вести вас.
На экране всплыло уведомление. «Приготовьтесь начать стимуляцию».
— Надеюсь, вы уже положили руки на промежность и начали себя ласкать, — пропела Надя тем же сладким голосом. — Помните, ваше тело — ваш главный инструмент. Не стесняйтесь его. Это естественно.
Анну будто ударило током. Она забыла. Забыла, что должна, что обязана что-то делать руками. Ошейник отслеживал всё. Пульс, гормоны, реакцию тела. Если через час система не зафиксирует оргазм, сеанс продлят.
Она медленно опустила правую руку. Пальцы легли на ткань пижамных штанов, туда, куда требовалось. Просто легли. Без нажима. Без движения.
Она сидела на краю кровати, прямая, как палка, и смотрела на экран. Там Надя всё говорила про «волны удовольствия» и «природные ритмы». Анна заставила пальцы шевельнуться. Неловко, деревянно, сквозь ткань. Раз. Ещё раз. Тело не ответило. Пальцы сами замерли. Она сглотнула, чувствуя, как к горлу подступает тошнота.
— А сейчас, — Надя на экране подалась вперёд, — надеюсь, вы уже полностью обнажены. Если нет, рекомендую вам немедленно освободить своё тело от лишних оков — раздевайтесь.
Анна не двигалась. Секунда. Две. Три. Потом пальцы нашли край пижамы. Она сняла её через голову. Воздух коснулся кожи, и она вздрогнула, хотя холодно не было. Потом штаны. Чуть приподняла бёдра, стянула их одним резким движением, не глядя, и бросила на пол.
— Думаю, у вас всё должно получаться, — Надя захлопала в ладоши, глядя в пустоту перед камерой. — Устройтесь поудобнее. Сядьте или лягте, как вам лучше. Главное, не отрывайте взгляд от экрана. Он ведёт вас.
Анна осталась сидеть. Лечь значило сдаться.
— Теперь раздвиньте ноги пошире, — голос Нади стал ниже, тише. — Не стесняйтесь. Тело само хочет раскрыться. Просто позвольте ему.
Колени разошлись. Медленно, через силу. По внутренней стороне бёдер прошёл холодок. Анна так стиснула зубы, что заныла челюсть. Она смотрела только на экран. Вниз старалась не смотреть. Увидеть собственное тело, раскрытое по чужой команде, она не хотела.
— Продолжайте ласкать себя, — сказала Надя с почти ласковой улыбкой. — Мягко. Не спеша. Изучайте.
Правая рука легла между бёдер. Пальцы коснулись кожи. Анну сразу передёрнуло. Как будто трогал кто-то другой. Она повела рукой вверх и вниз. Без чувства, без ритма, просто потому что надо. От каждого движения подступала тяжёлая тошнота. Она сидела голая перед телевизором и делала то, что ей велели. И это было страшнее любого наказания.
На экране лицо Нади стало крупнее и заняло почти всю голограмму. Глаза блестели, но неживым блеском. Как у куклы.
— Попробуйте сосредоточиться на клиторе, — сказала Надя так просто, будто читала инструкцию. — Круговые движения. Не спешите. Представьте, что ваши пальцы — это чьи-то губы.
Анна зажмурилась. Пальцы двигались, но тело молчало. Сухое, чужое, мёртвое. Минуты тянулись одна за другой. Голос с экрана не смолкал. Про дыхание, про расслабление, про внутренний огонь.
Браслет коротко завибрировал. В воздухе вспыхнули голубые буквы. «Оргазм не зафиксирован. Продолжайте стимуляцию. Сеанс продлён».
Желудок свело. Сколько прошло? Сорок минут. Больше.
— А сейчас, — Надя наклонилась ещё ближе, голос почти шёпот, — введите палец внутрь. Медленно. Почувствуйте себя изнутри. А второй рукой продолжайте ласкать грудь — соски очень чувствительны, они помогут вам расслабиться.
Левая рука поднялась к груди. Пальцы легли на сосок — холодные, неуклюжие. Правой рукой она попробовала ввести палец — мышцы сжались, не пуская. Сухо. Больно. Из горла вырвался тихий, задавленный звук. Не стон. Всхлип.
— Для тех, у кого возбуждение не наступило, — голос Нади стал ещё мягче, почти целительно, — не переживайте. Это совершенно нормально. Сейчас мы попробуем кое-что другое. Остановитесь.
Анна выдернула пальцы так резко, что вздрогнула. Она сидела и несколько секунд слышала только собственный пульс.
— Включите весь свет в комнате, — велела Надя. — Верхний, боковой — всё.
Пальцы нащупали браслет.
— Свет. Максимум, — хрипло сказала она.
Потолочные панели вспыхнули. Свет залил всю комнату.
— А теперь откройте все шторы. Полностью. И лягте лицом к окну.
— Пусть мир видит, что вы доступны, — Надя оскалилась, показав все зубы. — Это невероятно возбуждает. Открытость — это свобода. Вы отдаёте себя миру, и мир отвечает желанием. Шире ноги. Продолжайте ласкать себя. Пусть все увидят, что вы готовы исполнить дар деторождения, который дала вам природа.
Ноги почти не держали её. Анна поднялась, и колени тут же дрогнули. Она вцепилась в спинку кровати. Потом дошла до окна.
Пальцы легли на край шторы. Плотная ткань была последней преградой между ней и тысячами чужих окон напротив. Она потянула. Штора пошла в сторону с тихим шелестом. Потом вторая.
Стекло было холодным, как чёрное зеркало. В нём она увидела себя. Голая. С зелёным огоньком на шее. Одна в ярко освещённом аквариуме.
Она легла лицом к окну. Свет бил сверху — ни единой тени. Любой, кто глянул бы снизу, из двора, из соседнего дома, — увидел бы всё.
Она заставила себя раздвинуть колени. Рука легла между ног — послушная, мёртвая, ведомая чужим приказом. Пальцы по знакомой уже колее — вверх, вниз, круги, — но тело было как камень. Голос с экрана шептал, но слова давно перестали быть словами. Минуты ползли. Пять. Десять. Пятнадцать. Ничего. Совершенно ничего.
Пальцы замедлились сами.
Сначала Анна не поняла, что изменилось. Только вдруг заметила: дыхание стало чаще. Она смотрела в открытое окно перед ней и от одной мысли, что её могут увидеть — случайно, мельком, может быть, уже видят, — внутри что-то болезненно сжалось и тут
Порно библиотека 3iks.Me
251
18.05.2026
|
|