Тени августа - 13- Читать онлайн

прицелиться, выстрелить, убить.

— Они могли вернуться, — сказала Варя жёстко, и голос её звучал глухо, как из бочки. — Или здесь ещё кто-то. Надо обходить.

— Я знаю тропу, — Коля шагнул влево, раздвинул кусты, открывая узкий проход между двумя стволами, заросший крапивой и малиной. — Там, за бугром, болото начинается. Немцы туда не сунутся — сапоги увязнут. Мы сможем обойти их к лагерю с севера.

— ВедИ, — Варя кивнула, и в этом кивке было столько усталой командирской властности, что Татьяна почувствовала, как у неё самой подкашиваются колени — не от страха, от осознания того, как быстро дочь превратилась в солдата, как война вытравила из неё последние остатки девочки, той самой, что смеялась звонко, запрокинув голову, и носила синее платье в белый горошек.

Коля нырнул в проход, и они двинулись за ним — гуськом, молча, пригибаясь к земле, втягивая головы в плечи, готовые в любой момент снова замереть, снова прижаться к мокрой траве, снова слушать, как стучит сердце и как где-то за спиной перекликаются голоса немецких солдат, прочёсывающих лес.

Крапива хлестала по ногам, оставляя жгучие следы сквозь тонкую ткань, ветки норовили ударить по лицу, и Татьяна чувствовала, как саднит щека, расцарапанная шиповником. Она сжимала в руках винтовку, которую так и не научилась перезаряжать, и думала о том, что если немцы их найдут — она хотя бы умрёт с оружием, не с голыми руками, как те женщины, которых уводили в грузовики и которых больше никто не видел.

Болото началось внезапно — нога по щиколотку ушла в тёплую, чавкающую жижу, и Татьяна едва не выдернула сапог, но Коля обернулся, приложил палец к губам и кивнул вперёд, показывая, что надо идти. Вода под ногами была тёмной, почти чёрной, пахла гнилью и торфом, и каждый шаг давался с трудом, высасывая силы, заставляя икры гореть от напряжения. Комары тучей вились над головами, звенели, впивались в шею, в руки, в лицо, и Татьяна отмахивалась от них, чувствуя, как под пальцами набухают зудящие волдыри.

Елена шла молча, стиснув зубы, и только один раз, когда она оступилась и едва не упала лицом в чёрную воду, из её горла вырвался короткий, сдавленный звук — не крик, не стон, а что-то среднее, похожее на всхлип. Коля обернулся, подал ей руку, и она сжала её так крепко, что костяшки побелели.

— Скоро уже, — прошептал Коля, и голос его звучал почти взрослым, почти твёрдым. — За той берёзой начинается сухой лес, там до лагеря полчаса ходу.

Татьяна подняла голову, вглядываясь вдаль, и увидела берёзу — высокую, белую, с обломанной молнией вершиной, стоявшую на краю болота, как маяк. И в ту же секунду она услышала то, от чего кровь застыла в жилах — голос, резкий, властный, крикнувший по-немецки из-за берёзы, с той стороны, где начинался сухой лес:

— Halt! Hnde hoch!

Варя замерла на полуслове, разворачиваясь, вскидывая винтовку, но ствол её ещё не успел подняться, как из-за берёзы вышли двое — солдат с винтовкой наперевес, целящийся прямо в грудь Коле, и ещё один, с автоматом, направленным в сторону женщин. Лица их были напряжены, глаза бегали, и Татьяна поняла, что это не патруль — это заслон, выставленный на случай, если беглецы попытаются пройти через болото.

— Я сказал — руки вверх! — повторил первый, коверкая русские слова, и Коля медленно, с отчаянием во взгляде, поднял руки над головой.

Татьяна почувствовала, как винтовка, которую она держала, вдруг стала неподъёмно тяжёлой — словно свинцом налилась, прирастая к ладоням. Она смотрела в дуло немецкой винтовки, направленное ей в живот, и думала о том, что сейчас всё кончится — что пуля войдет в неё, разорвёт внутренности, и она упадёт лицом в болотную жижу, захлебнётся чёрной водой, и никто никогда не узнает, где её могила.

Варя стояла рядом, с винтовкой, замершей на полпути к плечу, и Татьяна видела, как дрожит её подбородок, как мелко трясутся руки, не в силах поднять оружие — потому что стоило ей дёрнуться, и автоматчик выстрелил бы первым, прошив её тело очередью, прежде чем она успела бы нажать на спуск.

Тишина повисла над болотом — только комары звенели в ушах, да где-то вдали ухал филин, тревожно, предупреждающе. Татьяна смотрела в дуло винтовки и ждала выстрела, считая секунды, которые остались ей жить — одну, две, три — и на счёте «четыре» она услышала голос, который заставил её сердце сначала остановиться, а потом забиться с утроенной силой.

— Татьяна? Варя? — голос доносился откуда-то сзади, из-за кустов, и был он таким родным, таким неожиданным, что Татьяна не сразу поверила своим ушам — обернулась, и увидела, как из зарослей малины выбирается рыжий командир, с автоматом в руках, с той самой ленивой улыбкой, которую она запомнила ещё в первую ночь в лагере.

Немцы обернулись на голос, и в ту же секунду из кустов ударили выстрелы — короткие, сухие, хлёсткие, как удары кнута. Первый солдат, целившийся в Колю, дёрнулся, выронил винтовку, схватился за грудь и начал медленно оседать в болотную жижу, и вода вокруг него стала тёмной, красной, густой. Второй успел развернуться, вскинуть автомат, но очередь срезала его — пуля ударила в горло, и он захрипел, заваливаясь на спину, глядя в небо стеклянными глазами.

Из кустов вышли трое партизан — рыжий, чернявый Петька и ещё один, которого Татьяна не знала,

Порно библиотека 3iks.Me