Уроки английского – 2 (Ученица)- Читать онлайн

от которого кружится голова.

Мы не уворачивались. Ловили ртами, облизывали друг друга, целовались поверх его члена, собирая его семя с губ, с щёк, с подбородков. Я провела языком по щеке Мишель, собрала белую дорожку, проглотила. Она лизнула мой лоб, потом мой нос, потом мои губы. Вкус был густым, тягучим, горьковатым, и почему-то уютным. Как будто нас обеих помазали одним маслом.

Он обмяк, выдохнул. Член стал мягче, влажно блестел, лежал на бедре. Мы сидели на коленях, покрытые спермой, тяжело дыша. Я провела пальцем по своей щеке — собрала каплю, поднесла к губам Мишель. Она взяла мой палец в рот, облизала. Потом она сделала то же — провела пальцем по моей нижней губе, собирая остатки, и отправила в мой рот. Я облизала её пальцы, чувствуя солёный привкус.

— Vous tes super, — забывшись, прошептал он по-французски, обнимая нас обеих.

— Oui, — шутливо ответила я, уткнувшись лицом в его горячее, солёное плечо. Сперма на моих щеках уже остыла и липла к коже, как размякший мармелад.

Он вздохнул, и его огромная тёплая ладонь легла на мои волосы. Мы лежали втроём, медленно превращаясь в одну липкую, тяжёлую, уставшую массу.

Мишель тихо сопела рядом, уткнувшись носом в его подмышку. Пьер дышал ровно и глубоко, почти засыпая. Я лежала, смотрела в потолок и думала о том, что ещё совсем недавно при слове «негр» меня передёргивало, а слово «толерантность» вызывало в памяти только дурацкие споры в интернете.

Я повернула к нему лицо, залитое спермой, и улыбнулась. Я думала не о нём — о себе. О том, как ещё совсем недавно я брезговала даже смотреть на Пьера, говорила про негров: «С ними как с обезьяной». А сейчас на моём лице была сперма чёрного мужчины, и меня это ни капли не смущало. Более того — мне было даже приятно чувствовать себя такой...

Моя толерантность за сегодняшнюю ночь взлетела выше крыши. Если бы отец увидел меня сейчас, он бы, наверное, вызвал священника. Или психиатра. А может, и того, и другого.

***

Я проснулась ближе к обеду. Солнце уже заливало комнату — не то чтобы ярко, а так, мутно, сквозь неплотно задёрнутые шторы. Воздух был тёплым, чуть спёртым, но пахло только моими духами. Тело было тяжёлым, чуть ноющим, но не больно — приятно, как после долгой, хорошей нагрузки. Каждый мускул отзывался лёгкой истомой, мышцы между ног пульсировали слабым эхом вчерашнего.

Воспоминания накатывали обрывками: чёрное тело Пьера, его член у моего лица и Мишель, сперма на щеках, мой собственный голос, который кричал что-то, не стесняясь. Я улыбнулась своим мыслям, потянулась, хрустнула позвоночником и села.

Сегодня среда. Послезавтра — пятница, встреча с Ильёй и Леной. Раньше я ждала этой пятницы всю неделю. Но сейчас, после вчерашнего — после того, как мы с Мишель вдвоём обслужили Пьера, после спермы на лице, после его члена во рту, — мне хотелось не привычного, а такого же. Ещё. И чем скорее, тем лучше.

Я потянулась к телефону — ни одного сообщения от Димы. Он всё ещё в командировке. Ну и ладно. Я не расстроилась. Даже наоборот — не надо врать.

Пол под ногами был прохладным, паркет чуть поскрипывал. Я прошла в ванную, встала под тёплый душ. Вода обожгла плечи, потекла по спине, по груди, по животу. Потом вытерлась мягким полотенцем, натянула короткий халат — белый, махровый, который завязывался на поясе. Под ним ничего не было.

Спустилась вниз босиком. Ступени лестницы были тёплыми от солнца. Кухня пахла свежим кофе и жареным беконом — так пахнет утро в доме, где кто-то заботится о тебе. Пьер стоял у плиты, переворачивал яичницу лопаткой. Он был в домашних штанах и футболке, босиком, волосы влажные — видимо, только что из душа. Он оглянулся, посмотрел на мои голые ноги, на вырез халата, потом быстро отвернулся к плите.

— Доброе утро, — сказал он ровно, как будто ничего непроизошло. — Яичница, бекон, тосты. Садись.

Я села за маленький столик у окна. Халат распахнулся, и я даже не поправила его — было жарко, и мне было всё равно. Мои ноги были раздвинуты, на коленях виднелись красноватые полоски от ковра — следы вчерашних коленопреклонений, которые я заметила только сейчас. Я смотрела, как он накладывает еду на тарелку — аккуратно, с какой-то почти церемониальной неторопливостью.

Он делал вид, что всё нормально. Что он просто шофёр, который приготовил завтрак для дочери хозяина. Но я знала, что это не так. Я чувствовала это по тому, как его рука чуть дрожала, когда он ставил передо мной тарелку. По тому, как его взгляд скользил по моему лицу, по губам, по ключицам. По тому, как он облизнул губы, прежде чем отвернуться.

Я ела медленно. Яичница была нежной, бекон хрустящим, кофе — крепким, почти горьким. Я чувствовала его взгляд на своей груди, на вырезе халата, на том, как халат сползал с плеча. Между нами повисло напряжение — то самое, липкое, которое не уходило, даже после того, как мы оба были сыты. Мы не говорили. Только звон вилки о тарелку и его дыхание.

Он убрал тарелки, сполоснул их, вытер руки полотенцем. Потом подошёл ко мне.

Я допила кофе, отставила чашку на блюдце. Откинулась на спинку стула, и халат, завязанный на поясе, слегка распахнулся — открылась ключица, верхняя часть груди, ложбинка между грудями. Я не стала поправлять. Было жарко, да и какая

Порно библиотека 3iks.Me