Тени августа (Части 1 - 10)- Читать онлайн

сильнее. Волна накрыла её — горячая, острая, запретная. Она выгнулась, застонала сквозь стиснутые зубы, и он кончил следом — глубоко внутри неё, с хриплым выдохом, от которого у неё по спине побежали мурашки.

Он лежал на ней, тяжёлый, потный, и его сердце колотилось где-то у её груди. Она смотрела в потолок и чувствовала, как его семя вытекает из неё, тёплое и липкое.

Он поднял голову, посмотрел на неё. В его глазах не было торжества. Только удовлетворение человека, который получил то, что хотел.

— Ты хорошая женщина, Татьяна, — сказал он. — Мы будем хорошо ладить.

Он перекатился на спину, лёг рядом, закрыл глаза. Через минуту его дыхание стало ровным — он засыпал.

Она лежала, глядя в потолок, чувствуя, как слёзы текут по вискам в волосы. За стеной спала Варя. В соседнем доме спала Елена с Колей. Где-то там, на фронте, может быть, спал её муж — если он был ещё жив.

А она лежала голая рядом с чужим человеком, и её тело всё ещё помнило его прикосновения. Лежала, неоткрывая глаз, чувствуя, как его дыхание становится ровным и глубоким. Тяжелая рука на ее животе, влажное тепло между ног, липкая дорожка на бедре — следы того, что произошло. За стеной тишина. Варя спит, не зная, что мать только что продала себя за ее безопасность.

— Du weinst, — его голос из темноты, низкий, с хрипотцой. — Плачешь.

Она замерла. Думала, он уснул.

Он приподнялся на локте, и кровать скрипнула под его весом. В свете луны, пробивающемся сквозь занавеску, его лицо казалось высеченным из камня — скулы, тяжелая челюсть, глаза, в которых мерцал холодный голубой огонь.

— Warum weinst du, Татьяна? — он провел пальцем по ее щеке, стирая слезу. — Я сделал тебе больно?

Она молчала. Смотрела в потолок, в ту самую трещину, похожую на карту.

Он взял ее за подбородок, повернул к себе. Сильно. Пальцы впились в кожу.

— Я спросил тебя.

— Нет, — выдавила она. Голос сел, сорвался. — Ты не сделал мне больно.

— Тогда почему ты плачешь? — он говорил медленно, смакуя каждое слово, словно объяснял урок ребенку. — Я дал тебе удовольствие. Ты кончила. Я чувствовал. Твое тело — es hat mich belogen? — оно врало?

Она закрыла глаза. Слезы текли по вискам в волосы.

— Открой глаза, — приказал он. — Sieh mich an.

Она открыла. Его лицо было близко — слишком близко. Пахло табаком и спиртным, и еще чем-то чужим, неуловимым — запахом мужчины, который не спрашивает разрешения.

— Ты красивая женщина, — сказал он, и в голосе не было комплимента — только констатация факта. — У тебя красивое тело. Groe Brste. Тонкая талия. Муж должен был дорожить тобой.

Он провел рукой по ее груди, сжал, и она вздрогнула — не от боли, от отвращения к себе, потому что тело снова откликнулось, сосок затвердел под его пальцами.

— Er hat dich nicht geliebt? — он наклонился, провел языком по ее соску, и она закусила губу, чтобы не застонать. — Твой муж? Он не любил тебя? Как он мог оставить такую женщину одну?

— Он на фронте, — прошептала она. — Он не оставил. Он ушел защищать...

— Родину? — he поднял голову, усмехнулся. — Seine Heimat? Его родина теперь — моя. Его дом — мой дом. Его жена...

Он замолчал, провел пальцем по ее губам.

— Seine Frau ist jetzt mein Bett.

Она дернулась, попыталась отвести лицо, но он держал крепко.

— Тебе не нравится, что я говорю правду? — он улыбнулся, и от этой улыбки у нее похолодело внутри. — Ты лежишь голая в моей постели. Во мне — mein Sperma — вытекает из тебя. Твой муж, может быть, уже мертв. А ты кончила под немцем.

Каждое слово было плетью. Она слышала их — и не могла закрыться, не могла перестать слышать, потому что это была правда.

— Sag es, — он наклонился к самому уху, и его горячее дыхание обожгло кожу. — Скажи это. Скажи, что ты — моя шлюха.

Она молчала. Смотрела в стену. Считала доски.

Он взял ее за волосы — за самые корни, там, где кожа нежная и тонкая, и потянул. Не сильно. Ровно настолько, чтобы она зашипела от боли.

— Скажи, — повторил он. Его голос был спокойным, почти ласковым. — Или я пойду к Варе. Она спит? Она, наверное, не знает, что мама — braves Mdchen — послушная девочка. Я расскажу ей. Я покажу ей, как мама кончала под немцем.

— Нет, — выдохнула она. — Пожалуйста. Не надо.

— Тогда скажи.

Она закрыла глаза. И сказала. Голос был чужим, мертвым, словно говорил кто-то другой:

— Я... твоя шлюха.

Он отпустил волосы. Погладил по голове, как собаку.

— Gutes Mdchen. Хорошая девочка. — он поцеловал ее в лоб. — А теперь встань.

Она не двигалась.

— Ich sagte, steh auf. — его голос стал жестче. — Встань, Татьяна. Я хочу посмотреть на тебя.

Она поднялась. Медленно, чувствуя, как его семя стекает по внутренней стороне бедра, липкое и теплое. В комнате было прохладно — печь почти догорела, и по коже побежали мурашки. Она стояла перед ним голая, руки вдоль тела, голова опущена, и чувствовала себя скотиной на базаре — которую осматривают, оценивают, решают, сколько она стоит.

Он сел на кровати, опершись спиной о стену, и смотрел на нее. Не торопясь. Внимательно. От макушки до пальцев

Порно библиотека 3iks.Me