Тени августа (Части 1 - 10)- Читать онлайн

Смотрела на него пустыми, мертвыми глазами, и внутри у нее было пусто — ни страха, ни злости, ни надежды. Только черная яма, в которую она падала, падала, падала, и дна не было.

— Не хочешь, — кивнул Вернер, отпуская ее подбородок. — Тогда стой. Смотри. Учись.

Он вернулся за стол, взял кусок хлеба, намазал маслом, откусил, запил чаем, и они с Краузе снова заговорили по-немецки, быстро, непонятно, только отдельные слова долетали до Вари — "Russland", "Front", "Partisanen", "Genug" — Россия, фронт, партизаны, достаточно.

Варя стояла, глядя в окно, за которым занимался новый день, и думала о том, что где-то там, за этим серым небом, идет война, и ее отец, может быть, еще жив, и Коля, наверное, стоит сейчас у своего окна и смотрит на их дом, и мать лежит на полу в спальне, и ничего, ничего, ничего не изменится.

Только солнце поднимется выше, и станет жарче, и мухи начнут жужжать над остатками еды, и немцы будут смеяться, и пить чай, и смотреть на нее, и ждать, когда она сломается, когда упадет на колени и попросит пощады.

Но она не сломается. Она не даст им этого удовольствия.

Она будет стоять. Голая. Смотреть в окно. И считать минуты до того момента, когда она сможет убить их.

Даже если для этого придется умереть самой.

— Sie hat Mut, — сказал Краузе тихо, глядя на Варю. — У нее есть смелость. Я уважаю это. Но смелость не спасет ее, когда придет время.

— Время придет сегодня, — ответил Вернер по-русски, чтобы Варя поняла. — Сегодня вечером. Краузе уезжает завтра утром, и он хочет получить подарок на прощание.

Он посмотрел на Варю, и в глазах его блеснул холодный, расчетливый огонь.

— Ты будешь его подарком, kleine Varya. Ты будешь лежать на этой кровати, раздвинешь ноги и примешь его. И если ты будешь хорошо себя вести, я отпущу твою мать. Ненадолго. До вечера.

Варя молчала. Только сжала кулак здоровой руки так, что ногти прокололи кожу, и по пальцам потекла кровь — тонкими струйками, красными, горячими, живыми.

— Gut, — сказал Вернер, допивая чай. — Тогда решено. А пока — иди в спальню, одень мать и приведи ее сюда. Я хочу, чтобы она смотрела, как я трахаю ее дочь.

Варя стояла, словно её пригвоздили к полу. Слова Вернера повисли в воздухе — тяжёлые, липкие, необратимые. Она смотрела на него пустыми глазами, и внутри неё было только одно — пустота. Ни страха, ни злости, ни отвращения. Только гулкая чёрная яма, в которую проваливалось всё, что ещё оставалось от неё самой.

— Ты глухой? — Вернер поднял бровь, глядя на неё поверх кружки. — Я сказал — иди. Приведи мать. Она будет смотреть.

Варя разжала кулак здоровой руки — на ладони остались четыре красных полумесяца от ногтей, проколовших кожу. Кровь выступила мелкими капельками, горячая и липкая. Она перевела взгляд на Краузе — тот сидел, развалившись на стуле, и смотрел на неё с голодной усмешкой, облизывая губы, словно уже пробовал её на вкус.

— Geh schon, — сказал Краузе, махнув рукой. — Иди. Не заставляй капитана ждать.

Варя повернулась. Каждый шаг давался с трудом — ноги стали ватными, не слушались. Она прошла через горницу, мимо стола с остатками завтрака, мимо окна, за которым уже поднималось солнце, и толкнула плечом дверь в спальню.

Татьяна лежала на полу, скорчившись, прижав колени к груди. Она не плакала — только смотрела в стену невидящими глазами, и на лбу у неё запеклась кровь от разбитой чашки, осколки которой она так и не собрала. Длинные светлые волосы разметались по доскам, спутанные, влажные от пота и слёз. Она была всё ещё голая — Вернер не дал ей одеться, когда вышвырнул из спальни ночью.

— Мама, — сказала Варя. Голос сел, вышел хриплым, чужим. — Вставай.

Татьяна не пошевелилась. Только веки дрогнули — она узнала голос дочери.

— Вставай, — повторила Варя, наклонилась и взяла мать за плечо. Кожа Татьяны была холодной и липкой. — Он зовёт тебя. Обеих.

Татьяна медленно повернула голову. Её глаза — когда-то весёлые, задорные, голубые, как летнее небо — теперь были тусклыми, мёртвыми, с красными прожилками лопнувших сосудов.

— Зачем? — прошептала она. — Что ещё он хочет?

Варя не ответила. Просто протянула руку, помогая матери подняться. Татьяна встала на колени, потом на ноги — её качнуло, и Варя подхватила её, прижала к себе. На миг они замерли, обнявшись — две обнажённые женщины, мать и дочь, в комнате, пропахшей чужим потом и страхом.

— Надень платье, — сказала Варя, отстраняясь. Она подошла к стулу, где висело домашнее платье Татьяны — ситцевое, в мелкий цветочек, которое мать носила по вечерам. Протянула ей. — Надень. И пойдём.

Татьяна взяла платье, но руки не слушались — ткань выскользнула, упала на пол. Она нагнулась, подняла, прижала к груди, словно ища защиты, и посмотрела на Варю с мольбой.

— Варенька... — голос сорвался. — Не надо. Я не могу. Я не выдержу.

— Выдержишь, — сказала Варя и сама удивилась, как ровно прозвучал её голос. — Ты всё выдержишь. Я выдержу. Мы выживем. А потом я их убью. Обоих. Сегодня.

Татьяна зажмурилась, и по щекам потекли слёзы — быстрые, горячие, солёные. Она натянула платье через голову, завязала пояс дрожащими пальцами, пригладила волосы — и стала похожа на себя прежнюю, только глаза выдавали: внутри

Порно библиотека 3iks.Me