Мои нежные кузины ((Часть 1) Полная версия)- Читать онлайн

принцип распространяется и на мою сестру? Вы и ей так же «должны подчиняться»?

— С Зинаидой... это другое. Мы репетируем. Я подчиняюсь ей по роли.

— По роли? — она резко шагнула ко мне. — Значит, вчера вы целовали ей ногу тоже «по роли»?

— Совершенно верно! Клянусь! Это сцена из пьесы. Граф Солтык...

— Не клянитесь! Я вам не верю. Это ложь!

— Ей-богу, нет! Спросите у Зинаиды!

— Чтобы я стала у неё что-то спрашивать о вас?! — вспыхнула она. — Так это всё по сценарию? Это не вы, а ваш граф?

— Ну да! Именно граф поклоняется Эмме.

— А вы бы лично, Алексей Горецкий, стали бы целовать ноги Зинаиде, если бы не эта дурацкая пьеса?

— С чего бы это? — искренне удивился я.

— С того, что она вам нравится! Вы ею пленены, как и все!

— Машенька, — тихо, но очень четко сказал я, глядя ей прямо в глаза, — вы мне нравитесь.

Она замерла.

— Правда?

— Конечно, правда. Разве вы не почувствовали этого здесь, в прошлый раз? Разве я мог бы так... так служить вам, если бы вы были мне безразличны?

Её лицо смягчилось, в глазах мелькнула надежда, но тут же вновь вспыхнула ревность.

— Хорошо. А вы могли бы мне целовать ноги? Уже не по сценарию. Просто потому, что я вам нравлюсь, и потому, что вы виноваты передо мной?

— Я был бы... безмерно счастлив, — выдохнул я, и это была чистейшая правда.

— Тогда вот, — она деловито подошла к старому жернову, лежащему в стороне, и уселась на него, как на трон. Затем, с вызывающей медлительностью, закинула ногу на ногу и, не спуская с меня взгляда, сняла с той ноги, что повисла в воздухе, легкую туфельку. Она упала на камень с тихим стуком. — Целуйте. Немедленно. И пусть в каждом прикосновении будет и ваше раскаяние, и ваше... обожание.

Я подполз на коленях по холодному камню. Передо мной, в полумраке, сияла ее босая ступня — та самая, которую я омывал. Теперь она была чистой и казалась хрупкой, совершенной. Я не просто наклонился. Я припал. Мой первый поцелуй упал на подошву, чуть шершавую от дороги, — это был поцелуй покорности и вины. Второй — нежнее, на свод стопы — поцелуй прощения. Третий — на пятку, с трепетом. Затем я, словно в молитве, начал покрывать мелкими, нежными, бесконечно почтительными поцелуями каждый пальчик, чувствуя под губами их тепло и форму. Я целовал долго, самозабвенно, забыв о времени, о неудобстве, обо всем на свете. В этих прикосновениях было мое полное подчинение, моё искупление и что-то новое, что рождалось во мне с каждой секундой — ослепительное, всепоглощающее чувство. Это была не просто симпатия. В этом акте безоговорочного поклонения, в этом доверии, которое она мне сейчас, гневно и требовательно, оказывала, я окончательно и бесповоротно влюбился в Машеньку. Её каприз был законом, её обида — моей величайшей болью, а её прощение — единственной целью.

Если бы я знал, что в этот самый момент из-за груды полусгнивших бревен за нами наблюдает пара восторженных детских глаз! Сын кухарки Дарьи, десятилетний Васька, специально посланный Зинаидой «последить, куда они пойдут и что делать будут», не пропустил ни одной детали. И едва мы с Машей, уже примиренными (она позволила мне нести ее туфельки и шла босиком, слегка опираясь на мою руку), направились к дому, он стремглав помчался в усадьбу с подробнейшим докладом.

Гроза разразилась сразу после обеда. За столом Зинаида сидела, словно ледяная статуя, не проронив ни слова, лишь её взгляд, скользящий по мне, был острее ножа. Едва Маша, сославшись на головную боль, удалилась в свою комнату, Зинаида резко встала.

— Алексей, за мной. Немедленно.

Она повела меня не в сад, а прямо в свою девичью комнату — место, куда мне, как мужчине, доступ был заказан. Комната была удивительно строгой: мало безделушек, много книг, портрет Бетховена на стене и сильный запах лаванды.

Она захлопнула дверь и повернулась ко мне. На её обычно холодном лице горели яркие пятна гнева.

— Как вы смели?! — прошипела она, едва сдерживаясь от крика. — Я же приказывала вам подчиняться только мне! Это было необходимо для искусства, для погружения в роль! А вы что? Продолжаете пресмыкаться перед этой... этой пустышкой! Вы что, влюбились в неё? Ослепли от её ямочек на щеках?!

— Зинаида, я не понимаю...

— Не притворяйтесь идиотом! — она резко шагнула ко мне. — Про сегодняшний день на мельнице! Мой маленький шпион всё видел. Всё. Вы не просто стояли на коленях. Вы целовали ей ноги. Но не так, как мне — по сценарию, формально! Нет! Вы целовали её ноги, как влюбленный раб! Это возмутительно! Вас следует высечь розгами за такое вероломство!

Мне стало и страшно, и стыдно под этим уничтожающим взглядом.

— Зиночка, простите... Я виноват перед вами. Но Машенька... она мне и вправду нравится...

— А я?! — её крик был полон неподдельной боли и уязвленного самолюбия. — Разве я вам не нравлюсь? Разве я менее красива? Менее достойна поклонения? Я, которая открыла вам высокие идеи, которая руководит вами!

— Вы... вы прекрасны, Зинаида. Вы — как богиня. Строгая, недосягаемая...

— Недосягаемая? — она горько рассмеялась. — Для того, кто ползает на коленях перед моей сестрой? Нет. Теперь вы для меня — предатель. Искупление будет суровым. На колени! На колени, негодный,

Порно библиотека 3iks.Me