Синий бархат (Главы 14 - 19)- Читать онлайн

заставляю Эвелин отсосать ему. Берти смотрит на нее, когда она открывает рот и берет его. Я знаю, что моей подруге это не нравится, она предпочитает лизать женщин, но сейчас она соглашается это сделать. Эвелин трогает его, ее пальцы дразнят его яйца, мужской член оказывается у нее во рту, заполняя его своей плотью. Граф стонет, прикрыв глаза, с его губ срывается сипение. Его орган увлажняется, пока Эвелин ритмично работает ртом, вперед и назад. Ее губы сжаты, когда она берет его, и скользит ртом вперед и назад по корню Берти.

Кончать ему не разрешают. Эвелин доводит его до пика наслаждения, а затем резко останавливается. Его член выскакивает из ее рта розовым и мокрым, подергивающимся от раздражения. Моя подруга издает смешок, облизывая губы. Берти дрожит, его глаза устремлены на готовый взорваться член.

Я укладываю его на ковер на спину, лицом вверх. Теперь его рот открыт, слышится звук его дыхания. В глазах графа стоит непонимание. Я снимаю платье, обнажаю ноги и ягодицы, и усаживаюсь на него верхом, поворачиваясь лицом к его ногам. Его член начинает пульсировать еще больше. Мои бедра широко раздвинуты, ягодицы опущены к лицу Берти, графа Грейсвуда. Его рот оказывается у моей киски, нос у моей розочки. Я покрываю его, утверждая свое верховенство.

Из его горла вырывается стон удовлетворения, и нужно понимать, что это нравится всем.

XVI

В один из дней Найджел сказал мне:

— Тебе нужно развлечься, Кларисса! Не отрицай этого, нельзя отрицать такие вещи.

К этому моменту мы были женаты уже четыре месяца, но я по-прежнему вся горела воспоминаниями о Стокбридже. Приняли ли слуги меня как свою хозяйку? Найджел не знал об этом, а я хранила молчание.

Вечером мы оказались в ложе в Колизее, [лондонский Колизеум, или театр Колизеум — наиболее известный театр Вест-Энда, расположенный в Вестминстере; домашняя сцена Английского национального балета и Английской национальной оперы – прим. переводчицы] чтобы посмотреть представление труппы испанских танцоров. Воздух в большом зале вибрировал от южной музыки. Найджел указал на одну из танцовщиц, у нее были темные глаза и красные губы, и спросил меня, считаю ли я ее красивой.

— Да, она красива, — ответила я.

Я смотрела, как она танцует, на движения ее ног, на белую кожу ее рук, и задавалась вопросом, какова жизнь у нее в Испании. Есть ли у нее любовник? Смеется ли она, когда занимается любовью? Меня захватила лихорадка ее танца, музыки, хлопков в ладоши.

После представления Найджел проводил меня к нашей карете, и велел мне подождать там.

— Я скоро вернусь, — добавил он и снова отправился в театр.

Я стала ждать, наблюдая за толпой. Затем, через некоторое время, снова появился мой муж. Он залез в карету и сел рядом со мной.

— Я все устроил, — сообщил он.

Устроил что? У меня были сомнения, я не была уверена, что он имел в виду. Возможно, это ничего не значило. Начался дождь, и пока мы ехали по темным улицам, я слушала, как падают дождевые капли.

Через час к нам пришла гостья. Та самая испанская танцовщица; девушка, которую мы видели на сцене Колизея.

Я удивилась, но не расстроилась. Она все еще носила в волосах красную розу, и сейчас казалась еще красивее. Темные глаза и черные волосы, украшенные идеальным цветком.

Мы прошли в гостиную. Казалось, что большие глаза девушки жадно изучают всю комнату, разглядывая коллекцию восточных ваз Найджела, портрет его отца.

— Ее зовут Арабела, — сообщил мой муж.

Я восхитилась обувью нашей гостьи. На ней были ботиночки тонкой кожи, с заостренными носками и латунными каблучками. Я вспомнила ее ноги на сцене, и мне внезапно захотелось увидеть ее пальцы, ее розовые пальчики. Мне захотелось лизнуть ее соски, эти темные упругие точки, которые дрожали бы под моим языком. Интересно, она понимала это? Когда наши глаза встретились, девушка улыбнулась.

Арабела не говорила по-английски, но Найджел знал несколько испанских слов, и мы смеялись, пытаясь понять друг друга. Мы пили вино, Арабела жестикулировала, использовала руки и рот, чтобы показать нам, что вино ей очень нравится.

Как же она была красива! В нашем сером доме на Куинсдейл-роуд [очень престижная и тихая жилая улица в районе Холланд-Парк на западе Лондона, известная красивой викторианской архитектурой, роскошными домами и близким расположением к знаменитым лондонским достопримечательностям – прим. переводчицы] расцвел южный цветок. Девушка с темными глазами и красной розой в волосах.

Найджел был явно доволен собой.

— Красивая, правда?

— Дорогой, она прекрасна!

— Конечно же, она не новичок в таких делах. Никто из этих танцоров не новичок. Смею предположить, что у нее было немало любовников, как мальчиков, так и девочек. Там они начинают рано, в двенадцать или тринадцать лет, как только появляются первые признаки взрослости. Наверное, это все из-за горячей крови.

Я вздрогнула. Меня согревало вино, красота девушки, прелесть ее имени, чувственная глубина ее глаз, гладкость ее белой кожи. Мне хотелось обнять ее, хотелось почувствовать вкус ее губ, ощутить аромат ее южной кожи.

Найджел посмотрел на меня и усмехнулся.

— Она сказала, что хочет заняться с тобой любовью.

Я задрожала еще больше.

— Это неправда.

— Нет, в самом деле. Я скажу ей, что ты хочешь поцеловать ее, и тогда ты сама увидишь.

Он заговорил с Арабелой по-испански. Девушка улыбнулась мне, встала, подошла и взяла меня за руки. Она помогла мне встать, и через мгновение была уже в моих объятиях.

Я поцеловала ее в губы, в ее сладкие красные

Порно библиотека 3iks.Me