Тени августа (Части 11 - 12)- Читать онлайн

больше боли, нет больше унижения, нет ничего.

Вернер отпускает её, садится на кровать, закуривает. Штайнер ложится рядом, глядя в потолок.

— Morgen, — говорит он. — Завтра мы отдадим их солдатам. Пусть повеселятся.

— Ja, — кивает Вернер, затягиваясь. — Morgen.

Он тушит папиросу о край комода, ложится на спину, закрывая глаза. Через минуту его дыхание становится ровным — он засыпает.

Штайнер смотрит на Варю, которая всё ещё сидит на полу, раскачиваясь. Он хмыкает, переворачивается на бок и тоже закрывает глаза.

В комнате тихо. Только дыхание спящих немцев, только звук капель, падающих с края стола на пол — кап-кап-кап, как часы, отсчитывающие время до утра.

Варя сидит на полу, глядя в темноту, и ждёт, когда это закончится.

Тишина в комнате густая, как кисель. Только дыхание немцев — ровное, сытое, чужое. И капли с края стола — кап-кап-кап — отсчитывают секунды до рассвета.

Варя смотрит на мать. Татьяна лежит на боку, лицом к стене, голая, с синяками на бёдрах и плечах. Она не шевелится. Только грудь поднимается и опускается — мелко, прерывисто, как у птицы с перебитым крылом.

— Мам, — шепчет Варя. Голос сухой, чужой. — Мам, очнись.

Татьяна не отвечает.

Варя сжимает сломанное запястье здоровой рукой, пытаясь унять боль. Кость хрустнула под сапогом Вернера — теперь рука висит плетью, распухшая, тёплая, чужак на собственном теле.

Она смотрит на дверь. Там, за ней, — горница. Выход. Улица. Свобода.

Но ноги не слушаются. Тело не слушается. Она сидит на холодном полу, голая, в отцовской рубашке, которая пахнет потом и спермой, и не может встать.

— Вставай, — шепчет она себе. — Вставай, дура. Беги.

Но она не бежит. Она сидит и смотрит в темноту, и ждёт, когда это закончится.

И вдруг — звук.

Сначала Варя думает, что ей показалось. Что это ветер. Или мышь под полом. Но звук повторяется — глухой стук, треск, и голос, который кричит по-русски:

— Руки вверх! На пол! Быстро!

Варя замирает. Сердце пропускает удар, потом начинает биться где-то в горле — толчками, слепыми, паническими.

Из горницы — топот, грохот опрокинутого стула, звон стекла. Немецкая ругань — Вернер кричит что-то по-немецки, захлёбываясь, не договорив.

— Halt! Was zum Teufel—

Глухой удар. Тело падает на пол.

Варя вскакивает — ноги подкашиваются, но она держится за стену, прижимая сломанную руку к груди. Она подбегает к двери, толкает её плечом, вываливается в коридор.

В горнице — люди. Много людей. В серых ватниках, с винтовками, с красными звёздами на шапках. Партизаны.

Они уже скрутили Вернера — он лежит на полу лицом вниз, руки связаны за спиной ремнём, из разбитой губы течёт кровь. Штайнер рядом — тоже связан, тоже в крови, мычит что-то сквозь кляп.

Высокий партизан с рыжей бородой оборачивается на Варю. Смотрит на неё — голую, в разорванной рубашке, со сломанной рукой. Глаза темнеют.

— Ты кто? — спрашивает он. Голос хриплый, усталый.

— Варя, — говорит она. Губы не слушаются. — Я... это мой дом. Это моя мать. Она в спальне. Она... она без сознания.

Рыжий кивает кому-то за спину — двое партизан бегут в спальню.

— Свяжите их покрепче, — командует рыжий, показывая на немцев. — И обыщите дом. Быстро.

И тут из-за спин партизан выныривает Коля.

Он улыбается — широко, глупо, счастливо. Глаза горят, вихры торчат в разные стороны, на щеке — грязь пополам с потом.

— Варя! — кричит он. — Я привёл их! Я! Я нашёл партизан в лесу и привёл их сюда! Это я!

Варя смотрит на него. Смотрит — и не может поверить.

— Ты? — шепчет она. — Ты...

— Я! — Коля подбегает к ней, хватает за плечи, трясёт. — Я всё видел! Всё! Я не мог больше смотреть, как они... как они над вами... Я убежал в лес, нашёл их, привёл! Варя, вы свободны!

Варя смотрит на него. Потом медленно, очень медленно, поднимает здоровую руку и бьёт его по лицу.

Коля отшатывается, хватаясь за щёку. В глазах — боль, непонимание.

— Ты... ты мог прийти раньше, — шепчет Варя. Голос срывается. — Ты мог... ты видел всё. Ты смтрел. Ты смотрел, как они нас... ты стоял и смотрел!

— Я... я не мог, — лепечет Коля. — Я боялся. Я не знал, что делать. Я хотел, но...

— Заткнись, — говорит Варя. Голос тихий, мёртвый. — Просто заткнись.

Из спальни выходят партизаны — они несут Татьяну на руках. Она без сознания, голова свесилась, светлые волосы падают до самого пола, касаясь досок.

— Жива, — говорит один из партизан. — Но в отключке. Надо уходить, командир. Немцев тут полно, скоро смена караула.

Рыжий кивает, подходит к Варе.

Варя кивает. Потом смотрит на мать, на её безжизненное лицо, на синяки, которые уже расплываются по телу — фиолетовые, жёлтые, чёрные.

— Я смогу, — говорит она. — Я понесу её, если надо.

— Не надо, — говорит рыжий. — Мы её понесём. Ты береги себя.

Он снимает с себя ватник, накидывает на плечи Вари. Ватник большой, тёплый, пахнет потом и табаком — но это запах своих, русский запах, и Варя вдруг чувствует, как к горлу подкатывает ком.

— Спасибо, — шепчет она. — Спасибо вам.

Рыжий кивает, оборачивается к своим:

— Уходим. Через огороды, к реке. Лодки на месте?

— На месте, командир, — отвечает кто-то из партизан. — Коля показал.

— Добро. Пошли.

Партизаны подхватывают Татьяну, связывают немцам руки и ноги покрепче, затыкают рты. Вернер смотрит

Порно библиотека 3iks.Me