посмотрела на себя в зеркало.
Волосы, вьющиеся и спутанные после сна, обрамляли лицо мягкими прядями, в которых медовые пряди мешались с тёмно-русыми. Глаза казались припухшими, но ясными, светлая радужка в этом освещении отливала зеленоватым. Морщинки в углах глаз, те самые «гусиные лапки», сегодня почему-то не раздражали. Она провела пальцами по лицу — по лбу, по скулам, по линии подбородка, которая уже не была такой острой, как в тридцать, но всё ещё хранила мягкий, женственный овал.
Потом она развязала пояс халата и спустила с плеч ночную сорочку.
Ткань скользнула вниз, упав к ногам, и она осталась стоять перед зеркалом обнажённой. Свет ложился на кожу, обрисовывая каждый изгиб. Грудь — всё ещё высокая, полная, с тёмными ореолами сосков, которые сейчас, в прохладе ванной, сжались и затвердели. Талия — не осиная, но выраженная, особенно на контрасте с широкими, мягкими бёдрами, которые всегда казались ей слишком тяжёлыми. Живот — чуть округлый, женственный, хранящий память о двух детях. Лобок — с аккуратной полоской тёмных волос, которые она подстригала, но не сбривала. Ноги — крепкие, с мягкими очертаниями, без резкого рельефа мышц, но с той плавной силой, что бывает у зрелых женщин.
Она смотрела на себя и пыталась увидеть то, что увидели они.
«Красивая». «Тёплая». «Живая». Слова Алексея звенели в голове, и она примеряла их к своему отражению, как примеряют новое платье. Подходит? Сидит? Она наклонила голову, расправила плечи, чуть выпятила грудь. Представила, что на неё смотрит не она сама — а он. Алексей. Его тяжёлый, пронизывающий взгляд, от которого на террасе у неё подогнулись колени. И Марина — её оценивающий, одобрительный, слишком интимный взгляд.
Внизу живота стало горячо.
Она отдёрнула руку, которую, сама не заметив, уже положила на бедро, и быстро накинула халат. Сердце колотилось. Щёки горели.
— Господи, что со мной? — прошептала она.
Ответа не было. Только тишина и гул холодильника за стеной.
Она умылась холодной водой, почистила зубы, собрала волосы в небрежный пучок и пошла на кухню. Там, стоя у окна с чашкой растворимого кофе, она снова достала телефон. Снова открыла чат. Снова ничего.
И тогда — сама не понимая зачем, повинуясь какому-то внутреннему толчку — она написала первое сообщение.
«Доброе утро. Спасибо за вчерашний вечер. Было очень неожиданно и... приятно».
Она нажала «отправить» и тут же зажмурилась, как будто прыгнула в ледяную воду. Внутри всё сжалось. Что она делает? Зачем? Это же просто вежливость, да? Просто благодарность за приятный вечер. Ничего такого.
Телефон пискнул почти мгновенно.
«Доброе утро, Оля. Не неожиданно. Закономерно. Мы же говорили — такие встречи не случайны. Ты красивая даже с утра пораньше или ещё не смотрелась в зеркало? Алексей».
Она замерла с чашкой в руке. «Даже с утра пораньше» — он сказал это так, словно... словно уже представляет её сейчас. В халате. Без макияжа. Только что из постели.
Она набрала ответ, стёрла, набрала снова:
«Смотрелась. Лучше бы не смотрелась, если честно».
И тут же — второе сообщение, на этот раз от Марины:
«Оля, милая, не смей так говорить. Я тебя вчера видела. Ты прекрасна. И знаешь, что самое сексуальное? Ты сама об этом не догадываешься. Вот это — настоящее оружие. Целую в обе щеки и ещё куда-нибудь. М.»
Ольга прижала ладонь к губам. «И ещё куда-нибудь». Это уже не просто вежливость. Это игра. Опасная, манящая, как тёплое море на закате: войдёшь — и не заметишь, как дно ушло из-под ног.
Она отпила кофе. Он был горьким и уже остыл.
День только начинался, а она уже чувствовала, что летит в пропасть.
***
Андрей проснулся около десяти. Ольга услышала его шаги — тяжёлые, шаркающие, — и быстро убрала телефон в карман халата. Он вошёл на кухню, потягиваясь, в одних домашних штанах, выставляя напоказ свой округлый живот и широкую грудь, поросшую седыми волосами. Лицо было помятым со сна, глаза припухшими.
— Кофе есть? — хрипнул он.
— Сейчас сварю, — она встала, стараясь не встречаться с ним взглядом.
— Ты чего такая... возбуждённая? — он хмыкнул, плюхнувшись на стул.
Ольга замерла у плиты, спиной к нему.
— Я не возбуждённая. Просто выспалась.
— Ага. Выспалась она. Всю ночь крутилась, как уж на сковородке.
Она ничего не ответила. Насыпала кофе в турку, залила водой, поставила на плиту и смотрела, как медленно поднимается пенка. Андрей молчал, но она чувствовала его взгляд — он сверлил ей спину.
— Вкусно пахнет, — сказал он наконец. — Кофе. И ты.
— Я ещё не мылась, — буркнула она, не оборачиваясь.
— Я не про мыло.
Она обернулась. Он смотрел на неё — серьёзно, без улыбки, и в его глазах было что-то, отчего она вдруг ощутила укол. Нежность? Желание? Или — подозрение? Он будто искал в её лице что-то, чего не видел раньше. Или, наоборот, видел впервые за долгое время.
— Ты вчера была... другой, — сказал Андрей.
— Другой?
— Да. Как будто моложе. Или... не знаю. Как будто ты что-то вспомнила.
Она ничего не ответила. Кофе сбежал, зашипев на плите, и она резко дёрнулась, чтобы убавить огонь. Это дало ей несколько секунд, чтобы справиться с лицом. Когда она снова повернулась, с чашкой в руке, на губах уже была спокойная улыбка.
— Я просто выпила шампанского. И давно не выбиралась в люди. Вот и всё.
— Вот и всё, — повторил он эхом и взял чашку. Их пальцы соприкоснулись, и Ольга быстрее, чем нужно, отдёрнула руку.
Андрей заметил. Но ничего не сказал.
***
Прошло три
Порно библиотека 3iks.Me
124
11.06.2026
|
|