Мамина палатка. Гипножопа (Части 1 - 3)- Читать онлайн

не лень.

Через несколько минут я услышал шаги. Лёгкие. Мягкие. Почти кошачьи.

— Саша, ты чего здесь сидишь? — мама стояла надо мной, уперев руки в бёдра. Солнце светило ей в спину, делая волосы золотыми, а лицо — тёмным, почти неузнаваемым. — Тебе плохо?

— Нет, — я поднял голову. — Всё нормально. Просто устал.

— Потерпи, сынок, — она наклонилась и погладила меня по голове. Тот самый материнский жест, от которого у меня всегда теплело внутри. Но сейчас от него стало только хуже. — На вершине отдохнём. Ты молодец, что пошёл. Я рада, что ты здесь.

Она улыбнулась, и в её глазах была та самая блудливая искра, которую я ненавидел и обожал одновременно. Я смотрел на неё и думал о том, что десять минут назад она сидела на корточках в лесу, раздвинув ноги, и писала на мох, и её голая пизда была видна посторонним девчонкам, которые теперь называют её шлюхой. И ей это нравилось. Она слышала их шёпот. Она знала, что они её обсуждают. И ей это нравилось.

— Мам...

— Что?

Я хотел сказать: «Зачем ты так одеваешься? Зачем ты с ними флиртуешь? Зачем ты позволяешь им смотреть?». Но вместо этого сказал:

— Ничего. Дай воды, пожалуйста.

Она протянула мне бутылку и пошла обратно к бревну, покачивая своей невероятной, круглой, голой под шортами задницей. А я смотрел ей вслед и понимал: я ни черта не могу с собой поделать. И она тоже не может. И, кажется, никто в этом лесу не может.

Через пятнадцать минут Виктор Петрович объявил подъём. Мы собрали рюкзаки и снова вытянулись в цепочку. Впереди была вершина. Впереди был лагерь. Впереди была ночь.

И я боялся её больше, чем когда-либо в жизни.

***

После привала тропа наконец выположилась.

Не то чтобы идти стало совсем легко — нет, подъём всё ещё чувствовался в икрах, в бёдрах, в пояснице, — но хотя бы исчезло это противное ощущение, что ты карабкаешься по бесконечной лестнице, у которой нет конца. Лес поредел, сосны расступились, и теперь справа открывался вид на долину: зелёное море, подёрнутое сизой дымкой, и где-то далеко внизу — серебряная нитка реки.

Группа растянулась. Кто-то шёл впереди с Виктором Петровичем, кто-то плёлся сзади, фотографируя каждый куст. А я вдруг оказался рядом с мамой. Не специально — так вышло. Она чуть замедлила шаг, пропуская вперёд очередную партию болтливых студентов, и я поравнялся с ней.

Мы шли молча минуту, может, две. Я смотрел под ноги, она смотрела вперёд. Потом она вдруг сказала:

— Красиво здесь, правда?

— Ага, — ответил я.

— В городе такого не увидишь. Там всё серое, плоское, а здесь — воздух другой. Прямо пьёшь его, а не дышишь.

Она сделала глубокий вдох, и её грудь поднялась под тонкой футболкой. Я тут же отвёл взгляд.

— Саш, — она повернулась ко мне. — Ты какой-то напряжённый весь день. Что-то случилось?

— Ничего.

— Я же вижу. Ты молчишь, смотришь в землю, с парнями почти не общаешься. Что-то не так?

Я хотел сказать: «Всё не так, мам. Всё. Ты одеваешься как порнозвезда, парни обсуждают твою задницу, девки называют тебя шлюхой, а у меня стоит уже три часа, и я не знаю, куда девать глаза, потому что ты моя мать, и я не должен на тебя смотреть, но я смотрю, и я ненавижу себя за это, и заодно ненавижу всех, кто смотрит на тебя тоже».

Я хотел сказать это. Но я сказал:

— Просто устал. И жарко очень.

— Понимаю, — она кивнула и вдруг протянула руку и поправила мне лямку рюкзака, которая сползла с плеча. Простой жест. Материнский. Её пальцы коснулись моей ключицы — тёплые, сухие, родные. — Ты у меня вообще не очень выносливый. В кого — не знаю. Я-то вон, как козочка скачу.

— Ты не козочка, — брякнул я и тут же прикусил язык.

— А кто же? — она улыбнулась, и в уголках глаз собрались крошечные морщинки.

— Не знаю. Лань. Или рысь. Кто-то более... грациозный.

— Ой, — она рассмеялась. — Скажешь тоже. Какая из меня лань? Я обычная тётка, которая в поход пошла за компанию с сыном. Думала, отдохну от города, от работы, от всего. А тут, оказывается, целая толпа молодёжи, и я среди них как белая ворона.

— Ты не белая ворона, — сказал я. — Ты... другая.

— В каком смысле?

Я молчал, подбирая слова. В каком смысле? В том смысле, что каждая девчонка в этой группе готова тебя убить от зависти. В том смысле, что каждый парень хочет тебя трахнуть. В том смысле, что я сам не знаю, кто ты для меня — мать или самая желанная женщина на свете.

— В хорошем смысле, — сказал я наконец. — Ты выглядишь лучше, чем они.

Мама посмотрела на меня долгим взглядом. Что-то мелькнуло в её глазах — нежность? удивление? или та самая блудливая искра, которую я так боялся увидеть, когда она смотрит на меня?

— Спасибо, сынок, — сказала она тихо. — Приятно слышать. Хоть ты, наверное, и привираешь.

— Не привираю.

— Ну, тогда вдвойне приятно.

Она взяла меня под руку. Просто взяла под руку — как делала сто раз до этого, на улице, в парке, в магазине. Но сейчас каждое прикосновение отдавалось электрическим разрядом. Её грудь коснулась моего локтя — мягкая, тёплая, без лифчика. Я почувствовал сосок сквозь две ткани — её футболку и

Порно библиотека 3iks.Me