Падший ангел- Читать онлайн

ладонь к груди. — Простите за прямоту, но другими словами это не описать. Её пизда — тысяча извинений, господа, — требует члена, любого, хоть призрачного, и вот она уже скачет на пустоте, как последняя шлюха на дешёвом матрасе. Ещё немного, господа, и она кончит от собственного стыда. Язык мой — враг мой, но вы сами всё видите.

Конферансье продолжал сопровождать шоу сальными шуточками, не забывая фиксировать пиковые наслаждения. За первые десятки минут Анна кончила дважды. Экран был разделён на четыре сектора: лицо, матка с контейнером, клитор с улитками, таймер.

И если первые оргазмы подарили Анне долгожданное наслаждение, то очень быстро и незаметно удовольствие превратилось в изощрённую пытку. Каждый оргазм выжимал из маточного контейнера новую порцию мёда, и остановить этот конвейер было невозможно — он завязан на её собственном теле. Стоило улиткам замедлиться — конферансье снова склонялся к её уху, снова его масляный голос:

— Ну что, синьора, устали ваши маленькие друзья? Наелись? Но ведь у доктора ещё есть голодные! Давайте-ка угостим их! Один маленький оргазм — и свежая порция мёда! Вы же у нас такая добрая, такая щедрая! Вы же не откажете голодным? Ну же, Анна! Вы уже готовы! Ваш клитор уже ждёт! Порадуйте нас!

И Анна, сгорая от стыда и ненависти к этому голосу, к этой ухмылке, к собственному телу, снова кончала — потому что не кончать было невозможно, потому что её тело уже не спрашивало позволения. И как только мёд выплёскивался на клитор, доктор менял пресытившихся улиток на новых, голодных. Конферансье всякий раз радовался как ребёнок:

— Опять! Опять она накормила! Вы только посмотрите на неё — такая хрупкая, такая измученная, а какая щедрая душа! Готова последним поделиться! Точнее, предпоследним — потому что последнего, я уверен, у неё ещё много! Давайте, синьора, не останавливайтесь! Ваша доброта не знает границ! Аплодисменты синьоре Анне, великой благотворительнице улиток!

Зал гоготал. Анна плакала от унижения и бессилия: она, взрослая женщина, собственным телом вымаливала у себя же продолжение пытки — под радостный аккомпанемент этого садиста с микрофоном. Клитор — оголённый нерв; лицо после очередного оргазма было искажено гримасой, в которой уже не отличить наслаждение от боли. Время потеряло ход. От пережитых оргазмов у Анны кружилась голова, кровь бешено стучала в висках, во рту пересохло, язык онемел.

— Хва-а-а-а-ти-и-т... — хрипела Анна, — Господи не могу больше, уберите их...

Но женщину никто не слышал. Вернее, слышали — но именно этого и ждали.

— Что вы говорите, синьора?! — всплёснул руками конферансье. — Хватит?! А как же вы сами? Давайте спросим у вас! Прямо сейчас! Давайте-давайте, не стесняйтесь, подарите нам ещё один оргазм — и мы посмотрим, что скажете вы сами! Ну же! Вы же добрая! Вы же не откажете!

И тело отвечало. И мёд тек. И конферансье снова ликовал:

— Вот видите! Вы сами сказали «да»! Ваше тело никогда не отказывает! Это Анна языком говорит «хватит», а тело её говорит «ещё»! И мы верим телу! Потому что вы на самом деле честная, открытая, щедрая женщина! Не то что ваш язык!

В течение следующих десяти минут Анна пережила ещё три крайне болезненных и мучительных оргазма.

Но после очередного что-то надломилось. Анна лежала без сил, грудная клетка тяжело вздымалась, губы пересохли, пот заливал глаза. Улитки всё ещё ползали по клитору, но возбуждения нет. Совсем. Тело исчерпало себя до дна — ни отклика, ни пульсации, ни предательской влаги между ног. Только тупая, ноющая боль и безграничная, бездонная усталость. Улитки, не получая новой порции мёда, замедлялись, их движения становились вялыми, неуверенными.

Конферансье заметил это первым:

— Господа! Вы только взгляните! — он прижал ладонь к глазам, изображая театральное потрясение. — Наша несравненная синьора Анна... устала! Бедняжка! Столько оргазмов — это вам не шутка. Посмотрите на неё: бледная, измученная, ни намёка на возбуждение! Нет-нет, так не годится. Доктор, уберите улиток. Дайте синьоре передохнуть.

Конферансье взял с подноса фужер и поднёс к губам Анны.

— Выпейте, ангел мой. Вам нужно восстановить силы.

— Нет... — Анна замотала головой. — Пожалуйста... Я не могу...

Конферансье отдёрнул фужер. Секунду смотрел на неё, потом резко повернулся к залу и всплеснул руками:

— Господа! Она не хочет пить! Наша синьора полна энергии! Она готова продолжать! Доктор, ул...

— Нет! — выкрикнула Анна, и голос сорвался в панику. — Я не готова! Я не это...

Конферансье замер на полуслове. Медленно повернулся обратно. Вздохнул — долгим, театральным вздохом, — и покачал головой, обращаясь к залу:

— Нет, господа. Рано. Ещё не готова. — Он снова поднёс фужер к её губам — полный до краёв, как и три предыдущих, — и понизил голос до доверительного, ласкового: — Устала. Конечно, устала. Выпейте ещё, маленькая.

Анна посмотрела на фужер, потом на конферансье. Выбора не было — либо шампанское, либо шоу сейчас, без передышки. Она открыла рот. Шампанское потекло в горло — холодное, колючее, — и низ живота отозвался тупой, ноющей судорогой. Она выпила всё. До дна. В голове приятно шумело — хмель уже не лёгкий, а настойчивый, обволакивающий. Непривычное, почти пугающее ощущение — она, не пившая годами, была пьяна.

— Умница. — Конферансье погладил её по щеке. — Пять минут. Отдыхай.

По знаку конферансье Оболенский взял пинцет и одного за другим аккуратно снял улиток с клитора — сытых, но ещё живых, лениво извивающихся. Вот последняя исчезла в контейнере, и врач,

Порно библиотека 3iks.Me