Наш отпуск на море (Части 3 - 4)- Читать онлайн

вернуть утраченную гармонию. Вдох, выдох. Она начала делать «позу стол», встав на четвереньки. Она расставила колени на ширину плеч, ладони упёрла в полотенце прямо под плечами. Спину держала прямой, как струну, но потом, на выдохе, медленно, позвонок за позвонком, прогнулась в пояснице, опуская живот вниз и поднимая голову и копчик вверх — «собака мордой вверх» в статике. Таз при этом поднялся высоко, ягодицы оказались в самой верхней точке, и шорты, тонкие и эластичные, обтянули их так, что стал виден каждый изгиб, каждая линия. Даже шов между ягодицами проступил отчётливо, создавая иллюзию почти обнажённой плоти.



Она замерла в этом положении на несколько секунд, чувствуя, как тянутся мышцы живота и спины. Потом медленно, с кошачьей грацией, округлила спину, втянула копчик, опустила голову — «поза кошки». И снова прогнулась. Кошка-собака, кошка-собака. Ритмично, плавно, каждое движение — как волна, проходящая через всё тело.

Она не видела, что творилось сзади, но кожей чувствовала этот взгляд. Пётр Ильич, сидевший на лежаке, перестал дышать. Его глаза буквально приросли к её ягодицам — этой идеальной, округлой, упругой форме, которая сейчас, в такт движениям, то поднималась выше, выставляясь напоказ, то опускалась, дразня, маня. Каждый раз, когда она прогибалась в спине, её попа была направлена в его сторону. Шорты натягивались до предела, обрисовывая не только форму, но и то, что под ними. Его руки, лежавшие на подлокотниках, медленно сжались в кулаки. Дыхание стало чаще. Халат разъехался ещё шире, обнажая дряблые, бледные бёдра и между ними — то самое, что начало шевелиться, набухать, подниматься, живя своей старческой, но неумолимой жизнью. Он не отводил взгляда. Он смотрел, как она двигается, как её тело играет перед ним, и в голове его, возможно, проносились картины, которых уже не суждено было воплотить.

— Красиво ты двигаешься, — прохрипел он. — Как в том кино… забыл название. Гибкая, как кошечка. Молодец, что форму держишь. В твоём возрасте это важно.

Катя не ответила, лишь продолжала упражнение, но внутреннее напряжение нарастало. Она чувствовала этот взгляд — тяжёлый, липкий, почти осязаемый. Он проходил по её спине, по ягодицам, по ногам, и от него хотелось сжаться в комок, прикрыться, убежать. Но она заставляла себя дышать, сохранять спокойствие. Не обращай внимания, — твердила она себе. — Закончишь — уйдёшь.

Затем Катя перешла в «позу ребёнка» — села на носки, наклонилась вперёд, положив лоб на коврик, руки вытянула вдоль тела. В этом положении её ягодицы снова оказались высоко подняты, и поза эта, несмотря на свою кажущуюся скромность, была одной из самых откровенных — беззащитная, подставленная. Она замерла так на несколько секунд, пытаясь успокоить дыхание, но взгляд старика продолжал жечь спину. Она знала — он всё ещё смотрит. И не просто смотрит — пожирает глазами.



Долго она терпеть это не смогла и через некоторое время выпрямилась. Вся утренняя гармония рухнула. Внутри закипела злость — холодная, твёрдая.

— Пётр Ильич, — сказала она, и голос её звенел от сдерживаемого гнева. — Я вас вежливо попросила. Если вы не прикроетесь сейчас же, я буду вынуждена пожаловаться Мише. И Руслану. И всем, кому нужно.

Старик не ожидал такого тона. Его улыбка сползла, глаза забегали. Но он не сдавался:

— Да что ты, Катюш, я ж не нарочно... Халат старый, завязки плохо держат...

— Я сказала — прикройтесь! — отрезала она. — И не смотрите на меня так.

Он что-то пробурчал себе под нос, но не пошевелился. Его руки не спешили запахивать халат. Он смотрел на неё исподлобья, и в этом взгляде читалось что-то обидное, наглое — «ну и что ты мне сделаешь?». Катя поняла, что разговаривать бесполезно.

— Старый извращенец! — крикнула она, резко свернула полотенце, схватила шлёпанцы и, даже не обуваясь, быстрыми шагами направилась к дому, чувствуя спиной его провожающий взгляд. Только на пороге она обернулась — старик сидел в той же позе, халат по-прежнему распахнут, и он даже не пытался его закрыть. Она зашла в дом и с силой захлопнула за собой дверь.



Я ещё спал, развалившись на кровати. Катя бросила коврик в угол, села на край постели и несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Потом легонько потрясла меня за плечо.

— Проснись.

Я заворочался, открыл мутные со сна глаза.

— Что случилось?

Она начала рассказывать как занималась йогой, как он вышел, как халат «случайно» распахнулся, как она попросила прикрыться, как он сделал вид, что послушался, а потом снова всё повторил. Как он смотрел. Как она пригрозила пожаловаться, а он даже не пошевелился.

— И что ты думаешь? — спросила она, глядя на него. — Я больше не могу. Это уже не случайность, это специально. Он специально это делает.

Я сел на кровати, потёр лицо ладонями.

— Кать, ну что ты опять начинаешь? — сказал он. — Тебе наверное показалось. Ну вышел старик воздухом подышать, халат случайно разошёлся, с кем не бывает. Ты же сама говоришь — он старый, неуклюжий. А ты сразу — специально, пялится...

Она смотрела на него, не веря своим ушам.

— Показалось? — переспросила она. — Я два раза его просила прикрыться. Дважды! И он не закрылся. Он сидел и смотрел на меня. Ты понимаешь, что я чувствовала?

— Ну, даже если и так... Кать, мы тут гости. Миша и Руслан нас приютили, кормят, поят, заботятся. Ты сама радовалась, когда сюда ехали. А теперь что? Устроим скандал из-за

Порно библиотека 3iks.Me