красоту повесили напротив нашей двери. Персональный портрет твоей жены нам на радость!
Андрей (подмигивает, понижает голос):
– Да, Маша у тебя – загляденье! И ракурс удачный выбрали – всё видно. Можно сказать, наглядное пособие по анатомии для всех желающих.
Семён (придвигается ближе к фото, тычет пальцем в киску, возбуждённо):
– А глянь‑ка сюда, Игорь! Между ног у неё всё так чётко прорисовано! Вот это мастерство фотографа! Прямо видно – она не против, чтобы её разглядывали. Шлюха в лучшем смысле слова!
Андрей (хохочет, вытирает испарину со лба):
– Точняк! И ноги широко раздвинула – явно не стесняется. Да она же готова к любому развлечению!
Игорь (его возбуждает происходящее - вместо того чтобы возмутиться, он слегка улыбается):
– Да... красивая. И не из стеснительных, верно. Ладно, пусть смотрят... Она же... она же для того и создана – чтобы ею восхищались.
Василий (видя положительную реакцию Игоря, ухмыляется, расстегивает верхнюю пуговицу рубашки):
– И правда, чего злиться на такое? Такая красотка – грех не оценить по достоинству. Да, Маша – настоящая блядь. Но какая! Глаз не оторвать. Прямо создана для того, чтобы её... ебали во все дырки. (делает паузу) А я вот что подумал, может её в баню пригласить? В нашу, для прислуги. По‑нашему, по‑свойски. Если она блядища, то пусть покажет, чего стоит на деле, а не на фото. Мы бы ей там... как следует разъебали её пиздищу.
Семён (в восторге, потирает руки):
– О! Отличная идея! Баня – это святое. И атмосфера подходящая... расслабленная. Там она точно покажет, на что способна!
Андрей (возбуждённо):
– Точно! Игорь, уговори её заглянуть к нам вечерком. Мы бы её там по кругу пустили, во все щели! Видно же, что хочется ей, даже фото здесь повесила.
Игорь (после паузы, с задумчивой улыбкой):
– От меня тут ничего не зависит. Всё решает Сергей Сергеевич. Если он скажет «да» – значит, так тому и быть.
Алишер, до этого молча наблюдавший за разговором, делает шаг вперёд. Его голос сначала звучит мягко, почти нерешительно.
Алишер:
– Игорь... а Маше... ей вообще нравятся мужчины разных национальностей? Например... таджики? Понимаешь, у меня уже несколько лет не было женщины. Я тоже очень хочу побыть с Машей. Если она не против, и ты не против... может, получится? Я бы относился к ней с уважением.
Семён (хохочет):
– О‑о‑о, Алишер, да ты не теряешь времени! Прямо по делу!
Василий:
– Да брось, Алишер! Какое тут уважение? Если всё по согласию – и ладно. Она же сама себя так ведёт. Раз уж позволяет вешать такие фото – значит, не против всеобщего внимания.
Алишер (решается, говорит более открыто, но с ноткой искренности):
– Я не буду к ней приставать, если она скажет «нет». Но если есть хоть маленький шанс...
Семён:
– Ладно, Алишер, не смущайся. Если Игорь не против, то и мы не против. Попробуй...
Андрей:
– Да, пусть попробует. Только без фокусов, ладно? Всё по‑честному.
Василий:
– Так, значит, план такой: эту неделю мы работаем на износ, показываем хозяину, какие мы верные и исполнительные. А на подведении итогов – намекаем Сергею Сергеевичу на награду – пусть отпустит Машу с нами в баню.
Василий, Семён, Алишер и Андрей уходят по коридору, оживлённо обсуждая план завоевания расположения Маши.
СЦЕНА 17. НЕДОТРОГА
Солнечный день. Длинный коридор особняка, украшенный живыми цветами в вазах. На стене – большой эротический фотопортрет Маши. Рядом с портретом остановился садовник Андрей. Он заворожённо смотрит на фото, вытирает вспотевшие ладони о рабочий комбинезон. В глубине коридора появляется Маша.
Андрей (вздрагивает, оборачивается, краснеет):
– О, Маша... Ты... э‑э... как раз вовремя.
Маша (останавливается, слегка улыбается):
– Андрей? Что ты тут делаешь? Любуешься моим портретом?
Андрей (неуверенно):
– Да я... просто... он такой... красивый. Ты там... очень красивая.
Маша (кокетливо поправляет прядь волос):
– Правда? Рада, что тебе нравится. Хотя, знаешь, в жизни я ещё лучше.
Она делает шаг ближе, но тут же отступает, будто передумав.
Маша:
– Хотя, наверное, тебе и фотографии хватит, да?...
Андрей (смущается ещё сильнее, пытается собраться с мыслями):
– Нет‑нет, что ты! Я... я хотел сказать... может, как‑нибудь... мы могли бы...
Замолкает, не в силах сформулировать предложение. Маша смотрит на него с лёгкой насмешкой.
Маша (мягко, но с оттенком превосходства):
– Что, Андрей? Что мы могли бы?
Андрей (набирает воздуха, решается):
– Ну... может, встретимся где‑нибудь? После работы? Я... я мог бы показать тебе новые розы в саду. Они... они почти такие же красивые, как ты.
Маша (тихо смеётся, качает головой):
– Розы, значит? Как мило. Но знаешь что, Андрей? Розы – они ведь колючие. А я не люблю колючки.
Андрей (теряется, голос дрожит):
– Я... я не колючий. Я хороший. И я...
Маша (прерывает его, тон становится чуть холоднее):
– Ты славный, Андрей. Правда. Но ты садовник. А я... я принадлежу другому миру. Ты понимаешь?
Разворачивается и идёт дальше по коридору, слегка покачивая бёдрами. Андрей остаётся на месте, сжимая кулаки. Его лицо краснеет уже не от смущения, а от обиды.
Андрей (про себя, сквозь зубы):
– Шлюха... а ведёт себя как целочка. Думает, раз она фаворитка хозяина, так лучше меня? Да кто она вообще такая?
Он бросает злобный взгляд на эротический портрет, резко поворачивается и идёт в сторону сада, пиная камешки на дорожке.
Спустя час. Маша возвращается по тому же коридору. Возле портрета, задумчиво потирая подбородок, стоит Семён. Он смотрит на фото, потом переводит взгляд на Машу, облизывает губы.
Семён (грубовато, но с намёком):
– О, Маша! А я тут... любуюсь. Красота‑то какая, а? Прямо глаз радуется.
Маша (останавливается, улыбается, но улыбка не касается глаз):
–
Порно библиотека 3iks.Me
290
01.06.2026
|
|