чём уверен. Я закрыл глаза и провалился в тяжёлый, беспокойный сон, полный обрывков чужих взглядов, чужих рук и её отчуждённого, холодного лица.
Утром я проснулся от шума. Открыл глаза — Катя уже была на ногах, ходила по комнате, собирала спортивные вещи, гремела бутылками с водой, бросала полотенце. Настроение у неё, судя по всему, не улучшилось. Лицо было каменным, движения — резкими, отрывистыми. Она даже не взглянула в мою сторону.
— Ты куда? — спросил я.
— В зал иду, — бросила она сухо, застёгивая молнию на сумке.
— Хорошо, — ответил я, провожая её взглядом.
Дверь за ней закрылась. Я полежал ещё немного, глядя в потолок. В голове крутились вчерашние события, её слова, её обида, холодный взгляд Михаила. Я чувствовал себя виноватым, хотя до конца не понимал — в чём именно. В том, что не защитил? В том, что не поверил? В том, что промолчал? Или просто в том, что оказался слабее, чем она от меня ждала?
Вздохнув, я поднялся, натянул спортивные штаны, футболку и поплёлся вниз. Решил составить ей компанию. Может, если я буду рядом, если покажу, что стараюсь, её лёд подтает. Я вошёл в зал как нашкодивший котёнок — тихо, на цыпочках, с виноватым видом.
— Доброе утро, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал мягко и примирительно.
Она стояла на коврике, делая растяжку, и даже не обернулась.
— Угу, — бросила она, продолжая наклоняться.
Я начал делать разминку — круговые движения головой, плечами, лёгкие наклоны. Всю тренировку я старался быть максимально вежливым, предупредительным, угодливым. Подходил, когда она делала приседания, подстраховывал, хотя она и не просила. Хвалил, когда она делала сложные упражнения — «молодец», «хорошо получается», «ты сильная». Подлизывался, как мог, хотя сам не до конца понимал, за что именно замаливаю прощение. За вчерашнее молчание? За то, что не встал на её сторону? За то, что вообще ввязался в эту поездку? Она принимала мою заботу молча, не реагируя, но и не отталкивая. И постепенно мне показалось, что лёд тронулся. Её лицо чуть смягчилось, движения стали менее резкими. Я даже поймал себя на мысли, что, может быть, всё налаживается. Она уже заканчивала тренировку и делала заминку на большом, надувном фитболе. Сидела на нём, балансируя, вытягивала ноги, прогибалась в спине.
Потом достала телефон — сделала пару селфи, покрутилась перед невидимой камерой. Улыбнулась даже — впервые за последние сутки. Моё сердце оттаяло. Положила телефон на пол, почти вплотную к стойке с гантелями.
Я решил, что тоже пора заканчивать. Взял две гантели — среднего веса, для бицепса. Сделал несколько подходов, чувствуя, как мышцы наливаются приятной тяжестью. Потом, когда подход закончился, решил убрать гантели на место. Стойка была металлическая, с ячейками. Я подошёл, прицелился, и начал вставлять гантели одну за другой. Последняя, самая тяжёлая, почему-то не хотела вставать в ячейку. Я поднажал, она соскользнула с края — и с глухим, тяжёлым стуком упала прямо на пол.
Прямо на экран телефона Кати.
Звук был страшный — хруст стекла, пластика, что-то треснуло, разлетелось. Я замер. Катя, сидевшая на фитболе, резко обернулась. Её взгляд упал на гантель, лежавшую на полу, и на то, что было под ней — осколки, трещины, чёрный мёртвый экран.
На секунду повисла тишина. А потом она взорвалась.
— Ты что наделал?! — закричала она, соскакивая с шара. — Ты ох*ел?! Это же мой телефон! Там все фото, все контакты, всё, что было за этот отпуск!
Она подбежала, подняла телефон — экран был разбит вдребезги, осколки торчали в разные стороны, под ними не было видно даже изображения. Она попыталась нажать кнопку включения — ноль реакции. Мёртвый.
— Ты идиот! — заорала она, и слёзы брызнули из глаз. — Ты специально, да?! Ты решил мне всю жизнь испортить?!
— Кать, это случайно... — начал я, протягивая руки, чтобы её успокоить.
— Случайно?! — она отшатнулась. — У тебя всё случайно! Случайно гантели роняешь, случайно меня не слышишь, случайно на стороне всех, кроме меня!
Она рыдала, ругалась матом, выкрикивала какие-то обвинения, перемежая их всхлипами. Я стоял как вкопанный, чувствуя себя последним негодяем. Да, я реально накосячил. Телефон — это было дорогое, важное для неё. Там и правда были все фото из отпуска, рабочие контакты, куча всего. А главное — это была последняя капля в её и без того переполненной чаше. Я кое-как смог её успокоить — обнял, прижал к себе, гладил по спине, шептал, что всё починим, что не надо плакать. Она отдышалась, вытерла слёзы, но в глазах осталась та самая, знакомая мне холодная отстранённость.
— Ладно, — сказала она глухо. — Проблему с телефоном надо решать. Что предлагаешь?
Я замялся. Сбережений у нас оставалось совсем не много — мы и так уже потратили почти всё, что откладывали на этот отпуск. Новый телефон, нормальный, стоил приличных денег.
— Слушай, — начал я, подбирая слова. — Я могу отдать тебе свой телефон. А себе куплю какой-нибудь простой, кнопочный, на время. А потом, когда вернёмся домой, купим тебе новый. Хороший. Договорились?
Я думал, это будет разумным решением. Жертвой с моей стороны. Она посмотрела на меня — и в её глазах вспыхнуло что-то такое, от чего мне стало не по себе.
— Отдашь свой? — переспросила она тихо, с ледяной усмешкой. — А потом купишь новый? Жмот! Ты просто жмот, понял? Ты на меня денег жалеешь! На меня, на
Порно библиотека 3iks.Me
306
21.05.2026
|
|