сильнее и сильнее наваливался на меня, одной рукой продолжая прижимать мою ногу к кровати, второй – упираясь мне в живот, ровно над тем местом, где уже, по моим подсчетам, сновал его член.
– Петр решил все веселье забрать себе, – отрешенно сказал Саша, поднимаясь с кровати, слегка лаская член, лишенный моей ласки.
– Не боись, если ее пизде наступит... Пизда, – Костя сам засмеялся своему каламбуру. – Мы еще с жопкой поиграем.
– Так пизде точно пизда. Ты только посмотри, как она все это принимает...
– Эй, шлюха, как тебе? – наклонился ко мне Толя. – Слышишь меня?
– Я... Ох... – я зажмурилась, получив несколько пощечин от мужчины. – Мне... Хорошо...
– Слышал, Петька, хорошо ей! А надо, чтобы не было хорошо. Сачкуешь.
Петр не ответил. Он лишь нарастил темп, и конечная фаза его траха продвинулась глубже. Теперь он явно долбил что-то во мне, что уже не желало тянуться. Все. Дно. И с каждым толчком это дно получало все новые и новые удары, отзывающиеся импульсами от макушки до кончиков пальцев.
Мысли испарились, в глазах возникла розоватая пелена. Я всем своим существом, всей своей личностью превратилась во влажную розовую пещерку, растянутую до предела горячим поршнем, и самая широкая область этого поршня, стык головки и ствола, вот именно эта область стала средоточием моего внимания, и ничего больше я уже не замечала. Не замечала я мужчин, стоящих вокруг и то ли ждущих своей очереди, то ли злобно насмехающихся надо мной, над тем, что останется после меня, после этого дикого уничтожения. Не замечала я грубых манипуляций множества мужских рук, сильных сжатий моей груди и сосков, варварской хватки в моей промежности, бесконечных ударов ладонями по моим щекам, груди, бедрам... Не слышала, не понимала смысла их слов, сыпящихся на меня. Это явно были грязные оскорбления, но я лишь глупо улыбалась в ответ, без ответа.
Я ощущала себя грязной тряпкой, которую швабра водит по грязному полу последний раз, перед тем, как окончательно выбросить. Спиной и тазом я елозила по насквозь уже мокрому матрасу, сбившаяся простынь, казалось, натерла на моей коже красноту, а запах мужского пота, спермы и алкоголя, казалось, намертво впечатались в мои обонятельные рецепторы. Все мое голое тело было пропитано потом, и я уже не знала, мой это пот или этих мужчин.
Член достиг крайней точки моих внутренностей, затем, слегка поднажав, с громким, каким-то особенным гулким шлепком откуда-то из глубины, резко провалился внутрь, и я ощутила, как его большие, волосатые яйца тяжко легли на мою промежность.
– Ох пиздец, – вдохнул Толя.
– Вызывай скорую, хули, – развел руками Саша.
– Ты как, Надюш? – подполз к моему лицу Владимир и похлопал меня по давно уже горящим щекам.
Я не ощущала боли. Лишь дикое давление внутри, чувство растяжение, тепло, массу тепла. И удовольствие. Дикое удовольствие, настолько сильное, что мне даже страшно было потерять его, если бы мужчина вытащил из меня свой член. Краешком сознания я понимала, что это может быть моим спасением, если я симулирую боль... Но...
– Мне... О... Ох... Охуенно... – прошептала я дрожащими губами.
– Вот шлюха, – засмеялся Костя. – Слышал, Петр? Давай, во всю. Не щади!
– Ну Надя! Ну находка! – снова откинулся Владимир на подушки, продолжая мять себя снизу.
Я уже не слышала последних слов, ибо Петр начал буравить меня теперь уже вовсю, совсем уже не беспокоясь о чем-то. Мужчина долбил мою киску уже изо всех сил, судя по тому, как напряжен был его огромный мускулистый корпус, даже едва заметные кубики пресса проступили через кряжистый панцирь живота. От его мощных ударов я настолько сильно вжималась в матрас, что его пружины тут же пытались вытолкнуть меня обратно, навстречу этой реактивной ракете, буквально нанизывающей внутренности моей киски на себя с каждым толчком.
Я запрокинула голову, не в силах сдержать крик, чувствовала, как улыбаюсь, как слезы текут из моих глаз, кажется, я на мгновение даже отключилась, может, даже не один раз, мне страшно было представить, в какой фарш превращаюсь между ног, да мне и не было это интересно, я превратилась в одно большое ощущение, бьющее каждую клетку моего тела ледяными молоточками, разрывающими, сводящими с ума...
Я очнулась, когда Петр полностью вытащил из меня свое полено, сантиметр за сантиметром, липко, влажно, оставляя внутри такую страшную пустоту, что киска даже заныла от этого. Я, осмелившись, подняла голову и посмотрела туда... Очень хотелось оглядеть себя в зеркале, но даже с моего угла обзора было видно, как чудовищно деформировалась моя аккуратная и скрытая внутри розочка... Сейчас представляющая собой лишь незакрывающуюся черную овальную дыру, обрамленную распухшими покрасневшими складочками, пульсирующую, текущую, дрожащую... Каждое движение в талии, ногах, бедрах, даже руках отзывалось там новыми и новыми волнами тупой, нарастающей... Не болью... Но страшно давящими ощущениями, испытывала которые я первый раз в жизни... Интересно, так же чувствуют себя женщины после родов?
– А ну-ка, дайте мне ее сюда, – Владимир подполз ближе, став надо мной на коленях, жестом остановив отходящего было Петра. – Ну-ка... Ну-ка... Посмотри, как это красиво...
Он положил свою жирную волосатую ладонь на раскрасневшееся зарево, это чудовищное поле боя, потрогал, сперва аккуратно, потом все настойчивей, сильнее, пристально глядя мне в глаза, внимательно следя за моей реакцией, жадно ловя каждую эмоцию, каждое движение моих бедер, рта, наслаждаясь моим страхом, моими страданиями...
Он медленно сложил пальцы
Порно библиотека 3iks.Me
316
20.09.2026
|
|