Секс во время чумы (Полная версия)- Читать онлайн

меня. Лицо его было мокрым, красным, опухшим. Но в глазах, под слезами и вином, загорелось что то. Не страсть. Не похоть. Инстинкт. Тот самый, который заставляет крыс плодиться на тонущем корабле.

— Что вы... — начал он.

— Тсс, — сказала Изабелла. Взяла его лицо в ладони. Повернула к себе. Поцеловала. Долго, глубоко, с языком, с вкусом слёз и вина. — Не думай. Чувствуй. Сегодня не думай.

Она расстегнула ему камзол. Медленно, пуговицу за пуговицей, как открывают дверь, за которой боятся войти. Под камзолом рубаха, мокрая от пота. Она стянула её через голову. Тело Гвидо было худым, жилистым, с рёбрами, которые проступали, как клавиши, и руками, в которых мускулы были на месте, как канаты на мачте. Шрам на боку, старый, белый. Порез на руке, воспалённый, с коркой.

Клара подошла ко мне. Сняла с меня рясу. Быстро, ловко, как уже делала вчера. Её руки были уверены, и пальцы знали, куда лечь, куда скользнуть, где сжать. Она поцеловала меня, и её губы были другие, не как вчера: не голодные, не отчаянные. Горячие, медленные, как мёд, стекающий по ложке.

— Гвидо, — сказала Изабелла, отстранившись. — Посмотри на неё. На Клару. Она красивая?

Гвидо посмотрел. Клара стояла передо мной, в рубахе, прозрачной от пота, и тело её проступало сквозь ткань, как луна сквозь облака. Гвидо смотрел, и я видел, как изменилось его лицо. Слёзы высохли. Глаза потемнели. Челюсть сжалась.

— Красивая, — сказал он. Голос хриплый, низкий, из живота.

— Хочешь её?

— Изабелла...

— Не ревную. — Она сказала это твёрдо, как факт. — Я уже сказала. В чумном городе нет ревности. Есть жизнь. Возьми её. И пусть Лука возьмёт.

Гвидо замер. Посмотрел на меня. Я на него. Два мужчины, голые по пояс, в трапезной монастыря, между женщинами, которые предлагали то, чего мы не могли назвать. Между нами воздух, тяжёлый, густой, как тесто, и в нём напряжение, которое не было ни мужским, ни женским, а просто человеческим. Животным. Древним.

Виолетта подошла к Гвидо. Молча. Встала перед ним, положила руки ему на плечи. Он вздрогнул. Она была выше него, и её тело, крепкое, полногрудое, прижалось к его спине, и её коса скользнула по его шее, как змея.

— Не бойся, — сказала она. Голос низкий, с южным акцентом, как песня под мандолину. — Не бойся. Мы все умрём. Может, завтра. Может, сегодня ночью. Но сейчас мы живые. Всё.

Её руки скользнули по его груди, по животу, ниже. Гвидо закрыл глаза. Дыхание его стало тяжёлым. Изабелла подошла ко мне. Взяла за руку. Повела к столу, к скамье, к середине комнаты, где свечи горели, и тени плясали на стенах, как демоны на шабаше.

Клара сняла рубаху. Стояла голая, бледная, тонкая, как тростинка на ветру. Гвидо смотрел на неё, и Виолетта за его спиной расстёгивала его штаны, медленно, с тем мастерством служанки, которая одевала и раздевала господ тысячи раз, но сейчас делала это не по обязанности, а по желанию.

Изабелла разделась. Потом раздела меня. Руки её были знакомыми, и тело её было знакомым, и я хотел её, хотел Клару, хотел всё, что двигалось, дышало, было тёплым и живым. Хотел так, как хочет утопающий воздуха: не выбирая, не думая, просто ртом, лёгкими, всем телом.

Клара подошла к Гвидо. Он стоял, голый, худой, со стояком, который торчал, как столб, прямой, тёмный, с набухшей головкой. Клара опустилась перед ним на колени. Посмотрела вверх, в его лицо. Потом взяла его в рот. Медленно, обхватив губами головку, как сливу, и втягивая, и щёки её втянулись, и язык её работал, кругами, медленно, и Гвидо застонал, и его рука легла ей на затылок, и пальцы сжались в каштановых волосах.

Виолетта смотрела. Стояла рядом, прижавшись бедром к Гвидо, и смотрела, как Клара сосёт и её глаза, тёмно медовые, блестели, и губы, полные, тёмные, приоткрылись, и язык прошёлся по нижней губе, медленно, как по спелому инжиру.

Изабелла толкнула меня к ним. Я встал рядом с Гвидо. Два мужчины, плечо к плечу. Изабелла опустилась передо мной на колени. Две женщины на коленях, перед двумя мужчинами, в трапезной монастыря, среди лепёшек и вина. Изабелла взяла меня в рот, и я почувствовал её жар, её влажность, её язык, который знал меня, знал каждый миллиметр, и работал с той уверенностью, которая бывает только у женщины, которая делала это вчера и помнит.

Виолетта встала на колени рядом с Кларой. Не перед Гвидо. Рядом с Кларой. Её рука легла Кларе на спину, погладила, скользнула вниз, к ягодицам, и Клара застонала, не выпуская Гвидо изо рта, и звук был глухим, вибрирующим, как струна под пальцем. Виолетта наклонилась и поцеловала Клару в шею, в плечо, и её рука скользнула между Клариных бёдер, сзади, и Клара раздвинула ноги шире, и я видел, как Виолеттины пальцы входят в неё, медленно, глубоко, и Клара двигалась, вперёд и назад: вперёд, ртом по Гвидо; назад, навстречу Виолеттиным пальцам.

Гвидо смотрел на меня. Я на него. Два мужчины, которых сосали две женщины, и между нами не было ни стыда, ни соревнования. Было узнавание. Братство, которое рождается не в церкви, а в плоти, в общем дыхании, в общем стоне. Его рука легла мне на плечо. Не хватка, не удар. Просто ладонь на плече, тяжёлая, горячая, как благословение, только не от Бога, а от человека.

— Лука, —

Порно библиотека 3iks.Me