Правила дома Сергея Сергеевича (Полная версия)- Читать онлайн

улыбка):

– Благодарю вас, Сергей Сергеевич. Я старалась оправдать ваше доверие.

Пётр Ильич (почтительно склоняет голову):

– Мария Николаевна действительно показала пеньюар во всей красе. Безупречный вкус и... артистизм.

Сергей Сергеевич (поднимает руку, прерывая дворецкого, пристально смотрит на Машу):

– Да, артистизм – точное слово. Но, дорогая моя, вы у меня дома уже почти месяц, я хочу большего.

Маша (вздрогнув, поднимает глаза):

– Большего?

Сергей Сергеевич (выдыхает дым, медленно произносит):

– Вы прекрасно служите мне, Мария Николаевна, делаете чудесный эротический массаж по вечерам. Но дом – это не только я. Это и прислуга. И чтобы порядок был идеальным, нужно, чтобы и они... разделяли вашу преданность.

Маша (после паузы, задумчиво проводя рукой по краю пеньюара):

– Сергей Сергеевич, я не очень поняла. Вы сказали, что хотите, чтобы слуги разделяли мою преданность. Что именно вы имеете в виду?

Сергей Сергеевич (медленно поднимается с кресла, подходит ближе к Маше и Петру Ильичу, говорит чётко и прямо):

– Я имею в виду, Мария Николаевна, что хочу видеть вас доступной для слуг этого дома. Не формально, не символически – а буквально.

Маша (вздрогнув, широко раскрывает глаза, голос звучит растерянно):

– Доступной?.. Вы хотите сказать...

Сергей Сергеевич (перебивает, твёрдо и непреклонно):

– Именно то, о чём вы подумали. Я хочу, чтобы вы дарили свою благосклонность тем, кто служит этому дому.

Маша (замирает на мгновение, её лицо отражает бурю эмоций: шок, стыд, возмущение – но постепенно они сменяются возбуждением):

– То есть вы хотите, чтобы я... трахалась со слугами?

Сергей Сергеевич (кивает, глаза горят холодным огнём):

– Да, Маша. Именно это. И не просто «трахалась» – а делала это открыто, демонстративно. Но только после моего разрешения. Пусть каждый из них почувствует мою щедрость и вашу благосклонность. Пусть мечтают о вас – и работают вдвое усерднее, зная, что могут заслужить вашу милость.

Пётр Ильич (почтительно, стараясь угодить):

– Это действительно создаст особую атмосферу в доме, Сергей Сергеевич. Настоящий стимул для служения.

Маша (слегка хмурится, голос звучит неуверенно):

– Но Сергей Сергеевич... не обижу ли я вас своим поведением? Если я буду... делить постель со слугами... разве это не унизит моё положение рядом с вами? Разве вы не почувствуете... ревности?

Сергей Сергеевич (резко перебивает, голос звучит жёстко, но спокойно):

– Мария Николаевна, послушайте меня внимательно. Я пригласил вас в этот дом не в качестве жены. И не в качестве любовницы. Вы здесь не для этого.

Маша:

– Тогда... для чего же?

Сергей Сергеевич (твёрдо, чеканя каждое слово):

– Вы здесь для того, чтобы я мог наблюдать за вашей трансформацией. За тем, как вы отказываетесь от прежних ограничений, от стыда, от ложной гордости. Я хочу видеть, как вы превращаетесь в женщину, доступную для всех, кто служит этому дому. В ту, что дарит свою благосклонность не по любви или привязанности, а по воле хозяина. В доступную... шлюху.

Маша замирает. На мгновение в её глазах вспыхивает возмущение. Но внезапно она чувствует, как по телу прокатывается волна жара – неожиданная, мощная, всепоглощающая. Её дыхание учащается, щёки заливает румянец, пальцы непроизвольно сжимаются. Она пытается скрыть реакцию, но не может – возбуждение слишком сильное, оно пульсирует в висках, отдаётся в кончиках пальцев.

Маша (про себя, с изумлением): «Что со мной?.. Почему от этих слов... так жарко?».

Сергей Сергеевич (внимательно наблюдает за ней, замечает её реакцию; губы растягиваются в довольной улыбке):

– Вижу, Маша, мои слова произвели на вас... неожиданный эффект. Вы удивлены?

Маша (пытается взять себя в руки, но голос звучит хрипло, прерывисто):

– Я... я не понимаю... Почему я...

Сергей Сергеевич (мягко, почти ласково):

– Потому что вы наконец‑то слышите правду, Маша. Вы больше не прячетесь за иллюзиями. Вы принимаете свою истинную природу – свободную, раскованную, желанную для многих. Вы шлюха и всегда были ею, я просто помогаю вам раскрыться.

Маша (глубоко вдыхает, её глаза расширяются от осознания):

– Да... освобождает... (шёпотом, почти про себя). Я шлюха, я больше не должна притворяться... не должна играть роль...

Сергей Сергеевич (кивает, глаза горят холодным огнём):

– Именно. И чем откровеннее будет ваша доступность, тем сильнее станет мой авторитет. Вы мой инструмент. Красивый, соблазнительный инструмент, который я буду использовать.

Маша (голос звучит хрипло, но твёрдо):

– Значит... вы хотите, чтобы я стала инструментом вашей власти? Чтобы через меня вы могли манипулировать другими и мотивировать их?

Сергей Сергеевич:

– Звучит цинично, но так и есть.

Маша (глубоко вдыхает, её голос звучит твёрдо, хотя внутри неё всё ещё бушует вихрь эмоций):

– Я понимаю. И... я готова. Если такова ваша воля, Сергей Сергеевич, я стану доступной для слуг.

Сергей Сергеевич (вдруг замирает, в глазах вспыхивает новая идея, он резко щёлкает пальцами):

– А ещё... Пётр Ильич, распорядитесь, чтобы в коридоре, рядом с комнатой прислуги, повесили большой фотопортрет Марии Николаевны. Тот, с недавней фотосессии – где она в красном пеньюаре, с широко разведёнными ногами. Пусть каждый день его видят и вдохновляются на ратный труд.

Пётр Ильич (слегка бледнеет, но быстро берёт себя в руки):

– Э‑э... конечно, Сергей Сергеевич. Но... не слишком ли это... откровенно?

Сергей Сергеевич (строго смотрит на дворецкого):

– Слишком откровенно? Нет, Пётр Ильич. Как раз в меру. Этот портрет позволит слугам посмотреть на Марию Николаевну иначе. Они станут более смелыми с ней – а ей придётся соответствовать своему изображению. Это создаст... особую атмосферу в доме.

Маша (на мгновение замирает, затем её глаза загораются азартом):

– О, это действительно интересная идея, Сергей Сергеевич! Пусть видят. Пусть восхищаются. Пусть мечтают обо мне! (Внезапно её лицо на мгновение омрачается, она делает

Порно библиотека 3iks.Me