Тени августа (Части 1 - 10)- Читать онлайн

он — просто глаз, просто наблюдатель, который не может отвести взгляда. Член дергается в кулаке, головка набухает, темно-розовая, влажная, и он проводит большим пальцем по уздечке, чувствуя, как по телу пробегает дрожь.

Елена молчит. Она стоит за его спиной, и он чувствует тепло ее тела через тонкую ткань ночной рубашки. Слышит ее дыхание — неровное, прерывистое. И понимает, что она тоже смотрит. На его руку. На его член. На то, что он делает.

— Ты думаешь о Варе? — спрашивает она вдруг. Голос тихий, почти беззвучный.

Коля замирает. Член пульсирует в кулаке, и он чувствует, как кровь стучит в висках.

— И о Татьяне, — шепчет он. — О них обеих.

Он закрывает глаза, и перед ним всплывает лицо Татьяны — ее голубые глаза, полные слез, ее губы, разбитые в кровь, ее грудь, которую сжимали чужие руки. А потом лицо Вари — острые скулы, короткие волосы, взгляд, который стал пустым и мертвым после того, как Краузе кончил ей в рот.

Коля начинает двигать рукой быстрее. Член скользит в кулаке, влажный, горячий, и он чувствует, как приближается оргазм — горячая волна поднимается от поясницы, сжимает яйца, пульсирует в головке.

— Я кончу, — выдыхает он. — Мам, я сейчас...

— Не надо, — шепчет Елена, и ее пальцы сжимают его плечо. — Не надо здесь. Не у окна.

Но Коля не может остановиться. Он смотрит на темные окна дома Татьяны и представляет, что они с Варей там, в ее комнате, и она позволяет ему — впервые позволяет — трогать себя. Ее грудь — маленькая, острая, с твердыми сосками. Ее живот — гладкий, теплый. Ее ноги — длинные, стройные, раздвинутые для него.

Член дергается, и первая струя спермы вылетает на подоконник — густая, белая, пахнущая солью и желанием. Коля стонет сквозь зубы, продолжая двигать рукой, выдавливая из себя остатки, пока член не перестает пульсировать.

Тишина. Только его дыхание — хриплое, рваное — и запах спермы, смешивающийся с запахом пыли и августовской ночи.

— Прости, — шепчет Коля, не оборачиваясь.

Елена молчит. Ее рука все еще лежит на его плече, но пальцы дрожат. Он чувствует, как она делает шаг назад, и слышит шорох ночной рубашки.

— Ложись спать, — говорит она наконец. Голос ровный, но в нем слышна боль. — Завтра будет тяжелый день.

Коля кивает, но не двигается. Он смотрит на темные окна, на лужицу спермы на подоконнике, на свои дрожащие пальцы. И чувствует, как внутри поднимается тошнота — от отвращения к себе, от бессилия, от того, что он ничего не может сделать, кроме как стоять у окна и дрочить на чужое горе.

— Мам, — голос срывается. — Я боюсь за них. За Варю. За тетю Таню.

Елена молчит долго. Потом он слышит ее голос — тихий, почти неслышный:

— Я тоже боюсь.

Она поворачивается и уходит в свою комнату. Дверь закрывается с мягким щелчком, и Коля остается один у окна, в темноте, с запахом спермы и стыда.

Он смотрит на дом Татьяны. Там тихо. Ни звука. Только ветер шелестит листьями, да где-то вдалеке лает собака.

Коля поднимает руку и вытирает пальцы о штанину. Потом застегивает ширинку и долго стоит, глядя на темные окна, за которыми — две женщины, которых он любит, и двое мужчин, которые их насилуют.

Он ничего не может сделать. Он просто стоит и смотрит.

В соседней комнате Елена сидит на кровати, сжавшись в комок. Она слышала все — его дыхание, его стоны, запах спермы, который просочился под дверь. Она закрывает глаза, и перед ней всплывает лицо Штайнера — его лисья улыбка, его быстрые руки, которые уже трогали ее, когда она пыталась пройти мимо.

Завтра он придет снова. Она знает.

И она не знает, сможет ли сопротивляться.

Елена ложится на кровать и смотрит в потолок. В доме тихо, только часы тикают на стене, отсчитывая секунды до рассвета. Она сжимает край простыни и молится — не Богу, в которого уже не верит, а просто в пустоту, чтобы утро не наступило.

Но утро наступит. Оно всегда наступает.

Коля все еще стоит у окна, когда слышит звук — далекий, приглушенный. Сначала он думает, что ему показалось, но звук повторяется: женский всхлип, сдавленный, почти беззвучный.

Из дома Татьяны.

Он вглядывается в темноту, но ничего не видит. Только тени. Только тишину, которая тяжелее любого крика.

И он стоит, сжимая подоконник дрожащими пальцами, и ждет рассвета, который принесет новый день — и новые унижения.

Тишина в доме Татьяны становится тяжелой, как мокрая земля на могиле. Коля замирает, вслушиваясь в темноту, и вдруг слышит — не всхлип, нет, а звук, от которого кровь стынет в жилах: приглушенный женский стон, долгий, тягучий, переходящий в сдавленный крик, который тут же обрывается, словно его задушили подушкой.

Коля вцепляется в подоконник так, что ногти скребут по крашеному дереву. Он не может отвести взгляд от темных окон. И вдруг в одном из них — в спальне, где спит Вернер, — загорается свет. Тусклый, желтый, от керосиновой лампы. И тени начинают двигаться за занавеской.

Коля видит силуэт — женский, высокий, с длинными волосами, распущенными по спине. Татьяна. Она стоит неподвижно, а перед ней — мужская фигура, широкая, в расстегнутой рубашке. Вернер. Он подходит к ней, и его рука поднимается, касается ее лица. Она отшатывается, но он хватает ее за волосы — резко, грубо, и тени сливаются в одно пятно.

Коля чувствует,

Порно библиотека 3iks.Me