все уйдут, и загонял меня в душевую кабину.
— Раздевайся, — командовал он, и я послушно стягивал с себя форму.
Он заставлял меня встать на колени на холодной плитке и сначала сосать. Шум воды, эхо в пустом раздевалке, холодный кафель под коленями — все это делало процесс еще более отвратительным. Когда он кончал мне в рот, он не отпускал меня.
— А теперь встай и держись за поручень, — говорил он.
Я вставал, поворачивался спиной и держался за холодный металлический поручень, предназначенный для инвалидов. Он входил в меня сзади, и его стоны отдавались громким эхом в пустом помещении. Вода из соседней душевой лейки продолжала литься, маскируя мои плач и его рычания. Он любил смотреть на наше отражение в запотевшем зеркале. На меня, искаженного от боли, и на себя, с торжествующим, жестоким лицом.
— Смотри, как я тебя трахаю, — говорил он. — Ты такая красивая, когда страдаешь.
Иногда он был особенно изощрен. Однажды он привел меня в заброшенный сарайчик у школьного стадиона. Там было темно, пахло пылью и гнилью. Он заставил меня лечь на старый матрас, который валялся на полу.
— Сегодня я попробую тебя по-другому, — сказал он.
Он заставил меня лечь на спину и поднять ноги к груди. Я лежал в унизительной позе, глядя ему в лицо. Он вошел в меня сверху, и я видел его глаза, его улыбку, его потное лицо над собой. Он целовал меня, и я чувствовал его слюну на своих губах. Это было самое отвратительное. Я чувствовал его вес на себе, его дыхание, его член внутри себя. Я был полностью в его власти, не мог пошевелиться, убежать. Я просто лежал и позволял ему делать все, что он хочет.
— Ты моя, — шептал он в такт своим движениям. — Только моя шлюха. Понял?
Я кивал, чувствуя, как слезы текут из моих глаз.
Он трахал меня так почти каждый день. В моей комнате, в спортзале, в сарае, в туалете, в подъезде. Мое тело стало его собственностью. Я перестал чувствовать боль, я чувствовал только унижение. Я стал его вещью, его рабом, и я не видел выхода. Каждый день я ждал, когда он снова придет и снова возьмет меня, ломая и унижая еще сильнее.
У Димы дома начался ремонт. Шум, пыль, чужие люди. Для него это стало идеальным предлогом, чтобы практически переехать ко мне. Он стал приходить сразу после школы и оставался до позднего вечера, а потом и вовсе начал ночевать. Мои родители были рады, что у меня есть "друг", который "помогает мне с учебой". Они не знали, что каждую ночь их квартира превращается в бордель, а я — в его личную рабыню.
Ночи стали самым страшным. Он не давал мне спать. Он заставлял меня ложиться рядом с ним, голым, и засыпать, держа его член в руке или во рту. "Так он будет стоять до утра, и ты сразу проснешься и сделаешь то, для чего создан", — говорил он. Я засыпал с ощущением его плоти во рту, и это был мой кошмар наяву. Просыпался я от того, что он уже стоял, твердея у меня на языке. И тогда, не открывая глаз, я начинал работать языком и губами, медленно, сонно, пока он не просыпался полностью.
Потом он резко разворачивал меня на живот. Не говоря ни слова, он вставал с кровати, подходил сзади и одним резким, жестким движением входил в меня. Я всегда вскрикивал от внезапной боли, даже привыкнув к этому. Он трахал меня быстро, агрессивно, используя мое тело для утреннего удовлетворения. И когда он был готов кончить, он вынимался, переворачивал меня на спину и кончал мне на лицо. Теплые, липкие струи попадали мне в щеки, в губы, в глаза. "Теперь ты выглядишь как настоящая шлюха", — говорил он, и я шел в ванную умываться, чувствуя на лице его унижение.
Однажды он позвал меня к себе. Я пришел, ожидая обычного, но в квартире был шум. На кухне работал таджик-строитель, лет сорока, в грязной рабочей одежде. Он вкручивал лампочку под потолком, напевая что-то себе под нос. Я замер, надеясь, что Дима не будет ничего делать при постороннем.
— Пойдем в мою комнату, — сказал Дима, игнорируя мое замешательство.
В его комнате было тесно от мебели, накрытой пленкой. Он достал из шкафа пакет и бросил его на кровать.
— Надень это.
Я заглянул в пакет и похолодел. Там было женское белье — какие-то дешевые, черные стринги и лифчик, который явно был не моего размера.
— Нет, Дима, пожалуйста... — заплакал я. — Там же... там же человек! Он услышит!
— Мне похер, кто услышит, — перебил он он. — Надевай, шлюха, или я выйду и позову его сюда. Спрошу, не хочет ли он посмотреть, как я трахаю своего друга-пидора.
Я понял, что спорить бесполезно. С дрожащими руками я начал раздеваться. Таджик на кухне что-то стучал, и каждый звук отдавался в моих ушах, как удар. Я натянул эти унизительные стринги, которые впились в кожу, и пытался застегнуть лифчик на своей узкой груди. Я чувствовал себя отвратительно, грязно.
Дима смотрел на меня, и его лицо исказилось от возбуждения, какого я никогда не видел. Он был словно одержим.
— Боже, ты выглядишь как настоящая сука, — прошипел он. Он схватил меня, повалил на кровать и рванул с меня эти стринги. Они порвались. Он
Порно библиотека 3iks.Me
189
05.06.2026
|
|