после омовения.
Лицо её раскраснелось от горячей воды, а щёки горели ровным, здоровым румянцем. Теперь уже ничего не было видно, ни красных пятен на бёдрах, ни засосов на шее. Она поправила халат на груди.
— Мальчики уже ушли? А я хотела чайку им предложить, с вареньем... — она лениво потянулась, выгибая спину, словно сытая кошка на подоконнике. — Весёлые такие... оживляют квартиру.
Саня, всё ещё стоящий посреди комнаты, как столб, вбитый в пол, смотрел на неё. Лицо его было мертвенно-бледным, а под глазами залегли тёмные тени. Воздух, который он вдыхал, казался ему отравленным.
— Мам... — начал он, запнувшись о ком в горле. — Слушай... Может, хватит их уже пускать-то? Сюда. В дом.
Лика остановилась, удивлённо хлопая длинными ресницами. В её широко распахнутых глазах читалось неподдельное изумление.
— Кого? Пашу с Серёжей? Сань, да ты что? С ума сошёл? Это же твои друзья! Они же как родные! Я их с пелёнок знаю, как они по нашей квартире ползали!
— Они мне не друзья! — голос Сани дрогнул, сдавленный яростью и бессилием. — Они... Они мешают! У меня тренировки, учёба... А они тут как на проходном дворе! Шумят, орут... Я устаю, мам. Мне нужен покой. Просто покой. Не пускай их больше, я тебя прошу.
Он смотрел на неё, впиваясь взглядом и пытаясь найти хоть искру понимания. Хотел увидеть проблеск той женщины, которая когда-то читала ему сказки на ночь, но видел лишь искреннее, абсолютно неподдельное недоумение, граничащее с лёгкой обидой.
— Санёк, милый, да они же на полчаса заскочили! Поиграли немного в свою приставку и всё... — она мягко, с материнской нежностью подошла и попыталась погладить его по стриженым волосам, но он резко, как от удара током, отстранился. — Как я их не пущу? Они обидятся! Да я сама... сама соскучилась по ним. Как братишки твои младшие, правда.
В ней не было ни капли лукавства или притворства. Она абсолютно искренне не понимала сути его просьбы, не видя в их визитах ничего, кроме милых, безобидных посиделок. Её восприятие было начисто выхолощено, а личные границы стёрты до основания и залиты бетоном новой, уродливой нормы.
Саня отшатнулся, будто увидел не свою мать, а призрак. Добровольную пленницу, полностью принявшую правила и законы своих тюремщиков, и полюбившую запах своей клетки. Его просьба «не пускать» звучала для её сознания так же абсурдно, как просьба перестать дышать или биться сердцу.
— Ладно, — глухо проговорил он, отворачиваясь к окну, за которым темнел безразличный город. — Забудь.
***
Саня прошёл в свою комнату и закрыл дверь. Он не мог выгнать их силой. Не мог объяснить ей, что происходит. Она бы лишь рассмеялась или обиделась. Прямой путь был отрезан.
Его мозг лихорадочно искал обходные пути. Как сделать так, чтобы они сами перестали приходить? Создать для них невыносимые условия, не тронув при этом её хрупкий, искажённый мир?
План мести усложнялся. Теперь ему нужно было стать не только воином, но и стратегом, и тюремным надзирателем для своей собственной матери, которая и не подозревала, что сидит в клетке.
Саня заперся в ванной. Он прислонился лбом к прохладной кафельной плитке, пытаясь заглушить огненную пульсацию в висках. Одновременно включил холодную воду и кипяток, чтобы шипящие струи заглушили возможный срыв его голоса. Пар быстро затянул зеркало, скрыв его искажённое от ярости и отчаяния отражение.
Руки, предательски дрожа, пролистывали контакты в телефоне. Он нашёл нужный номер. «Димон». Потом сделал глубокий вдох, собирая в кулак всю свою волю, ненависть и холодный расчёт. Это был опасный ход по острию ножа, но другого выхода не было. Это была его первая настоящая битва.
Вызов. Последовали длинные, монотонные гудки, каждый из которых отдавался в его сердце тяжёлым ударом.
***
Димон нанёс удар в лицо тщедушному парню лет двадцати. Из разбитой губы брызнула кровь, и голова парня мотнулась в сторону, как у тряпичной куклы. Тело, и без того еле державшееся на ногах, сложилось пополам и рухнуло на землю.
Он лежал у его ног уже изрядно избитый. Кровью было залито всё лицо. Она текла из разбитого носа, рассечённой брови и губ, превращая лицо в одну сплошную багровую маску.
Глаза заплыли и превратились в узкие щёлочки, сквозь которые едва пробивался мутный белок. Дешёвая куртка и рваные джинсы были в пыли и следах от тяжёлых ботинок.
Рядом с Димоном стояли его верные напарники, Стас и Кирилл. Оба смотрели на происходящее безучастно, но готовые в любой момент вмешаться.
— Ну, что, по прежнему будешь врать, что не брал товар, барыга ты конченный? — прямо в лицо парню проревел Димон, уверенный в своей абсолютной безнаказанности.
Парень вдруг резко подскочил, оттолкнувшись руками от земли, и побежал, не разбирая дороги. Он спотыкался и загребал воздух дрожащими руками, словно загнанный зверёк в последней попытке спастись.
Кирилл и Стас рванули за ним и нагнали уже через несколько секунд. Кирилл прыгнул первым, обхватил парня за пояс и повалил на землю. Стас подскочил следом, и вдвоём они прижали его к земле, вдавив в грязь.
Димон неспешно подошел. Он остановился рядом, посмотрел сверху вниз на распластанное тело, и с явным наслаждением наступил парню на руку. Раздался хруст ломаемых пальцев.
— Аааа, - закричал парень. Из его груди вырвался дикий, нечеловеческий крик, полный боли и отчаяния. Он забился под ними ещё сильнее, пытаясь выдернуть руку, но Димон стоял твердо, ни на сантиметр не давая ему сдвинуть кисть.
— Я всего пару грамм
Порно библиотека 3iks.Me
109
03.06.2026
|
|