Падший ангел- Читать онлайн

почти заботливо:

— Ну-ну, ангел мой. Это просто расширитель. Совсем не больно. Просто холодный металл. Мы должны видеть вас изнутри, понимаете? Должны заглянуть в самую вашу глубину. А как ещё мы туда попадём? — Он кивнул доктору. — Прошу.

Оболенский приставил холодные створки ко входу во влагалище — туда, куда минуту назад был устремлён каждый взгляд в зале. Анна зажмурилась и затаила дыхание.

— Осторожнее, доктор, осторожнее, — конферансье придвинулся ближе, вглядываясь в монитор. — Мы не хотим повредить ни единого миллиметра этой прелести. Господа, вы только посмотрите — металл входит, а плоть расступается. Трепещет. Сопротивляется. Но по-другому никак.

Металл скользнул внутрь и створки разошлись, максимально растягивая стенки. Анна застонала сквозь стиснутые зубы. На огромном экране за сценой развернулась картина, которую минуту назад не мог вообразить никто: изнутри, в подробностях, под неестественным углом — розовые, подрагивающие стенки, складочка за складочкой, и в глубине, как драгоценность в шкатулке, — шейка матки.

— Великолепно! — выдохнул конферансье. — Вы только взгляните, господа. Камера пробирается туда, куда не проникал ещё ни один взгляд. А теперь — внимание. Сейчас доктор поместит в эту чудесную глубину кое-что особенное. Сюрприз, о котором вы узнаете позже.

Оболенский аккуратно ввёл к шейке матки тонкий эластичный зонд с микрокамерой и подсветкой, а затем — что-то ещё, небольшое. Второй сектор монитора показал матку и притаившийся у входа в неё непонятный резервуар. Зал зашептался. Доктор работал молча, а конферансье не счёл нужным объяснять.

Оболенский осторожно ослабил створки расширителя и извлёк инструмент — резервуар и зонд остались внутри, у шейки матки. Конферансье проводил расширитель долгим, полным театральной грусти взглядом и вздохнул:

— Жаль, господа, искренне жаль. Но главное уже внутри, и камера не подведёт. Мы ещё увидим всё в нужный момент. А пока, — он оживился, шагнул к креслу и указал на промежность Анны, — господа, обратите внимание: клитор синьоры практически не виден. Маленький, скромный, спрятался в складочках — ни дать ни взять, сама невинность. Раз уж мы всё равно ждём, предлагаю исправить это досадное недоразумение. Доктор, помпу!

Оболенский, храня молчание, потянулся к инструментам. Ещё одна видеокамера была закреплена на штативе и сфокусирована на область лобка. Доктор прилаживал на клитор — пока ещё бледный, не набухший, едва заметный — специальную вакуумную помпу. Колба дважды не садилась герметично — жирная кожа под ней упрямо не держала присоску, — и доктору пришлось протереть место салфеткой, прежде чем она наконец взялась. Доктор откачивал из продолговатой колбы воздух, механически нагоняя кровь в чувственную плоть. Анна болезненно морщилась. Оболенский проделал операцию несколько раз. От прилившей крови накачанный клитор стал лиловым и занял почти весь объём колбы. Анна застонала от пульсирующей боли насильно раздутой плоти.

Конферансье развёл руками:

— Ну вот, господа! Клитор накачан до размеров финика, а наша синьора только морщится. Ни стона, ни вздоха — лишь гримаса боли. Поразительная выдержка! Или поразительное упрямство. Что ж, будем надеяться, что все скоро изменится. Доктор, снимайте помпу.

Оболенский снял колбу. Анна болезненно скривилась и ахнула — а потом опустила взгляд и увидела. Её клитор — ещё утром скромный, едва заметный бугорок — теперь выпирал наружу лиловой, раздутой, неестественно огромной головкой. Он был размером с кончик мизинца, и Анна не узнавала собственное тело. Из горла вырвался сдавленный, полный ужаса всхлип.

Конферансье, разумеется, заметил. Он склонился над креслом и, не в силах сдержать восхищённой улыбки, развёл руками:

— Вы только посмотрите, господа! Какая прелесть! Маленький, скромный бугорок превратился в роскошную, налитую кровью жемчужину. Синьора Анна, вы даже не представляете, каким сокровищем вас наградила природа. Доктор, зажим, пожалуйста. — Он выждал, пока Оболенский установит зажим у основания набухшего органа, и вдруг оживился, хлопнув в ладоши. — А теперь, господа, внимание! Синьора Анна, у меня для вас сюрприз. Доктор, прошу!

Оболенский протянул руку к столику и взял сразу два предмета: в одной руке — стеклянную баночку с густой янтарной субстанцией, в другой — пластмассовый контейнер. Анна, всё ещё не понимая, переводила взгляд с одного на другое. Конферансье шагнул ближе и заговорил — тем особенным, предвкушающим тоном, от которого у Анны заранее сжалось сердце:

— Это, синьора, древесный мёд. Редкий, ароматный, невероятно сладкий. И знаете, для кого он? — Он поднёс баночку ближе к лицу Анны, давая ей вдохнуть сладкий запах. — Для ваших новых друзей. Точнее — подруг. А вот и они!

Доктор щёлкнул замком контейнера и приподнял крышку. Внутри, на влажном мху, копошились крохотные оранжевые улитки — каждая не больше ногтя на мизинце. Зал ахнул.

— Улитки! — объявил конферансье с гордостью фокусника. — Для них древесный мёд — любимое лакомство. Маленькие, голодные и очень, очень трудолюбивые. А теперь, господа, — внимание. Сейчас доктор накроет для них стол, и мы посмотрим, понравится ли синьоре Анне их компания.

Оболенский отмерил обильную порцию бурого мёда, и тёплая липкая субстанция щедро обволокла клитор — густые янтарные капли покрыли всю набухшую головку, стекли по бороздкам, заполнили каждую складочку. Затем пинцетом аккуратно извлёк из контейнера первую улитку и с ювелирной точностью подсадил её прямо на облитую мёдом плоть.

— А знаете, ангел мой, — конферансье наклонился к ней доверительно, — я открою вам маленький секрет. Больше мёда доктор добавлять не будет. Ни капли. Вот это, — он указал на клитор, — всё, что есть. Вам всего лишь нужно потерпеть, пока улитка всё

Порно библиотека 3iks.Me