала другое — дикую всепоглощающую страсть направленную на неё. Это было чистая, звенящая физика природы, где каждый толчок, каждое прикосновение и каждый сдавленный выдох утверждали жизнь прямо на грани опасности. Миша чувствовал себя настоящим завоевателем, покорившим неприступную горную вершину, а Зария — женщиной, нашедшей равного себе по духу избранника.
Когда Миша излил в тело великанши всё что у него было, и волна безумного жара наконец спала, оставив после себя лишь приятную, истому и сбивчивое дыхание, они так и остались лежать на сухой траве, крепко прижавшись друг к другу.
Восток за ветвями деревьев разгорался золотом нового дня. Миша лежал на груди у Зарии, чувствуя, как ритмично билось её мощное сердце, и понимал: теперь этот мир окончательно стал для него родным.
Глава 37.
Пока Миша и Зария отсутствовали у источника, ситуация в лагере накалилась до предела. Мира металась в сильном, тяжелом жару. Ее смуглая кожа горела, а на лбу и висках непрестанно выступали крупные капли холодного пота. Рваные края когтистых ран на груди заметно припухли и потемнели — инфекция, занесенная когтями мохнатой твари, быстро развивалась, отравляя организм. Саша, совершенно не зная, чем помочь и сходя с ума от беспомощности, непрестанно хлопотал вокруг больной. Он обмахивал её веткой, бережно поправлял самодельную подушку из сухого мха и со страхом вглядывался в её побледневшее лицо.
Дара в это время действовала молча и с пугающей сосредоточенностью. На плоском, гладком валуне она смешивала остывший пепел из костра с мелово-белым толчёным минералом, который нашла неподалёку среди скал, обильно смачивая эту массу собственной слюной. Помешивая серую густую пасту острым костяным наконечником, снятым с копья и использовавшимся теперь вместо ножа, воительница добивалась однородности. Закончив, Дара аккуратно нанесла немного смеси на кончик костяного лезвия и тихо, с глубокой нежностью что-то прошептала Мире.
Раненная девушка никак не отреагировала — она уже находилась без сознания, погрузившись в плотную, тяжелую беспамятность.
Дара нахмурилась. На её красивом лице отразилась жестокая решимость человека, собирающегося совершить нечто невероятно больное, но жизненно необходимое. Прижав левой рукой плечо подруги к земле, она кончиком наконечника густо и решительно нанесла импровизированную пасту прямо на открытые, пылающие края раны. Щёлочь и минералы мгновенно въелись в повреждённые ткани. Даже находясь без чувств, Мира резко выгнулась в пояснице. Её лицо сморщилось от невыносимой, вспыхнувшей под кожей боли, и из самой глубины груди вырвался глухой, жалобный стон.
Саша от этого звука буквально сжался изнутри. Сердце заколотилось где-то в горле. Не выдержав, он опустился на колени с другой стороны от Миры, мягко перехватил её метавшуюся ладонь и крепко сжал в своих пальцах, пытаясь хотя бы так забрать часть этой дикой, палящей боли себе. Дара подняла на него глаза. В её взгляде больше не было прежнего кокетства или поддёвок — только суровая, взрослая благодарность за его присутствие и верность…
Глава 38.
Придя в себя после неистовой вспышки страсти, Миша и Зария первым делом вернулись к реальности. Опалённые чувственным жаром, они с удвоенной силой бросились на поиски воды — тем более что и сам Михаил теперь всё сильнее испытывал мучительную, сушащую горло жажду.
Настойчивость дала плоды довольно быстро. Пробравшись сквозь густые заросли темно-зеленого мшистого кустарника, они вышли к небольшому скальному карнизу, у подножия которого пробивался тонкий, кристально чистый ручеек. Вода была ледяной, вкусной и свежей — они припали к ней прямо губами, жадно утоляя сушь.
Однако, напившись, Миша столкнулся с новой, суровой проблемой: как донести эту спасительную влагу до оставшихся у костра Саши, Дары и
Порно библиотека 3iks.Me
283
20.09.2026
|
|