Тени августа (Части 1 - 10)- Читать онлайн

и крови, не обращая внимания на осколки, — и обняла её. Крепко. До хруста в рёбрах. Так, как не обнимала с детства.

«Я больше не уйду, — прошептала Варя ей в плечо. — Я больше тебя не оставлю с ним одну. Слышишь?»

Татьяна молчала. Только гладила дочь по коротким, жёстким, как у мальчишки, волосам. Только чувствовала, как дрожит Варя всем телом. Только смотрела в темноту за окном, где августовская ночь накрывала село, пряча в своей черноте и ненависть, и надежду, и войну, которая ещё только начиналась.

А за стеной — в доме Елены — скрипнула кровать. И женский голос, срывающийся, умоляющий, произнёс по-русски с акцентом: «Bitte... nicht... Пожалуйста...» И мужской — молодой, жестокий, весёлый — ответил: «Doch, Elena. Ещё раз. Noch einmal.»

И скрип продолжился.

А за стеной — в доме Елены — скрип продолжался. Ритмичный. Беспощадный. Кровать билась о бревенчатую стену с размеренностью метронома, и каждый удар отдавался в груди Татьяны, как второй пульс. Она стояла на коленях в луже остывшего чая, прижимая к себе дрожащую Варю, и считала эти удары. Раз. Два. Три. Четыре. Пауза. Снова. Раз. Два.

Где-то там, в соседнем доме, Елена переживала то же самое. Или почти то же. Или хуже.

«Mam...» — Варя отстранилась первой. Её лицо — мокрое от слёз, но глаза сухие. Злые. Карие глаза отца, которые сейчас смотрели на мать с такой яростью, что Татьяна отшатнулась. — «Вставай. Вставай, слышишь? Нельзя так. Нельзя на полу.»

Татьяна не двигалась. Её колени приросли к половицам. Осколок чашки впился в левую ступню — она чувствовала это где-то на периферии сознания, как чувствуют боль во сне, — но тело отказывалось подчиняться. Руки висели плетьми. Сорочка сползла с плеча, открывая грудь — ту самую, которую Вернер только что мял, тискал, кусал, — и она не поправляла её. Сперма застывала на подбородке, стягивая кожу. Во рту всё ещё стоял его вкус — солёный, горький, чужой.

«Мам!» — Варя схватила её за плечи и встряхнула. Сильно. Так, как трясут человека, который вот-вот провалится в обморок. — «Очнись! Ты врач! Ты сильная! Ты сама мне говорила — мы выживем. Говорила? Говорила!»

Татьяна моргнула. Медленно. Словно возвращаясь откуда-то издалека. Подняла руку — тяжёлую, чужую, — и коснулась щеки дочери. Пальцы оставили на Вариной коже влажный след. Непонятно — слёзы или чай.

«Я...» — голос сел. Она прокашлялась. — «Я не могу больше, Варечка. Не могу.»

«Можешь, — отрезала Варя. — Ты можешь. Ты меня родила. Ты сотни людей вылечила. Ты мужа на фронт проводила и не сломалась. А теперь из-за какого-то фрица...»

Она не договорила. Прикусила губу. В её глазах что-то мелькнуло — не страх, нет. Что-то другое. Что-то, похожее на решение.

«Я убью его, — повторила Варя. На этот раз медленнее. Чеканя каждое слово. — Не когда-нибудь. Скоро. У меня есть план.»

Татьяна вскинула голову. Холодок пробежал по позвононику.

«Что? Какой план? Варя, нет. Нет. Ты не понимаешь, что говоришь. Он же... он военный. Он капитан. Если ты что-то сделаешь, они сожгут всё село. Всех. Елену, Колю, детей, стариков...»

«А если я ничего не сделаю — они будут насиловать нас каждый день, пока не надоест, а потом убьют просто так, для порядка. Ты этого хочешь?»

Татьяна молчала. Смотрела на дочь — на её острое, мальчишечье лицо, на побелевшие от напряжения скулы, на руки, сжатые в кулаки. И видела перед собой не восемнадцатилетнюю девчонку, а солдата. Готового убивать. Готового умирать.

«Господи, — прошептала Татьяна. — Во что ты превратилась.»

«В тебя, — ответила Варя. — Я превратилась в тебя.»

Они поднялись. Вместе. Шатаясь, держась друг за друга, ступая по осколкам и лужам. Татьяна опиралась на дочь — та оказалась сильнее, чем выглядела. Узкие плечи, худые руки, но стальной стержень внутри. Варя довела мать до лавки у печи, усадила, поправила сорочку на плече. Потом отошла к столу, подняла опрокинутую кружку, собрала осколки чашки в ладонь. Двигалась молча, быстро, по-хозяйски. Как Татьяна сама когда-то — в прошлой жизни, до войны, до немцев, до всего этого.

«Я в порядке, — сказала Татьяна, хотя это было неправдой. — Иди спать, Варечка. Иди. Поздно уже.»

«Я не оставлю тебя с ним одну, — повторила Варя. — Я поклялась.»

«А что ты сделаешь? Будешь сидеть здесь и ждать, пока он проснётся? Хочешь, чтобы он и тебя...»

«Он не посмеет.»

«Посмеет, — Татьяна усмехнулась горько, криво. — Ещё как посмеет. Он сказал мне сегодня. Сказал, что хочет нас обеих. Вместе. Мать и дочь. Ты понимаешь, что это значит?»

Варя замерла. Спина напряглась. Осколки в ладони хрустнули — она сжала их слишком сильно.

«Что?»

«То. Он хочет, чтобы я... чтобы мы...» — Татьяна запнулась. Слова не шли из горла. — «Он извращенец, Варя. Больной человек. И он не остановится. Он получил меня — теперь хочет тебя. А потом захочет нас обеих в одной постели. Он так и сказал. Сегодня. Прямо перед тем, как...»

Она замолчала. Прикрыла глаза. Перед ней снова встала картина: стол, ходящий ходуном, осколки чашки, впивающиеся в босые ступни, и хриплое дыхание Вернера в затылок. Его член внутри неё. Быстро. Жёстко. Ритмично. И его голос — «Ты научишь дочь. Сама. Будешь хорошей матерью. Да?»

Варя высыпала осколки в ведро. Вытерла ладони о рубашку. На ткани остались красные пятна — порезалась, но не заметила.

«Значит, — сказала она тихо, — тем более. Ты понимаешь,

Порно библиотека 3iks.Me