голосе.
— Я не занималась сексом в таком объёме с тех пор, как ты под стол пешком ходил, — произнесла она, и в голосе её звучала ироничная нотка, смешанная с искренним изумлением. — Честное слово, я чувствую себя так, будто мне снова двадцать, и я открываю своё тело заново.
Марк улыбнулся, утыкаясь лицом в её шею, и его дыхание обжигало влажную кожу.
— Я рад, что твоё второе дыхание открылось именно со мной, — ответил он тихо, целуя её ключицу.
Она обхватила его лицо ладонями, приподнимая, заставляя посмотреть ей в глаза. В её взгляде продолжал гореть тот самый огонь — развратный, дерзкий, бесстыдный.
— Знаешь, о чём я думаю, когда ты трахаешь меня? — спросила она, и голос её стал ниже, интимнее. — О том, какой у тебя член. Как он идеально подходит мне. Не слишком большой, чтобы было больно, но достаточно длинный, чтобы доставать до самого интересного места. Я люблю чувствовать, как ты упираешься в мою шейку, как ты пульсируешь внутри меня, как твои бёдра сжимаются, когда я сжимаю тебя в ответ.
Она провела ногтями по его спине, лёгкими, дразнящими движениями, и он вздрогнул, ускоряя темп.
— А ещё я думаю о том, как ты пахнешь, — продолжила она, и голос её стал почти шёпотом, но в нём слышалась каждая нота. — Когда ты возбуждён, от тебя пахнет потом и солью, и чем-то тёплым, что я не могу описать. Этот запах сводит меня с ума. Я хочу вдыхать его, пока не потеряю сознание.
— Ты сводишь меня с ума, мам! — выдохнул он, ускоряя ритм. Его бёдра двигались быстрее, вода плескалась, выплёскиваясь на пол за края чаши, но он не замечал этого. — Твои глаза, когда ты смотришь на меня вот так — они темнеют, становятся почти чёрными, и я вижу в них всё, что ты хочешь сделать со мной. Твои губы, припухшие от моих поцелуев. Твоя грудь, которая тяжело вздымается, когда я внутри тебя.
Он перевёл вес на одну из своих рук, беря её сосок между пальцами другой, не прекращая двигаться, и она выгнулась, вцепившись пальцами в его волосы, протяжно постанывая.
— Каждый звук, который ты издаёшь, когда я трахаю тебя, — продолжил он, поднимая голову и встречая её взгляд. — Эти всхлипы, стоны, сбитое дыхание — я хочу записать их и слушать вечность. Каждое движение твоих бёдер навстречу мне, каждое сокращение твоей киски вокруг моего члена — я чувствую это каждой клеткой своего тела. Ты — самая сексуальная женщина, которую я когда-либо видел, мам, и ты моя.
Она застонала, выгибаясь под ним, и её ноги сжались вокруг его талии, притягивая его глубже, быстрее, сильнее.
— Можно подумать, ты много их видел, — выдохнула она. — Но продолжай. Скажи мне, как сильно ты хочешь меня.
Он наклонился к её уху, и его голос стал низким, вибрирующим, с оттенком собственничества, который заставил её внутренности сжаться от возбуждения.
— Я хочу тебя так, что это сжигает меня изнутри. Я хочу просыпаться каждое утро с твоим вкусом на губах. Я хочу засыпать, чувствуя твоё тело под своими пальцами. Я хочу, чтобы ты была только моей, даже когда нас разделяют галактики, даже когда он берёт тебя своими щупальцами — я хочу знать, что часть тебя всегда будет принадлежать мне.
Она кончила с криком, выгнувшись дугой, чувствуя, как оргазм разрывает её изнутри, как тело пульсирует вокруг него в долгих, глубоких спазмах. Он кончил следом, уткнувшись лицом в её плечо, чувствуя, как тепло разливается внутри неё, соединяя их в последнем, интимном акте.
Они застыли, тяжело дыша, вода плескалась вокруг них, постепенно успокаиваясь. Софи гладила его по голове, чувствуя, как его пульс замедляется в такт её собственному, и на её лице застыла улыбка — удовлетворённая, бесконечно усталая и нежная.
— Я люблю тебя, — прошептала она, и эти слова были проще и честнее всего, что она говорила за последние дни.
— И я люблю тебя, — ответил он, поднимая голову и встречая её взгляд.
Они застыли так, соединённые, обнажённые, в воде, окружённые тишиной космоса, и этот момент принадлежал только им.
Несколько долгих минут они лежали неподвижно, погружённые в тёплую воду, которая постепенно успокаивалась после их бурных движений. Пар поднимался к потолку, оседая на стенах мелкими каплями, и тишина была наполненной, глубокой — той особенной тишиной, которая наступает после насыщенного, полного событиями дня, когда тело и душа наконец получают передышку.
Софи лежала на спине, раскинув руки вдоль краёв чаши, вода покрывала её тело до самой груди, оставляя плечи и голову над поверхностью. Глаза её были закрыты, дыхание ровное и глубокое. Марк расположился рядом, пристроив голову у неё на плече, и его пальцы лениво водили круги по её животу, иногда зачерпывая воду, согревая его, создавая лёгкую рябь на поверхности.
— Даже не верится, что здесь так спокойно и хорошо, — произнесла она тихо, не открывая глаз. Голос её был сонным, расслабленным, охрипшим после долгих часов разговоров и стонов.
Марк хмыкнул в ответ, прижимаясь ближе.
— Согласен. Если бы мне кто-то сказал неделю назад, что я буду лежать в тёплой ванне на инопланетном корабле, только что трахнув свою мать, и чувствовать себя при этом абсолютно счастливым... я бы посоветовал этому человеку проверить голову.
Она тихо рассмеялась, и смех её был низким, грудным, вибрирующим в воде.
— Жизнь — странная
Порно библиотека 3iks.Me
989
08.09.2026
|
|