Тени августа (Части 1 - 10)- Читать онлайн

другое — страх. Глубокий, животный страх, который дрожит в ее пальцах, сжимающих локти.

Она делает шаг вперед и берет его за руку — холодные пальцы смыкаются на его запястье, и она тянет его от окна, от темноты, от дома Татьяны, где за закрытыми ставнями спят те, кто завтра придет снова. Она ведет его к кровати, и он идет, как слепой, спотыкаясь о половицы, чувствуя, как тело не слушается, как ноги становятся ватными.

— Ложись, — говорит она тихо, и голос дрожит. — Ложись и закрой глаза.

Он ложится на скрипучую кровать, чувствуя, как пружины впиваются в спину, как одежда липнет к влажной коже. Елена стоит рядом, смотрит на него сверху вниз, и в темноте ее лицо кажется маской — красивой, строгой, мертвой.

— Мам, — шепчет он. — Мам, я боюсь.

Она молчит. Просто стоит, глядя на него, и в ее глазах — пустота, которая страшнее любой боли. Потом она наклоняется, поправляет одеяло, касается пальцами его щеки — холодными, сухими.

— Спи, — говорит она. — Завтра будет новый день.

Она отворачивается и идет к своей кровати — босая, в длинной ночной рубашке, которая обтягивает ее стройную фигуру. Он смотрит, как она ложится, как подтягивает колени к груди, как зарывается лицом в подушку. Через минуту он слышит ее дыхание — ровное, прерывистое, не сон, а притворство.

Коля лежит, глядя в потолок, на темные балки, которые теряются в тени. Где-то тикают часы — мерно, неумолимо, отсчитывая секунды до рассвета. Он считает удары — один, два, три, десять, сто — пока цифры не сливаются в один сплошной гул, и он проваливается в тяжелый, беспокойный сон.

Утро приходит внезапно — резкий, болезненный свет бьет в глаза, и Коля открывает их, чувствуя, как голова раскалывается от тяжести. Он лежит, не двигаясь, вслушиваясь в звуки нового дня. За стеной — тишина. Птицы молчат. Даже ветер замер, словно воздух застыл в ожидании.

Он садится на кровати, трет лицо ладонями, чувствуя щетину на щеках — жесткую, колючую. В комнате пусто. Кровать матери пуста, одеяло сбито на сторону, и простыня хранит тепло ее тела — она встала недавно.

— Мам, — зовет он, голос хриплый, сухой. — Мам?

Тишина.

Он встает, натягивает штаны, застегивает рубашку — пальцы дрожат, пуговицы не слушаются, и он тратит минуту, чтобы справиться с последней, самой верхней. Босиком выходит в коридор, чувствуя холод деревянного пола под ступнями.

Первое, что он видит — свет из горницы. И голоса. Немецкая речь, гортанная, резкая, перебиваемая смехом. Он замирает, прижимаясь спиной к стене, и осторожно заглядывает в щель между дверью и косяком.

За столом сидит Штайнер. Он в расстегнутом мундире, рукава закатаны до локтей, и он пьет чай из большой кружки — той самой, из которой пил отец Коли. Напротив него стоит Елена, босая, в той же ночной рубашке, и смотрит в пол. Лицо бледное, глаза красные — она плакала.

— Gut morgen, фрау Елена, — говорит Штайнер с акцентом, и голос его звучит сладко, как патока. — Хорошая погода сегодня. Ты спала хорошо?

Елена молчит. Стоит, не двигаясь, и Коля видит, как дрожат ее пальцы, сжимающие подол рубашки.

— Я спрашиваю, — повторяет Штайнер, и голос становится жестче. — Ты. Спала. Хорошо?

— Да, — шепчет Елена. — Я спала хорошо, герр лейтенант.

— Хорошо, — Штайнер улыбается, но улыбка не касается глаз — холодных, цепких, скользящих по ее фигуре. — Ты врешь, конечно. Но это нормально, да? Все врут по утрам.

Он встает, подходит к ней — медленно, вальяжно, чувствуя себя хозяином положения. Его пальцы тянутся к ее лицу, и он берет ее за подбородок, заставляя поднять глаза.

— Ты красивая женщина, фрау Елена, — говорит он тихо. — У тебя красивые глаза. И губы. И тело, которое я хочу.

Она не двигается. Стоит, как статуя, позволяя ему касаться своего лица, своих губ. И Коля видит, как ее глаза закрываются — не в удовольствии, а в покорности, в отчаянии, в молитве, чтобы это закончилось быстрее.

— Сегодня, — говорит Штайнер, убирая руку и отворачиваясь. — Сегодня я приду к тебе вечером. Мы будем ужинать. Ты наденешь платье — не эту тряпку, а нормальное платье, которое подчеркивает твою грудь. Ты поняла?

— Да, герр лейтенант.

— Хорошо. — он садится обратно за стол, допивает чай, и ставит кружку на стол — резко, с глухим стуком. — А теперь принеси мне завтрак. Я голоден.

Елена поворачивается, и ее взгляд падает на щель в двери — прямо на Колю, который застыл, боясь дышать. Она смотрит на него долгим, тяжелым взглядом, и в ее глазах — предупреждение. Не выходи. Не вмешивайся. Стой и молчи.

Она проходит на кухню, и Коля слышит, как она гремит посудой, как режет хлеб, как ставит на стол тарелку. Он отступает в тень, прижимаясь к стене, и чувствует, как сердце колотится где-то в горле, как пот выступает на лбу.

— Варя, — шепчет он, и имя обжигает губы. — Что с Варей?

Он не может сидеть сложа руки. Не может ждать, пока они придут и за ними. Он проскальзывает в свою комнату, натягивает сапоги, и выходит через черный ход — тихо, стараясь не скрипеть половицами.

На улице — серый, влажный воздух. Небо низкое, тяжелое, обещает дождь. Он бежит к дому Татьяны, прячась за кустами, за заборами, чувствуя, как ветки хлещут по лицу,

Порно библиотека 3iks.Me