Домик номер двенадцать (Части 1 - 2)- Читать онлайн

подоконником, мог слышать.

Он опустился на корточки. Земля была холодной и влажной. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно на всю базу. Внутри домика горел приглушённый свет — может, ночник, может, свет из гостиной просачивался под дверь. Окно спальни было задёрнуто лёгкой занавеской, но сквозь неё пробивалось слабое оранжевое свечение.

Первые минуты ничего не происходило. Тишина. Только ветер шумел в соснах да где-то в семейном корпусе плакал ребенок — тонко, надрывно. Алексей сидел, обхватив колени руками, и вслушивался в эту тишину, которая казалась ему оглушительной.

Что они там делают? Почему так тихо?

Его воображение, распалённое увиденным за ужином и во время игры, рисовало картины одну чудовищнее другой. Лена, обнажённая, в окружении четырёх мускулистых тел. Их руки на её коже. Их губы на её шее, груди, животе. Её стоны, которые он не слышит, но представляет с пугающей ясностью.

Может, ничего не происходит? Может, они просто легли спать? Может, Игорь вмешался и остановил это?

Он цеплялся за эти мысли, как утопающий за соломинку. Но где-то глубоко внутри знал: он видел её глаза там, за столом. Пьяные, голодные, готовые. Она не хотела, чтобы её останавливали.

Тишина затягивалась. Пять минут. Десять. Пятнадцать. Алексей начал дрожать — то ли от холода, то ли от нервного напряжения. В голову полезли странные, неуместные мысли. Он вдруг вспомнил, как они с Леной познакомились — в троллейбусе номер 2а, она уронила перчатку, он поднял. Вспомнил их первую ночь в общежитии, когда соседи за стеной стучали по батарее, требуя тишины. Вспомнил, как она плакала, когда не могла забеременеть, и как светилась, когда наконец получилось. Вспомнил их сына — сейчас он учится в Москве, в Бауманке, и даже не знает, что его мать сейчас...

Он оборвал мысль. Нельзя. Не сейчас.

Двадцать минут. Тишина. Может, правда, ничего? Может, они просто пьют чай и разговаривают? Может, Лена уснула, уставшая от выпитого? Может, он зря себя накручивает?

И тут — звук.

Сначала едва различимый, похожий на всхлип. Потом — тихий, протяжный стон. Женский. Ленин.

Алексей замер, превратившись в слух. Стон повторился, уже громче, и к нему добавился другой звук — ритмичный, влажный, шлепающий. Шлёп-шлёп-шлёп. Так бьются тела друг о друга. Но это был не один ритм. Их было несколько. Один — частый, быстрый. Другой — более медленный, глубокий. Третий — прерывистый, с паузами.

Трое, — пронеслось в голове Алексея. — Там двигаются трое одновременно.

Он зажал рот ладонью, чтобы не закричать. Лена стонала — но это был не обычный стон удовольствия. Он был приглушённым, сдавленным, будто ей что-то мешало дышать. Или кто-то. Из горла вырывались только обрывки звуков: «Ммм... мхм... ннн...» — словно её рот был занят.

И тут он услышал этот звук. Влажное, ритмичное причмокивание. Сосущий звук. Такой, какой бывает, когда... когда губы скользят по чему-то твёрдому, когда рот наполнен.

Алексей закрыл глаза, и картинка встала перед ним с ужасающей ясностью. Лена на коленях. Её красные губы, которые он целовал сегодня утром на прощание, сомкнуты вокруг чужой плоти. Она двигает головой вперёд-назад, вперёд-назад, и этот звук — результат её стараний.

За стеной раздался мужской голос. Низкий, с хрипотцой — кажется, Вадим:

— Молодец, Лена... вот так... глубже...

Сосущий звук усилился, стал более частым. Лена застонала — точнее, попыталась застонать, но звук вышел сдавленным, перекрытым.

Другой голос — Колян, его ни с кем не спутаешь, гундосый, довольный:

— Сразу троих берёшь, а? Глотай, глотай...

Сразу троих. Слова ударили Алексея, как обухом по голове. Он физически почувствовал, как что-то оборвалось внутри. Она обслуживает троих одновременно. Один у неё во рту. Двое других... где?

Шлепки тел продолжались. Ритмичные, влажные. Теперь он различал их отчётливо. Один источник — ближе к окну, возможно, на кровати. Другой — чуть дальше, с более глухим звуком, будто на полу или у стены. И ещё движения — те, что сопровождались сосущими звуками, — прямо под окном, буквально в метре от него.

— Глубокая глотка у твоей жены, Игорёк, — донёсся голос Стаса, спокойный, с ленцой, как будто он комментировал футбольный матч. — Редкий талант.

Игорь что-то ответил, но неразборчиво — его голос был тише, может, он был дальше, а может, просто не хотел, чтобы его слышали снаружи.

Лена снова застонала — на этот раз громче, потому что, видимо, на секунду освободила рот. Но стон тут же прервался новым сосущим звуком, ещё более глубоким, ещё более отчаянным.

— Да, вот так... — выдохнул кто-то. — Не останавливайся.

Алексей сидел под окном, вжавшись спиной в холодные доски, и слушал, как его жену имеют четверо мужчин. Потому что теперь он не сомневался: там, в этой спальне, происходило именно то, что он себе представлял. И даже больше.

Она с ними со всеми. Одновременно. Она пьяная, она возбуждённая, она позволяет им всё. И она... она, кажется, получает удовольствие.

Эта мысль добила его окончательно. Не насилие. Не принуждение. Она хотела этого. Её тело отвечало им. Её стоны — пусть сдавленные, приглушённые — были стонами наслаждения. Он знал эти звуки. Он слышал их в их собственной спальне, в их квартире в Заводском районе, когда они занимались любовью. Но сейчас они звучали иначе — громче, свободнее, будто она наконец-то отпустила себя.

— Повернись, — донёсся голос Вадима. — Да, так. Теперь ты.

Звуки изменились. Сосущий шум прекратился. Вместо него раздался новый стон Лены — уже не сдавленный, а полный, грудной, переходящий почти в крик. И ритмичные шлепки

Порно библиотека 3iks.Me