Тени августа (Части 1 - 10)- Читать онлайн

животе, каждая жилка в бёдрах.

— Ты же не хочешь, чтобы дочь снова кричала, — шепнул Вернер ей на ухо, по-русски, с этим его акцентом, что делал каждое слово чужим и оттого ещё более страшным. — Ты же хорошая мать. Gute Mutter. Заботливая.

Татьяна закрыла глаза. Перед ней стояла Варя — обнажённая, скорченная на полу, и между её бёдер ещё блестело семя Краузе, и тонкая струйка крови из прокушенной губы стекала по подбородку. Варя смотрела на мать — не с мольбой, нет, Варя никогда не молила, — а с ужасом. С тем ужасом, когда понимаешь, что самое страшное ещё впереди.

— Прости, — одними губами сказала Татьяна. И опустилась на колени перед дочерью.

Её руки легли на плечи Вари. Холодные, чужие, дрожащие. Варя дёрнулась — рефлекторно, как от пощёчины, — но Татьяна удержала её.

— Не дёргайся, — прошептала она. Голос её был чужим, механическим, голосом не матери, а медсестры, которая делает больную процедуру. — Так надо. Так надо, маленькая.

— Мам, нет, — выдохнула Варя. — Мам, не надо, пожалуйста...

— Молчи.

Руки Татьяны скользнули ниже — по ключицам, по рёбрам, туда, где бинты раньше прижимали грудь. Теперь бинтов не было — Вернер приказал снять их ещё в первый раз, — и маленькая девичья грудь Вари была обнажена, два бледных холмика с тёмными сосками, которые затвердели от холода и страха. Татьяна коснулась их — кончиками пальцев, едва ощутимо, — и Варя всхлипнула.

— Sehr gut, — произнёс Вернер за спиной. — Дальше.

Краузе у окна перестал курить. Он повернулся к ним — рука с сигаретой замерла на полпути ко рту, — и его лисьи глаза сузились. Он не улыбался. Он смотрел — жадно, внимательно, — как мать гладит грудь своей дочери.

— Интересно, — сказал он по-немецки. — Sehr interessant.

Татьяна наклонилась ниже. Её губы коснулись плеча Вари — того самого, где Краузе оставил след зубов, — и поцеловали его. Нежно. Так, как она целовала её, когда Варя была маленькой и разбивала коленки.

— Мамочка, — прошептала Варя. Впервые за много лет назвала её так — не «мам», а «мамочка», по-детски, — и у Татьяны внутри что-то оборвалось.

Она продолжила. Её губы скользнули ниже — по груди, по животу, оставляя влажные следы. Её руки гладили бёдра дочери, раздвигали их — осторожно, но настойчиво, — и Варя вдруг поняла, что мать делает именно то, что делал Вернер с ней самой. Те же движения. Те же прикосновения. Он научил её. Он выдрессировал её, как собаку, и теперь она повторяла это на собственной дочери.

— Не закрывай глаза, — приказал Вернер. Он отошёл к столу и теперь стоял там, расставив ноги и наблюдая. — Смотри на мать. Смотри, что она делает ради тебя.

Варя открыла глаза. Татьяна стояла перед ней на коленях — её красивое лицо было мокрым от слёз, длинные волосы прилипли к щекам, — и её пальцы уже касались того места между ног дочери, куда раньше входили только чужие, немецкие, жестокие.

— Мам, — сказала Варя. Теперь это был не шёпот. Это был крик — тихий, сдавленный, но крик. — Мам, не трогай меня там. Пожалуйста. Лучше пусть они. Лучше они, чем ты.

Татьяна замерла. Её рука остановилась в сантиметре от входа — влажного, набухшего, — и она посмотрела дочери в глаза.

— Я должна, — сказала она. — Иначе он убьёт тебя. Или отдаст солдатам. Как Елену. Ты слышишь? Как Елену.

— Пусть, — сказала Варя. В её карих глазах — отцовских глазах, — стояла такая боль, какой Татьяна не видела никогда. — Пусть убьёт. Только не ты.

— Она упрямая, — подал голос Краузе. Он отошёл от окна и теперь стоял рядом с Вернером, докуривая сигарету. — Wie ihre Mutter. Как мать.

— Ничего, — ответил Вернер по-немецки. — Упрямство ломается. Главное — найти правильный инструмент.

Он подошёл к Татьяне, наклонился и взял её за запястье. Поднял её руку — ту самую, что она не решалась опустить, — и сам прижал её ладонь к промежности Вари.

— Вот так, — сказал он. — Fhlst du? Чувствуешь? Она мокрая. Она уже мокрая. Твоя дочь течёт от того, что ты её трогаешь.

Татьяна почувствовала — под её пальцами было горячо и скользко, и это не было семя Краузе, нет, это было новое, свежее, её собственная смазка, — и её чуть не вырвало. Прямо на пол, рядом с осколками чашки.

— Нет, — прошептала она. — Нет, я не могу.

— Можешь, — сказал Вернер. — Ты уже можешь. Ты делала это со мной. Ты делала это ртом. Теперь сделай пальцами.

Он отпустил её руку и отошёл на шаг. Татьяна осталась на коленях, с ладонью, прижатой к промежности дочери, и Варя смотрела на неё снизу — смотрела так, словно мать превратилась в чудовище.

И тогда Татьяна закрыла глаза и начала.

Её пальцы раздвинули влажные складки — осторожно, медленно, как она делала это сама с собой много лет назад, когда была молодой и муж ещё не ушёл на фронт. Она нашла вход и обвела его кончиком указательного пальца — кругом, ещё кругом, — и Варя всхлипнула. Не от возбуждения. От стыда.

— Вот так, — сказал Вернер. Его голос стал ниже, гортаннее. — Дальше.

Палец Татьяны скользнул внутрь — сначала одна фаланга, потом две, — и Варя застонала. Это

Порно библиотека 3iks.Me