Семейное утешение- Читать онлайн

сжимая зубы, чтобы не всхлипнуть. Плакала от разочарования. От того, насколько сильно ей сейчас хотелось не этих больших мужских рук, а тонких, знакомых пальцев Софии. От того, что даже в момент, когда она сама скакала на нём и кончала, она представляла язык дочери.

Ключ в двери щёлкнул в половине второго ночи.

София вошла тихо, но Ирина всё равно вздрогнула. Дочь была босиком — туфли, видимо, сняла ещё в подъезде. Чуть покачивалась, цепляясь пальцами за косяк. От неё густо пахло клубом: сладковатым дешёвым алкоголем, чужим сладким парфюмом, сигаретным дымом и чем-то ещё — горячим, молодым, слегка возбуждённым потом. На ней было вызывающе мало одежды. Короткая чёрная кожаная юбка едва прикрывала ягодицы и при каждом неверном движении обещала показать, что под ней нет ничего. Обтягивающий чёрный топ без бретелей оставлял открытыми ключицы и верх пышных грудей — соски явно проступали сквозь тонкую ткань, твёрдые от прохлады или от чего-то другого. Тонкие чулки с кружевным поясом, которые она, судя по всему, надела специально. Макияж слегка поплыл, тушь смазалась под глазами, губы были яркими, припухшими, будто её недавно целовали. Волосы растрёпаны, одна влажная прядь прилипла к шее.

Она остановилась в дверном проёме кухни и долго, молча смотрела на мать. Глаза блестели — от выпитого и от чего-то более острого. Медленно провела языком по нижней губе, будто пробуя воздух. Потом тихо, чуть хрипло, с явной хмельной хрипотцой спросила:

— Он ещё здесь?

Ирина кивнула.

София не сказала больше ни слова. Просто подошла вплотную, взяла мать за запястье — пальцы были горячими, чуть влажными от ночной прохлады и алкоголя — и уверенно потянула за собой в свою комнату. Ту, которую они почти не использовали последние месяцы. Дверь закрылась тихо. Ключ повернулся с сухим щелчком.

София прижала Ирину спиной к стене так резко, что та тихо охнула. Поцеловала. Жёстко, глубоко, с привкусом ревности, сладкого алкоголя и чего-то тёмного, собственнического. Язык сразу проник внутрь — требовательный, жадный, почти наказывающий. Она целовала мать так, будто хотела стереть вкус чужого мужчины до последнего миллиметра, будто одновременно наказывала и умоляла.

Когда они наконец оторвались друг от друга, обе тяжело дышали. Нить слюны блеснула между губами. София провела пальцами по нижней губе Ирины, размазывая влагу, и тихо, почти дрожа, сказала:

— Ты пахнешь им. Его одеколоном. Его потом. Его спермой. И это бесит меня до дрожи. Я сидела в этом клубе, пила дрянной коктейль, смотрела, как чужие руки трогают чужие тела, и всё время думала только об одном: что ты сейчас под ним. Что он раздвигает твои ноги. Что он входит туда, куда уже входил мой язык. Я специально надела эту юбку. Специально. Чтобы ты увидела, какая я, когда прихожу к тебе после чужих глаз. Чтобы поняла — я тоже могу быть желанной. Но хочу только тебя.

Ирина смотрела на неё и чувствовала, как внутри снова поднимается та самая сладкая, запретная, уже почти родная волна. Три месяца регулярных ночей сделали своё дело. Она уже не могла притворяться, что это просто утешение.

— Я пыталась... — хрипло выдохнула она. — Хотела проверить, смогу ли без тебя. Правда пыталась.

София улыбнулась — тёмно, почти ласково — и медленно покачала головой.

— Не смогла. Я вижу.

Она потянула за пояс материнского халата. Ткань легко соскользнула с плеч и упала на пол. Ирина осталась полностью голой. София провела ладонями по её талии, выше — к тяжёлым грудям, сжала их сильно, большим пальцем грубо провела по уже твёрдым соскам, щипнула. Потом взяла мать за руки и жёстко положила их себе на бёдра.

— Теперь ты. Раздень меня. Медленно. Я хочу чувствовать твои руки.

Ирина послушалась. Пальцы дрожали, но двигались уверенно, почти жадно. Сначала она поддела пальцами край короткой кожаной юбки и медленно, сантиметр за сантиметром, стянула её вниз. Юбка упала к ногам. Под ней действительно ничего не было — только гладкая, уже блестящая от влаги киска и тонкие полоски чулок с поясом. Ирина провела ладонями по внутренней стороне бёдер дочери, выше, раздвинула половые губы двумя пальцами и увидела, как между ними тянется прозрачная нить. София тихо, сорванно выдохнула. Потом Ирина подняла руки, поддела край обтягивающего топа и стянула его через голову. Тяжёлые, упругие груди дочери освободились. Соски были тёмными, твёрдыми, слегка влажными. Ирина не удержалась — наклонилась и взяла один в рот целиком, сильно пососала, провела языком по твёрдой верхушке. София громко застонала и вплела пальцы в её волосы, прижимая крепче.

— Вот так... — прошептала она хрипло. — Теперь ты сама хочешь. Не я тебя уговариваю. Соси сильнее.

Они целовались ещё долго, стоя у двери, кусая губы, облизывая языки. Руки бродили жадно — София мяла материнские груди, щипала соски до боли, Ирина сжимала упругие ягодицы дочери, проводила пальцами по влажной щели. Потом София опустилась на колени прямо на ковёр, раздвинула материнские бёдра и провела языком по ещё влажной от чужого секса киске. Медленно, почти тщательно, будто стирала каждый след. Сначала широко, плоско, собирая густой сок, потом глубже — втягивала опухшие губы, сильно посасывала клитор, проталкивала язык внутрь. Это было грязно. Унизительно. И невыносимо возбуждающе. Ирина вцепилась пальцами в волосы дочери, запрокинула голову и тихо, сорванно застонала.

— София... боже... лижи...

— Знаю, — ответила дочь, не отрываясь. Голос был хриплым, мокрым. — Ты хотела проверить, сможешь ли без меня. И не

Порно библиотека 3iks.Me