Секс во время чумы (Полная версия)- Читать онлайн

писал. Она села рядом, на край стола, босая, в рубахе, с распущенными волосами. Зелёные глаза смотрели на пергамент, на мои строки, на чернила, которые сохли, как кровь.

— О чём пишешь?

— О тебе. О ходе. О Виолетте. О Михаэле. О шестерых у ворот.

— Записал, как вы вчера...?

— Всё записал.

— Покажи.

Я протянул ей пергамент. Она читала. Медленно, шевеля губами. Дошла до места, где я описывал, как мы с Гвидо были внутри Изабеллы. Остановилась. Прочитала снова. Щёки её порозовели. Рука, которая держала пергамент, дрогнула.

— Ты пишешь это... так, — сказала она. Голос изменился. Тише. Глубже. — Как будто это молитва.

— Это и есть молитва.

— Нет. — Она положила пергамент. Посмотрела на меня. Зелёные глаза, в которых огонь, не лихорадочный, а другой, древний, женский. — Молитва обращена к Богу. А это обращено ко мне. К Изабелле. К Лючии. К Виолетте. Это не молитва. Это признание.

— В чём?

— В том, что ты боишься женщин. И хочешь нас. И не можешь выбрать. И поэтому берёшь всех. И записываешь, потому что перо безопаснее, чем тело. — Она наклонилась. Ближе. Губы у моего уха. Дыхание горячее, с запахом вина. — Но сегодня, Лука, ты возьмёшь не перо.

Её рука легла мне на бедро. Пальцы скользнули вверх, по внутренней стороне, медленно, как кошачья лапа. Я почувствовал, как кровь прилила, как тело отозвалось раньше, чем разум. Она знала. Она всегда знала.

— Клара...

— Тсс. Не говори. Пиши потом. Сейчас чувствуй.

Она села мне на колени. Верхом, как Изабелла на Гвидо. Лицо в лицо. Глаза в глаза. Её губы нашли мои, и поцелуй был медленным, глубоким, как колодец. Не жадным, не отчаянным. Осознанным. Она целовала меня, как женщина, которая выбирает, а не как женщина, которой выбрали.

Руки её расстегнули мне рясу. Пальцы скользнули по груди, по шрамам, по кресту, который висел на верёвке. Она сняла его. Осторожно. Положила на стол. Рядом с пергаментом, рядом с чернилами. Крест и пергамент. Вера и слово. Она выбрала слово.

— Больше не монах, — прошептала она. — Мужчина. Просто мужчина.

Она подняла рубаху. Сняла. Тело её, бледное, тонкое, в свете свечи, было как мрамор. Не холодный мрамор статуй, а тёплый, живой, с пульсом на шее, с дрожью в бёдрах. Грудь маленькая, острая, с сосками цвета розовых лепестков, которые стояли, как бутоны перед дождём. Живот плоский, с линией волосков, которая вела вниз, как тропа, к треугольнику тёмному, аккуратному. Бёдра узкие, с выступающими костями, и между ними влажность, блестящая, как роса на мху.

Я наклонился. Поцеловал её грудь. Левую, потом правую. Мягко, губами, языком, обводя сосок кругами, медленно, пока она не вздрогнула, и не застонала, и не вцепилась мне в волосы. Мои руки легли на её талию, скользнули вниз, на бёдра, на ягодицы, маленькие, твёрдые, как персики, и я сжал, и она ахнула, и подалась вперёд, прижавшись ко мне, и я почувствовал её жар, её влажность, её желание, которое было таким же, как моё.

— Подожди, — прошептала она. Встала. Отступила на шаг. — Смотри.

Она стояла передо мной, голая, в свете свечи, и делала то, чего я не видел ни от одной женщины. Она касалась себя. Медленно. Пальцы её легли на грудь, на соски, мяли, тянули, и голова откинулась, и шея выгнулась. Потом ниже, по животу, по волосам, между бёдрами. Она стояла, ноги на ширине плеч, и её пальцы двигались между складок, медленно, кругами, и она смотрела на меня, прямо, не отрываясь, и в зелёных глазах её был вызов и приглашение, и стон, тихий, как вздох.

— Видишь? — прошептала она. — Видишь, что я делаю, когда думаю о тебе?

Я не мог ответить. Горло сжатое. Руки дрожат. Член стоял, как столб, пульсируя, и я чувствовал каждый толчок крови, каждый удар сердца, которое билось не в груди, а ниже, там, где таилось всё желание, вся жизнь, весь голод.

Она подошла. Оседлала меня, лежащего на полу. Верхом. Но не на бёдра. Выше. На грудь. Бёдра по обе стороны моей головы, и между ними, в нескольких дюймах от моего лица, она была открыта, мокрая, розовая, как цветок, раскрывшийся после дождя. Я видел её, каждую складку, каждый бугорок, каждую каплю, которая блестела, как роса.

— Бери, — прошептала она. — Вкусись.

Мои губы нашли её. Медленно, нежно, как целуют руку матери, только это была не рука. Я лизал, вдоль, кругами, находя её, маленькую, твёрдую, и нажимал, и она вздрогнула, и бёдра её качнулись, и она подавалась вперёд, навстречу моему рту, и я чувствовал её вкус, сладковато-солёный, с запахом женщины и вина, и этот вкус был опьяняющим, как наркотик, и я не мог остановиться, и она не могла, и мы двигались вместе, она навстречу, я внутрь, и её стоны становились громче, и дыхание рваным, и бёдра дрожали.

— Лука, — стонала она. — Лука, да, так, не останавливайся, не смей останавливаться...

Я не останавливался. Мой язык работал, быстро, медленно, кругами, вдоль, внутрь, и я чувствовал, как набухает она, как твердеет, как сжимается, и потом волна, судорога, и она закричала, и её тело выгнулось, и бёдра сжали мою голову, как тиски, и я был в темноте, в жаре, в запахе, и я лизал, и она стонала, и волна шла за волной, и я не отпускал, пока она не упала, не откинулась назад,

Порно библиотека 3iks.Me