поясницы, притягивая его глубже. — Когда... когда один из них... я не помню кто... кончил мне на спину. На платье. И сперма была липкая, холодная... и я продолжала стоять раком... и ждала следующего. Зная, что он видит эти потеки на мне. Зная, что я даже не вытру их. Вот это. Это было... самое грязное. Я чувствовала себя вещью. Использованной вещью, которую передают дальше.
Он застонал, ее слова ударили прямо по нервам. Его движения стали резче, глубже. — А если бы... если бы я тогда... кончил тебе на спину? Как они?
— Я... я бы, наверное, заплакала, — прошептала она, и в ее глазах действительно блеснули слезы. — И, наверное... попросила бы тебя стереть это. Не как они. Ты бы стер?
— Да, — прохрипел он, чувствуя, как нарастает волна. — Я бы вылил на тебя целое ведро и вытер дочиста, только что бы потом ещё раз кончить в тебя!
Ее тело содрогнулось в мощном, долгом оргазме от этих слов. Ее внутренние мышцы схватили его член в судорожных спазмах, выжимая из него стон. Он продержался еще несколько толчков, глядя, как ее лицо искажается в экстазе, а затем отпустил себя, вливая в нее горячим потоком, с тихим, сдавленным рыком.
Он рухнул на нее, потом быстро перекатился набок, чтобы не раздавить. Они лежали, тяжело дыша, потные, снова соединенные липкой влагой.
Она первой заговорила, поглаживая его влажные волосы.
— Ты прав, — сказала она тихо. — Грязные разговоры... они работают. Как спусковой крючок.
Он кивнул, прижимаясь лицом к ее плечу. Его член, к его собственному удивлению, уже начал мягко наполняться кровью снова, просто от лежания рядом с ней, от запаха ее кожи, смешанного с запахом секса.
— Неутомимый, — прошептала она, почувствовав это своей ногой. Ее пальцы снова потянулись к нему, легонько поглаживая. — Весь день, говоришь? Давай проверим.
Он повернул голову и поймал ее взгляд. В нем не было уже ни стыда, ни сомнений. Была только темная, манящая глубина их общего падения.
— Давай, — согласился он. У них был целый день. И намерение использовать каждую его секунду, чтобы исследовать друг друга, власть, и все те грязные уголки, которые они открыли. О завтрашнем дне, о последствиях, они снова договорились не думать. Было только сейчас. Только эта комната. Только они. И тихий, властный шепот прошлого, который направлял каждое их прикосновение.
Она лежала, разглядывая потолок, её рука все еще лежала на его слегка набухшем члене, как на трофее. Воздух в спальне был густым, наполненным запахами их тел – пот, секс, что-то ещё, горьковато—сладкое, что невозможно было отделить одно от другого.
— Душ, — вдруг сказала она, не поворачивая головы. Голос был хриплым, использованным.
Он повернулся на бок, подперев голову рукой. — Вместе?
Она наконец посмотрела на него, и в её карих глазах мелькнула тень прежней, материнской неловкости, но она тут же погасла, сменившись чем-то более тёплым и опасным.
— Да, вместе. Кто знает, что ещё может случиться под струями воды.
Она встала первой, её тело было гибким, несмотря на возраст и недавнюю активность. Он наблюдал, как она идёт к двери, как свет играет на её ягодицах, на синяках, которые теперь были частью её ландшафта. Он последовал за ней, и его возбуждение, уже полное, явно выдавало его мысли.
Ванная комната была просторной, выложенной светлой плиткой. Она включила воду, отрегулировала температуру, и вскоре комната наполнилась паром. Она шагнула под струи первой, запрокинув голову, позволяя воде стекать по её лицу, шее, груди. Вода смывала с неё пот и следы их соития, но не могла смыть память.
Он вошёл следом, прижался к ней сзади, его руки обхватили её живот, а член упёрся в ягодичную складку. Она вздрогнула, но не отстранилась, а, наоборот, прижалась к нему спиной.
— Дай мне мыло, — попросила она тихо.
Он взял с полки гель для душа с ароматом зелёного чая – её аромат. Вылил немного в ладонь и начал наносить ей на спину. Его руки двигались медленно, массируя, втирая пену в кожу.
— Ты моешь меня, как будто я хрустальная, — прошептала она, её голос терялся в шуме воды.
— А ты и есть, — ответил он, его губы прикоснулись к её мокрому плечу. — Хрустальная, но уже с трещинами. И в этих трещинах самая интересная история.
Она повернулась к нему лицом, вода стекала по её щекам, как слёзы. — Помой меня везде, Степа. Везде, где они трогали. И там, где трогал только ты.
Это было разрешение, граничащее с приказом. Он послушно взял больше геля. Его руки скользнули на её грудь, и он начал мыть её, уделяя особое внимание соскам, которые сразу же откликнулись, набухнув под его пальцами. Она зажмурилась, её дыхание стало глубже.
— Они трогали здесь грубо, — сказал он, его большие пальцы кружили вокруг ареол. — А я буду нежно. Но долго.
— Да... — было всё, что она могла выдохнуть.
Он опустился на корточки перед ней, и его мыльные руки поползли по её животу к лобку, к тёмным волосам. Он намылил её там тщательно, почти клинически, но его пальцы не могли удержаться и проскользнули глубже, между половых губ, промывая каждую складку.
Она опёрлась руками о кафельную стену, её тело слегка дрожало. — Внутри... — прошептала она. — Там... тоже нужно.
Он посмотрел на неё снизу вверх, вода била ему в лицо. — Ты уверена?
— Да.
Порно библиотека 3iks.Me
616
19.05.2026
|
|