его в щёку и говорила «не скучай, я вечером приеду». Та, с которой он три года спит в одной постели. Та, которая стонет тихо и почти стыдливо, когда он входит в неё по субботам.
Внутри всё сжалось от ярости, от тошноты, от какого-то больного, горячего возбуждения и глубокой, тяжёлой тоски. Он вдруг понял, как мало на самом деле знал о ней. Как спокойно она врала. Как легко.
Он ничего не сказал друзьям. Только тихо, почти шёпотом попросил:
— Давайте переседем вон туда. В угол. Там тише.
Женя пожал плечами, Павел кивнул. Им было всё равно, лишь бы было видно сцену. Они пересели за столик почти в тени. Оттуда Кристину было отлично видно, а их — почти нет.
Геннадий смотрел. Смотрел, как его жена раздвигает ноги перед чужими мужчинами, как медленно проводит ладонями по груди, как улыбается и облизывает губы. Как приседает так глубоко, что между её бёдер видно почти всё. Внутри у него всё горело. Злость мешалась с возбуждением так сильно, что руки слегка дрожали. Он думал: «Она это делает уже месяцы. Каждый раз, когда говорит, что идёт на смену. Каждый раз, когда лежит рядом со мной после».
Когда она ушла со сцены под аплодисменты и свист, Женя наклонился к Геннадию и хмыкнул:
— Слушай, а тут, говорят, можно не только смотреть. У них типа... если девочка согласна, можно в комнату заказать. Полный сервис. Я от одного человека слышал.
Геннадий посмотрел на него. Потом на сцену, где уже танцевала другая. И тихо сказал:
— Позови администратора.
Администратор оказался полным мужчиной лет сорока, с тяжёлым, чуть прищуренным взглядом, толстыми пальцами в массивных золотых кольцах и запахом дорогого одеколона, смешанного с сигаретами и чем-то сладковато-затхлым. Он двигался неторопливо, будто всё здесь принадлежало ему лично, и подошёл к их столику спокойно, деловито, чуть наклонив голову.
— Чем могу помочь, господа?
Женя сразу оживился, но Геннадий ответил первым. Голос держал ровно, хотя внутри всё кипело и ныло:
— Можно заказать девочку в приват. Ту, последнюю. Светленькую. С... полным форматом.
Администратор даже бровью не повёл. Только кивнул, будто речь шла о заказе ещё одной бутылки:
— Можно. Если она согласится. У нас это не обязательно, девочки сами решают. Но если не против — пожалуйста. Деньги вперёд. Час. Комната наверху. Меня зовут Игорь, если что.
Геннадий достал карту. Назвал сумму, от которой у него самого на секунду перехватило дыхание. Игорь молча провёл оплату, кивнул ещё раз и исчез за кулисы.
Кристина сидела в тесной, душной гримёрке, вытирала пот между грудей влажной салфеткой. Ноги ещё слегка дрожали после танца, между ног было влажно и чувствительно — от взглядов, от движения, от того странного горячего возбуждения, которое всегда приходило на сцене. Когда дверь приоткрылась и заглянул Игорь, она сразу напряглась. Приват с интимом она делала редко. Только когда совсем припирало. Сегодня не хотелось совсем.
Игорь говорил мягко, почти отечески, но в голосе сквозила привычная расчётливость человека, который давно умеет нажимать на нужные точки:
— Клиенты хорошие, трое, выглядят прилично. Не пьяные вдрызг, не хамы. Деньги нормальные, даже чуть выше обычного. Всего час. Если не хочешь — скажи, я прямо сейчас откажу. Но сумма... сама понимаешь. Приличная.
Кристина закрыла глаза. Вспомнила ипотеку. Вспомнила лицо Геннадия, как он утром пил кофе на кухне, чуть сутулясь. И главное — вспомнила, что через девять дней у него день рождения. Он уже почти год поглядывал на новую игровую приставку, ту самую, про которую иногда вполголоса говорил «когда-нибудь». Она хотела купить её. Хорошую, с двумя геймпадами. Чтобы хоть чем-то искупить все эти месяцы лжи. Чтобы он открыл коробку и хоть на секунду стал тем спокойным, немного застенчивым парнем, которого она когда-то полюбила.
Она уже несколько раз отказывала Игорю в такие вечера. Сегодня не должна была соглашаться. Но деньги... именно эти деньги закрывали оставшуюся сумму.
Мысленно, очень тихо, почти беззвучно она прошептала: «Прости меня... пожалуйста, прости. Я просто хочу подарить тебе эту чёртову приставку». А вслух сказала только:
— Хорошо.
Игорь кивнул, будто и не сомневался, и вышел.
Через несколько минут он уже вёл троих по узкому, плохо освещённому коридору на второй этаж. Коридор пах старым ковром, сигаретами и чужой кожей. Игорь шёл впереди, тяжёлой походкой, иногда оборачиваясь через плечо:
— Комната в конце. Диван широкий, зеркало есть. Час отсчитывается с момента, как дверь закроется. Если что — стучите, я рядом.
Они вошли. Комната была небольшой, с низким широким диваном, тусклым красным светом, зеркалом во всю стену и запахом дешёвого освежителя, которым пытались перебить всё остальное — пот, сперму, чужие тела. Женя сразу плюхнулся на диван, Павел остался стоять у стены, нервно поправляя воротник. Геннадий сел напротив двери и ждал.
Кристина вошла, улыбка уже была наготове — профессиональная, чуть похотливая, с той самой мягкой поволокой, которую она оттачивала месяцами. Грудь полностью голая, соски всё ещё твёрдые и чуть припухшие от холода и чужих взглядов, серебристые стринги были настолько крошечными, что ткань глубоко врезалась между ягодиц, оставляя почти всю ложбинку открытой, а спереди едва прикрывала гладко выбритый лобок с тонкой светлой полоской. Каблуки цокали по полу. Она шла медленно, чуть покачивая бёдрами, уже готовясь сесть кому-то на колени, чувствуя, как между ног всё ещё горячо и влажно после танца...
А потом она увидела их.
Геннадия. Женю. Павла.
Кровь отлила от лица так резко, что она пошатнулась и схватилась за косяк. Рот открылся,
Порно библиотека 3iks.Me
111
09.09.2026
|
|