Королева пацанов 1 (Полная версия)- Читать онлайн

Кайфуешь, блядь, от наших здоровенных херов? От того, что мы тебя, как тряпку, используем?

Он сжал её соски, выкручивая их между большими и указательными пальцами, заставив её прогнуться в спине, и ещё сильнее насадиться ртом на Пашу.

— А как же... — выдохнула она, и её голос вдруг прорвался странным, чуть ли не счастливым смешком. Она говорила с трудом, продолжая припадать ртом к Пашиному члену, и слова вырывались из неё сбивчивыми порциями. — Лучше, чем... слушать твои тупые... дешёвые анекдоты... Димон...

Она на секунду оторвалась, чтобы глотнуть воздуха, и её мокрые, блестящие губы растянулись в кривой, безумной улыбке.

— Гораздо... продуктивнее...

Она дёрнула головой, принимая Пашу в самое горло, и на мгновение задержалась, чувствуя, как её глотка пульсирует вокруг его головки.

Пацаны взорвались. Грянул дикий, победный, хохот. Сергей хлопал ладонью по земле, Паша, стоявший над ней, заржал так, что его член дёрнулся у неё во рту, и ей пришлось удерживать его губами, чтобы не выскользнул. Димон, сжимавший её груди, уткнулся лицом в её затылок, и его смех вибрацией отдавался в её позвоночнике.

Они смеялись над ней и над её словами, а она продолжала сосать, ни на что не обращая внимания. Её тело, повинуясь уже какой-то тёмной, независимой от разума воле, работало с отточенным, механическим рвением.

Голова ритмично двигалась вверх-вниз. Язык продолжал свою искусную, сладострастную работу. Губы сжимались и разжимались с влажными, чавкающими звуками.

Тяжёлое, хриплое дыхание Паши смешивалось с одобрительными, похабными выкриками Сергея. Димон за её спиной что-то бормотал, не прекращая мять её сиськи.

Всё это слилось в один плотный, низкочастотный шум, в котором тонули остатки мыслей. И сквозь этот шум, как луч света сквозь грязное, заплёванное стекло подъезда, прорвалось воспоминание.

***

Летняя жара.

Прохладная полутьма её кухни. Полосатые шторы в цветочек колышутся от сквозняка и липнут к открытой форточке.

За окном раскалённый асфальт, ленивое жужжание мух и далёкий стук детского мяча. А здесь, в этой спасительной тени, пахнет вишней, ванилью и её духами.

Она, молодая, уставшая после работы, но счастливая, наливает в гранёные стаканы холодный вишнёвый компот. Тёмно-рубиновая жидкость плещется о толстые стенки, пузырьки воздуха поднимаются со дна.

Два пацанёнка сидят за столом, болтая ногами в коротких шортах, их сандалии не достают до пола и висят в воздухе, описывая ленивые круги.

Серёжка и Пашка.

Она дразнит их. Намеренно медленно поправляет лямку лёгкого, шёлкового халатика, который то и дело соскальзывает с округлого плеча.


Расхаживает перед ними, забавляясь тем, как эти мальчишки смотрят на неё восторженными, преданными и абсолютно чистыми глазами. В их взглядах нет ещё ни капли той грязи, что будет потом.

Лишь слепое, детское обожание. И она уверена, что эти двое никогда, никому не дадут её в обиду, что они будут стоять за неё стеной и, если понадобится, умрут за неё.

Она ловит эти взгляды и чувствует себя молодой, красивой и нужной.

— Нате, орлы, — говорит она, ставя перед ними стаканы. — Пейте.

Они тянутся к стаканам, и пьют, не отрывая от неё глаз.

Ей забавен этот их восторг. Она знает, что хороша. Знает, что они вырастут и вспомнят её, тёть Лику, которая пахла вишней и чем-то сладким, и у которой был самый красивый халат на свете. Ей нравится эта чистая, невинная, не требующая платы, власть.

Она поправляет волосы, медленно заправляя выбившуюся прядь за ухо, и ловит на себе их взгляды, жадно впитывающие каждое её движение. И смеётся. Звонко и беззаботно.

— Ну что, мальчики, вкусно? — спрашивает она, оборачиваясь, и халатик её распахивается ровно настолько, чтобы они увидели край белого, кружевного лифчика.

Они кивают, краснея до корней волос, пряча глаза в стаканы. Серёжка тогда поперхнулся и закашлялся, а Пашка смотрел на неё, открыв рот и забыв про компот.

— Спасибо, тёть Лика! Вкусно... — звенит высокий, мальчишеский голосок Серёги. Его щёки раскраснелись, он сжимает стакан обеими руками, будто это сокровище. — Вы у нас самая лучшая!

— Ага, — смущённо поддакивает Пашка, краснея так, что заливаются даже маленькие, аккуратные уши. — Вы... самая красивая. Во всём мире.

Она снова смеётся. Гладит его, и её рука путается в мягких, детских прядях.

— Пейте, мальчики. До дна. Вырастете большие, — говорит она. — Кто не допьёт, тот вырастет маленьким и несчастным.

Они допивают. Смотрят на неё. Обожают её.

Компот сладкий, вишня тает на языке. За окном шумят тополя, где-то лает собака. Обычный, тёплый, бесконечно далёкий вечер.

Лето. Духота.

***

Реальность вернулась с жестокой, обжигающей резкостью.

Пальцы Пашки, те самые, что когда-то сжимали стакан с компотом, теперь вцепились в её волосы у самого затылка. Собрали их в тугой, безжалостный кулак и насаживали её горло на свой повзрослевший, налитый кровью член. Она чувствовала, как пульсируют вены на его стволе, касаясь языком каждой.

И она брала его глубоко, до спазма, до чёрных мушек перед глазами. Её горло сглатывало и привыкало к этой чудовищной, растягивающей полноте.

— Блядь, тёть Лик, — хрипло, с надрывом выдохнул Паша.

Его широкая, потная ладонь грубо провела по её мокрой, залитой слюной и слезами щеке. Он заставил её поднять глаза и посмотреть на него. Прямо как тогда. Только теперь всё было иначе.

— Я вам, помнится, в десять лет признание в любви писал.

Его голос дрогнул от сладкого, извращённого торжества, которое распирало широкую грудь.

— Карандашом, в школьной тетрадке в клеточку. Помните?

Она помнила.

Тонкий, мятый листок,

Порно библиотека 3iks.Me